Проверка на лживость

Проверка на лживость

Российскому обществу была необходима хроника истории сталинизма, и «шепчущие» Орландо Файджеса могли заполнить эту лакуну. Если бы автора не поймали на вранье

В 2010 году издательство Corpus анонсировало выход книги британского историка Орландо Файджеса The Whisperers («Шепчущие») — исследования повседневной жизни советских людей в эпоху сталинского террора, которое было переведено на несколько десятков языков и с восторгом принято как специалистами, так и обычными читателями.

В середине 2000-х Файджес с командой ученых из общества «Мемориал» собрал огромное количество архивных документов и интервью и подготовил впечатляющую хронику — рассказ о взаимодействии людей с тоталитарным террором, от противостояния до полного принятия. Русский вариант книги так и не вышел, зато в американской и английской прессе разразился скандал, который, вероятно, похоронит профессиональную репутацию Файджеса.

В начале июня два известных американских историка-советиста, Питер Реддэуэй и Стивен Коэн, опубликовали на сайте журнала The Nation статью, где рассказали историю провала русского перевода «Шепчущих». Оказывается, книга не выдержала документальной проверки русских издателей.

Понимая значимость проекта, Corpus попросил «Мемориал» сравнить перевод цитат с подлинными расшифровками интервью. (Надо понимать, что подобная практика для русских издательств совсем не характерна.) Сверка показала, что Файджес переиначил или сомнительно интерпретировал так много источников, что, для того чтобы издать книгу на русском, ее надо переписать заново. В противном случае была бы оскорблена память жертв сталинизма: Реддэуэй и Коэн приводят примеры, когда Файджес без веских оснований обвинял людей в сотрудничестве с НКВД или ошибался в данных о расстрелах. Например, рассказывая об арестованном студенте Михаиле Стройкове, автор пишет о двух его дядьях — огэпэушниках, благодаря которым тот смог в тюрьме дописать диссертацию. Однако источниками не подтверждается ни наличие дядьев у Стройкова, ни его связи с ОГПУ. Также Файджес сообщает, что за помощь родственникам Стройкова был расстрелян летчик и художник Константин Арцеулов. Документы сообщают, что Арцеулов прожил до 1980 года.

В России о недобросовестности Файджеса стало известно более года назад, однако ни Corpus, ни «Мемориал» не стали предавать дело огласке, очевидно, посчитав, что на фоне издаваемых по-русски фальшивых дневников Берии манипуляции Файджеса с источниками не должны оскорбить жертв сталинизма. Для американских исследователей эта история оказалась более принципиальной, и они решились выступить против своего звездного коллеги (судебных исков они, в отличие от своих английских коллег, не боялись: американское законодательство устроено таким образом, что у Файджеса, подай он на своих разоблачителей в суд, шансов не было бы). Я думаю, этот скандал пойдет сообществу западных историков только на пользу: он позволяет заново проблематизировать вопрос работы с труднодоступными источниками — многие ученые используют их на свое усмот рение, почти не боясь быть пойманными на передергивании. Возможно, теперь они станут с большим уважением относиться к архивным материалам.

Самое дурацкое в этой истории, что Файджеса никак нельзя назвать злостным фальсификатором. Скорее, Файджес-историк стал жертвой Файджеса-писателя, который ради занимательности повествования решил драматизировать биографии героев. В результате русский читатель лишился, пожалуй, самой важной книги по советской истории — хорошо написанной и транслирующей живые голоса людей, покалеченных тоталитаризмом. Книги, которая в отсутствие гласного публичного осуждения советского террора могла бы противостоять набирающей силу общественной романтизации сталинизма. Теперь эту работу нужно делать заново.

 
# Вопрос-Ответ