Герцог из тесной долины

01 июля 1998 года, 00:00

Герцог из тесной долины

В августе нынешнего года маленький, затерявшийся в Арденнах бельгийский городок Буйон, живущий исключительно доходами от туризма, начал серию торжеств, посвященных... 900-летию первого Крестового похода.

15 августа 1096 года именно отсюда отправились первые отряды воинов Гроба Господня, Возглавлял их местный сеньор — герцог Годфрид Буйонский,   которому суждено было сыграть одну из главных (а в Буйоне убеждены, что самую главную) ролей в единственном победном Крестовом походе рыцарей на родину христианства.

«От перехода к переходу армия таяла. Сражения, голод опустошали отряды воинов с красными крестами на груди. Однако в 1097 году в Дорилее Годфрид разгромил и изгнал мусульман. Затем он в том же году захватил Никею и Эдессу, а в 1098 — Антиохию. Наконец обессиленная армия — из шестисот тысяч солдат оставалось только пятьдесят — подошла к воротам Святою города.

Это долгожданное событие вернуло мужество армии, почти превратившейся в призрак. Да, город окружали три ряда стен, и тринадцать ворот преграждали путь в него. Но тараны, передвижные осадные башни и отвага людей одержали верх. После трех дней ожесточенных боев, во время которых свирепствовали пожары и кровь текла ручьями, Годфрид Буйонский, сопровождаемый своим братом Бодуэном, преодолел стену с криком: «На то воля Господня!»

Так, перемешивая историю с легендой, группа авторов-энтузиастов из Буйона на юге Бельгии, в провинции Люксембург, описывает в небольшой книжке, изданной для туристов, взятие Иерусалима в 1099 году рыцарями первого Крестового похода под предводительством герцога Буйонского — Годфрила.

Или, как принято его называть в Арденнах на французский лад, Годфруа. (К слову сказать, в русской и затем в советской исторической литературе и герцога, и его герцогство называли Бульонскими. Я предпочитаю придерживаться произношения, принятого в Бельгии и Франции.)

900 лет спустя

Памятник Годфриду у подножья замка.О современном Буйоне рассказывать и просто, и сложно. Просто, потому что один вид его черепичных крыш, теснящихся в ущелье у подножия скалы, увенчанной замком, на берегу делающей крутую петлю Семуа и в окружении величественных, лесистых Арденн, внушает какое-то радостное, умиротворенное настроение. Независимо от времени года: лежит ли вокруг чистейший снег, проблескивает ли изумрудом разворачивающихся листьев дурманящая горная весна или буйная осенняя красно-желтая палитра опрокинулась на скалистые склоны, Буйон всегда дарит радость.

Сложно, потому что о городах мы привыкли судить по цифрам: столько-то того-то, в таком-то количестве производится и т. д. Здесь и самих-то буйонцев едва набирается на пять тысяч с небольшим. И совсем ничего не производится. Это город абсолютной гостинично-ресторанной ориентации. Все то, что не жилье местных жителей, представляет собой либо гостиницу, либо пансионат, либо ресторан, закусочную или сувенирную лавку.

Город нашел свое призвание в обслуживании туристов и отпускников. В нем живут и работают настоящие профессионалы сервиса, с генетическим опытом поколений рестораторов.

Я познакомился и даже сдружился с одной молодой парой, владельцами и администраторами сразу двух гостиниц, очень престижного ресторана и уютной пиццерии в Буйоне.

О том, насколько они дорожат своей маркой, как внимательны и обходительны с любым гостем, я мог бы рассказывать долго и подробно. Но отмечу совсем другую деталь: воистину каторжный труд. Я видел, как поздно вечером они закрывают ресторан, а ранним утром уже подают кофе на завтрак постояльцам гостиницы. Без малого сутки беготни и хлопот. Это при том, что примерно с апреля по октябрь о выходных и думать не приходится! Фирма работает семь дней в неделю, а номера в гостиницах и даже столики в ресторанах надо заказывать заранее. Особенно, когда начинается охотничий сезон, и всюду в меню включена арденнская дичь.

