Второй неродной

Второй неродной

Английский язык — лингва франка всей современной науки. Не зная его, невозможно быть профессионалом практически ни в какой области. Когда речь заходит о медицине, это и вовсе вопрос жизни и смерти

«Под дисбактериозом кишечника понимают клинико-лабораторный синдром, связанный с изменением качественного и/или количественного состава микрофлоры кишечника...» Это определение дисбактериоза из Приказа № 231 Мин здрава РФ. В Международном классификаторе болезней, которым для определения диагноза пользуются врачи во всем мире, такого заболевания нет. Нет в этом классификаторе собственного кода и у очень распространенной в России вегетососудистой дистонии.

К сожалению, неизвестно, сколько российских врачей знает об этом факте . Не существует также статистики, которая описывала бы, сколько из них знакомы с работами западных коллег о симптомах, которые в России считают симптомами дисбактериоза. Нет и данных о том, сколько врачей в России могут читать эти работы на английском. Мне кажется, эта статистика — владение иностранным языком — говорила бы о многом.

Несколько лет назад я была беременна своим средним ребенком и состояла в интернет-коммьюнити для беременных ru_perinatal на сайте livejournal.com. Это довольно многочисленное сообщество для русскоязычных женщин вне зависимости от того, где они живут. Наблюдать за тем, как сильно различаются практики ведения беременности в разных странах, довольно забавно. В средиземноморских странах женщинам всегда разрешают выпить бокал вина, например. Жительницы Голландии удивляются: что необычного в домашних родах? Американки выбирают акушерку, а не врача, ведущего беременность, как это делают в России.

Однажды кто-то из российских участниц сообщества поинтересовался, какой антибиотик лучше принимать при гарднереллезе — бактериальной инфекции, которая часто сопровождает беременность. Европейки удивленно отвечали, что они такой болезни не знают. Когда я спросила у своего врача, какое лечение назначила бы она, оказалось, что, как и многие ее российские коллеги, она придерживается мнения, что гарднереллез нужно лечить антибиотиками.

Я набрала в поисковой строке Google gardnerella pregnancy treatment и на первом же выпавшем англоязычном сайте прочла, что «Гарднереллез обнаруживают у 20% беременных женщин, но только нескольким из них нужно лечение. Некоторые врачи назначают лечение всем женщинам, у которых находят гарднереллез. Это практика происходит от убеждения, что все вагинальные инфекции вызывают преждевременные роды. Современные исследования этого не подтверждают. Лечение женщинам с бессимптомным гарднереллезом обычно не назначается». Я распечатала похожий отрывок для своего врача, но она по-английски не читала и только замахала на меня руками. Полтора года назад я была беременна младшим ребенком, российские врачи уже тоже не лечили гарднереллез у беременных антибиотиками, а некоторые даже не лечили вовсе.

У меня есть вопрос: стала бы моя врач назначать антибиотики, если бы она, а не я, ввела в строку поиска запрос на английском языке? Стал бы врач, который читает на английском, назначать бифидумбактерин от дисбактериоза? Если я сейчас скажу, что многих проблем российской медицины удалось бы избежать, если бы врачи говорили на английском, это прозвучит слишком общо. Да, второй язык хорошо знать всем, это известно. Но что если миллионы людей каждый день пьют тонны ненужных лекарств? Что если миллионы людей лечатся от несуществующих болезней, пропуская симптомы каких-то других, может быть, более сложных диагнозов? Чудовищно не знать второго языка, если ты историк или журналист, например. Суждения твои будут косными, однобокими, лишенными перспективы. Но все-таки в этом случае пострадает только твоя карьера. За недостаток знаний у врача всегда расплачивается его пациент. И хорошо, если только деньгами.

 
# Вопрос-Ответ
Кто живет в Гренландии?

Эскимосы, датчане и другие европейцы

Где впервые ввели правила дорожного движения?

Первые такие правила ввел Юлий Цезарь в Римской Империи