Городок валлонский, в 10 минутах езды на автомобиле до Франции, но летом здесь звучит нидерландская речь. Сюда устремляются фламандцы из северной Бельгии и голландцы. После их совершенно плоских и безлесных равнин и польдеров, строго расчерченных полей, каналов и дорог они находят здесь некую дикую экзотику.

Пятьсот метров от гостиницы, и вы углубились в довольно девственный лес — правда, с прибитыми там и сям стрелками с цифрами. Это указатели маршрутов пеших лесных прогулок. Они все нанесены на карты и описаны в путеводителях.

Если у вас есть разрешение на рыбалку, можете прямо посреди города выловить огромную форель. За качество не опасайтесь — места здесь чистые. Можете даже поразить аборигенов сбором грибов. Занятие здесь малоизвестное, а грибов в отдельные годы — просто тьма.

Наконец, можно прогуляться до природного Оленьего парка, хотя кроме оленей там можно видеть и других обитателей арденнских чащоб, в частности, знаменитых местных кабанов, некогда любимую охотничью забаву лотарингских феодалов.

Некоторые гостиницы и лавки на период недолгой, но пронзительной арденнской зимы закрываются. Хозяева либо берут отпуска, либо, что бывает гораздо чаще, занимаются ремонтом и приведением в порядок своих владений. Но имеете с тем нельзя сказать, что город зимой находится в простое. Кто не боится частых в здешних местах гололедов и любит зимнюю охоту, съезжаются сюда в изрядном количестве.

Городок практически не растет. Во-первых, некуда. Природа выделила ему строго ограниченное пространство по обоим берегам Семуа. Во-вторых, на десятки километров вокруг — никакой промышленности, нет работы. Зато есть история, и эту историю можно заставить работать.

Французские кинокаскадеры держались столь естественно, что годились бы в рыцари и 900 лет назад. Если, конечно, влезли бы в тогдашние латы..

Проклятый герцог

Завоеватель Иерусалима родился где-то между 1056 и 1060 гг. По линии матери, Иды Арденнской, Годфрия принадлежал к семейству герцогов Буйонских, над которыми, по преданию, висело проклятье.

Жившие в основном войной, его предки нередко нападали на более могущественных соседей. Один даже не побоялся противостоять Франции, захватившей Верден. При этом грешили, грешили, грешили. Третий Годфрия — Бородатый, к примеру, сжег Верденский собор, что по тем временам было чудовищным святотатством.

У герцога Годфрида Горбатого не было детей, и он назначил своим наследником племянника — тоже Годфрида, сына Иды Арденнской.

Рассказывают, что Горбатый посвятил мальчика в тайну проклятия рода Буйонских. Вручая ему в подземелье аббатства Сент-Юбер меч Годфрида Бородатого, он говорил о том, что хотя все Буйонские служили противникам истинной церкви, они все же надеялись на то, что когда-то явится на землю их потомок, который совершит подвиг во имя церкви и выполнит волю Господню, Горбатый считал, что этим потомком должен стать юный Годфрид, и именно он искупит грехи Буйонских.

Предание говорит, что более других из всех Буйонских уверовавший в проклятие своего рода Годфрид Горбатый был постоянно готов к роковой расплате и часто твердил, что погибнет жертвой заговора. И, увы, оказался прав. Во время боев в Нидерландах, где он в 1076 году усмирял бунтующих зеландских сеньоров, Горбатый пал от кинжала наемного убийцы.

Юноша — а Годфриду, когда он вступил на престол, было всего 16 лет — серьезно отнесся к семейному преданию. Грешить пришлось и ему. Самое страшное — участие в штурме Рима и разгроме войск папы Римского: тогда германский император Генрих IV посадил на престол первосвященника вместо бежавшего папы Григория VII — антипапу Климента III.

Предание утверждает, что Годфрид тяжело переживал свое участие во взятии Рима. Мысли об очередном предательстве церкви домом Буйонских не покидали его, и, когда он вернулся в Буйон, выглядел так, что были основания подозревать его в душевном нездоровье. Он сутками не выходил из своей залы, много читал и размышлял. Возможно, по тем временам этого было достаточно, чтобы принять рыцаря за сумасшедшего.

В то же время мать Годфрида     Ида    Арденнская, слывшая за провидицу,напророчила   ему   свершение великих дел, некий подвиг во имя церкви. А тут как раз к концу XI века мусульманские кочевники, главным  образом турки-сельджуки, .захватили многие византийские владения, а также священный город христиан Иерусалим.

Византия обратилась к Западу с просьбой о помощи в борьбе против сельджуков. Это стало хорошим поводом объявить священную войну против неверных, захвативших Гроб Господен. В конце концов папа Урбан II провозглашает на консилиуме в Клермоне в 1095 году Крестовый поход против мусульман.

Договор Рима с Византией предусматривал в обмен на ее освобождение от мусульман материальную поддержку европейской армии во время похода на Иерусалим.

В Буйоиском замке появился аскетичный монах Пьер, но прозвищу Петр Отшельник, который якобы собственными глазами наблюдал издевательства над христианами и христианскими святынями в Иерусалиме, а также получил прямые инструкции от самого папы.

По всей видимости, это была сильная личность, так как проповедническая деятельность Петра Отшельника имела изрядное влияние в Арденнах и во Фландрии; он взбудоражил огромные массы людей, и слава о фанатичном монахе докатилась до наших дней. Сам же Пьер двинулся в Святую землю с толпами бедноты.

Особенно проникся словами Пьера Годфрид Буйонский, который сдружился с монахом и почитал его за своего учителя. Рассказы дяди, Годфрида Горбатого, пророчества матери, не вполне спокойная совесть в отношении церкви стали благодатной почвой для призывов Отшельника — идти отвоевывать святыни христиан.

Герцог Буйонский стал объезжать замки своих вассалов и соседей, проповедуя священную войну. В качестве первых соратников он привлек своего старшего брата графа Эсташа Булонского и младшего — Бодуэна. К ним примкнули многие знатные сеньоры, имевшие владения на территориях сегодняшней Бельгии и Французских Арденн.

Годфрид принимает решение, поразившее тогда многих и приведшее в растерянность и смятение его двор. Он продает свое герцогство, на борьбу за которое положили много сил и немало жизней и его предки, и он сам. Включая сам Буйон, выгодный арденнский перекресток.

Богатейшие владения покупает сосед — епископ Льежский Отберт за 1300 марок серебром и три марки золотом. Цифры достоверные, так как сохранились соответствующие документы. Правда, приближенным Годфрида удалось убедить своего сеньора продать герцогство с правом выкупа, которое истекало через три года после начала похода. Он также продает свои замки в Стене и Музэ Верденскому епископству. Годфрид освобождает от зависимости жителей Меаа в обмен на сто тысяч экю. И чтобы отмолить спасение души, дарит каноникам Маастрихта замок Рамиуль на Маасе между Льежем и Юи.

Наконец, после торжественной службы в церкви святого Петра в Буйоне, в ходе которой Годфрид преподнес, как это было принято при всех больших начинаниях Буйонских, богатые дары монахам аббатства Сент-Юбер, он во главе блестящей по тем временам армии 15 августа 1096 года отправился в Палестину. Крики воинов: «На то воля Господня!» — оглашали ущелье, по которому сегодня, как и 900 лет назад, все так же виляет вечная Семуа.

За Годфридом следовал цвет фландрского, лотарингского и арденнского рыцарства. Оба его брата, Эсташ и Бодуэн, граф Альберт Намюрский с лучшими рыцарями своего клана, граф Фландрский Роберт II, брабантские и брюссельские сеньоры, бароны из Турнэ, Флерюса и Тразени, рыцари из Нивеля и Льежа и многие другие. На плащах поверх доспехов у них были нашиты красные кресты. Тогда и родилось слово «крестоносцы».

Повоевав в Византии и потеряв множество людей, армия крестоносцев в конце концов все же добралась до Иерусалима. Мужество измотанных воинов, пилимо, перемешанное с отчаянием, смогло совершить трудноосуществимое. 15 июля 1099 года (по другим данным — 25 июля), во второй половине дня Иерусалим пал, после чего в городе несколько дней продолжалась резня.

В том же месяце собранием христианских сеньоров Годфрида Буйонского избрали королем Иерусалимского королевства. Герцог отказался от этого титула, заявив, что он всего лишь страж Святого Гроба и его единственной короной может быть разве что терновый венец. Первым королем Иерусалима в 1100 году стал его брат Бодуэн.

А поскольку установление власти христиан в Святой земле было довольно условным и мусульманские армии не давали покоя Иерусалимскому королевству, то боевые похождения Годфрида взятием Иерусалима не закончились. Возвращаясь из военной экспедиции против султана Дамаска в 1100 году, герцог Буйонский умер в возрасте примерно 39 лет, если согласиться с датой его рождения в 1060 году. Известно несколько версий его смерти. По одной из них, Годфрид был отравлен плодом, преподнесенным ему эмиром Кесарии.

Герцога Буйонского якобы похоронили в церкви Святого Гроба у подножия Голгофы, а соратники по походу высекли на его надгробии:

Здесь покоится
знаменитый герцог Буйонский Годфрид,
который отвоевал эту землю христианской церкви.
Да воспарит его душа во Христе.
Аминь.

Могила не сохранилась, по преданию разрушенная сильным пожаром.

Огни над замком

В бельгийских городах с давних пор существуют общественные организации — «инициативные синдикаты», в которые входят любители родной истории, местных традиций и природы. Они ставят целью сохранение и обогащение культурного наследия своих городов, распространение о них интересной и привлекательной информации, призванной способствовать развитию туризма и, соответственно, доходов от него.

Инициативный синдикат Буйона создан еше в 1906 году. Правда, так он называется лишь с 1936 года, а до этого был «Комитетом исторических мест и экскурсий». Организация мероприятий, посвященных 900-летию начала Крестового похода, обязана во многом его трудам. (При спонсорстве заинтересованных в привлечении туристов многочисленных буйонских гостиниц и ресторанов, естественно.)

Могу засвидетельствовать: затея с успехом удалась. В течение летнего отпускного сезона в Буйоне, во-первых, прошел блестящий рыцарский турнир в исполнении французских кинокаскадеров. На бешеной скорости неслись красивые кони. Эффектно падали с них сраженные рыцари. Верные оруженосцы снаряжали своих сеньоров.

Буянил и нарушал благородные правила Черный рыцарь, выступавший без гербов и девиза в наказание за прежние прегрешения на турнирах. Словом, очень похоже на правду к великому удовольствию зрителей, и в первую очередь детей, чей восторженный визг разносился далеко над лесистыми Арденнами.

Во-вторых, силами синдиката и его добровольных помощников был поставлен великолепный исторический спектакль из жизни герцога Буйонского.

Наконец, состоялся грандиозный, какому позавидовали бы столицы, фейерверк над замком-крепостью, возвышающимся над очень милым, симпатичным городом. Перед фейерверком на стенах крепости в лучах прожекторов самодеятельные актеры разыграли эпизоды из истории подготовки первого Крестового похода.

Берега Семуа, разрезающего город на две части, в ту ночь были заполнены таким количеством людей, съехавшихся сюда отнюдь не только из Бельгии, какого Буйон, видимо, не знал с 15 августа 1096 года, когда из него в Святую землю отправлялись многотысячные отряды крестоносцев. Кстати, устроители решили не подчеркивать победоносное завершение похода Годфрида.

...В июле 1099 года в побежденном Иерусалиме полегли 40 тысяч мусульман и иудеев. Забыв свои религиозные распри, они сражались с христианами с такой яростью, что вызвали уважение у крестоносцев. Уважение, однако, не помешало вырезать в Святом городе всех — и детей, и жен-шин, и стариков.
Даже священной войне не дано быть чистой.

Виктор Онучко / фото автора

Рубрика: Земля людей
Просмотров: 5981