Калифорнийская Венеция на болоте

01 января 2011 года, 00:00

05:35
Раннее утро — то редкое время, когда пляж Венеция бывает безлюдным

Пляж, приютивший и бродяг, и эмигрантов, и битников, готов подарить американскую мечту любому случайному посетителю.

В Южной Калифорнии всего два вида погоды — хорошая и чудесная. И при любой тянет на пляж. Самый известный из южнокалифорнийских пляжей — Венеция — назван так из-за паутины каналов, опутавших близлежащие жилые кварталы. Каналы эти прорыл в начале XX века табачный магнат Эббот Кинни, решивший осушить болота и устроить в пригороде Лос-Анджелеса культурный центр Западного побережья. Кинни возвел отели, привез из настоящей Венеции гондолы, а для просвещения публики нанял лучших лекторов и музыкантов. В то время в Америке были очень популярны образовательные сессии Чаутаука (по названию Института Чаутаука — некоммерческого учебного центра для взрослых, одним из основателей которого был епископ-методист Джон Хейл Винсент), но здесь они не прижились: публика желала развлекаться. И открывшаяся в июле 1905 года Венеция к декабрю потеряла 16 000 долларов — серьезные по тем временам деньги.

Кинни вовремя оценил угрозу и быстренько переориентировал свой проект с учетом пожелания клиентов: уже в январе 1906 года пляж Венеция рекламировался как тихоокеанский близнец нью-йоркского Кони-Айленда. Вдоль Большой лагуны выстроили парк аттракционов, окруженный четырехкилометровой железной дорогой, выставочные павильоны, лавки и балаганы фрик-шоу. Деньги потекли так резво, что вскоре возле двухкилометрового пляжа, застроенного летними коттеджами, возвели аквариум, ипподром и еще два пирса с аттракционами. По выходным сюда приезжали несколько сот тысяч отдыхающих. Особенно захватывающими были авиационные шоу на расположенном рядом первом в Америке освещенном аэродроме Дилей-филд. Его владелец, летчик, инженер, актер и каскадер Беверли Хомер Дилей, снявшийся в полусотне фильмов, лично демонстрировал публике (а в доброй половине случаев и голливудским кинооператорам) свои головокружительные трюки, зачастую исполняемые впервые в мире.

11:20
Ближе к полудню на променаде появляются туристы, которых легко опознать по лишней одежде

Пляжная история

Великая депрессия и пожары, виновниками которых были бездомные, превратили курорт в пустошь. Ее облюбовали бродяги и наркоманы, из-за чего пляж Венеция даже получил новое название — Slum by the sea, «Трущоба  у моря ». Спрос на местную недвижимость упал настолько, что после Второй мировой войны тут селились в основном иммигранты из Европы, привлеченные дешевизной бунгало. А в конце 1950-х к ним присоединились битники, устраивавшие в пляжных кафешках перформансы «Джаз и поэзия». Их основной темой была бунтарская романтика трущоб — та самая, которая оказывает заметное влияние на американскую культуру и по сей день.

На славу главного обиталища битников Венеция претендовать не может — крупнейшие их колонии располагались в Сан-Франциско и Нью-Йорке. А вот на лавры пляжа Венеция и близлежащей Санта-Моники как родины скейтбордистов не покусится никто. Именно здесь в 1970-е группа вихрастых юношей, объединившихся в легендарную ныне команду Z-Boys (от Zephyr Competition Team — под этим именем они участвовали в соревнованиях), придумала полеты-повороты на роликовой доске, позднее ставшие классикой скейтбординга. «Зет-парни» использовали для своих экзерсисов  все, что попадалось под ноги, а их последователям отведен на пляже целый скейт-парк, в котором они дотемна оттачивают свое мастерство.

Кроме роликовых досок на пляже Венеция всегда можно в изобилии видеть и другие — водные. Серферов сюда влекут уникальные свойства местной волны. Участок между пирсом Венеция со штаб-квартирой пляжных спасателей, воспетых в телесериале Baywatch (в российском прокате — «Спасатели Малибу»), и пирсом Санта-Моника защищен с севера волнорезом, что делает волны в зависимости от прилива или отлива и разнообразными, и почти всегда достаточно мощными для катания. Номера в хостелах, расположенных вдоль прогулочной дорожки пляжа Венеция, скромные: 20 долларов за койку и 50 баксов за комнатку-клетушку — как раз по карману любителям покататься на волнах.

18:50
Серфингисты, не успевшие добраться до пляжа в рабочий день, спешат взять свое до наступления темноты

Как по часам

Ранним утром, насладившись безлюдными красотами пляжа, серферы завтракают в начале оживающего променада, возле перегородивших дорогу  столбиков, где такси высаживают вымазанных противозагарным кремом туристов. А потом спешат мимо старичков-бодрячков, провожающих нарочито равнодушными, тоскующими взглядами русалок с пластиковыми досками к холодным утренним волнам. И это не фигура речи: вода возле пляжа Венеция, как правило, ледяная, купаться тут можно далеко не всегда, и потому упустившие доску серферы часто очень торопливо выпрыгивают на берег...

Если серфингисты предпочитают тренироваться поутру, то другая «фирменная» публика пляжа Венеция собирается лишь ближе к полудню. Горластая молодежь тусуется на многочисленных баскетбольных площадках пляжа, воспетых в фильме «Белые люди не умеют прыгать» (White Man Can’t Jump) с Вуди Харрельсоном и Уэсли Снайпсом. А более серьезные бодибилдеры неторопливо стягиваются к увенчанному на входе бетонной гантелей «Пляжу мускулов» — гимнастическому залу под открытым небом, в котором некогда наращивал мышцы для грядущей голливудской карьеры Арнольд Шварценеггер.  В том, что пляжный качок родом из Австрии стал сначала всемирно известным Терминатором, а потом и губернатором Калифорнии, завсегдатаи пляжа Венеция не видят ничего удивительного. У самого уреза воды здесь коротают время люди, выпавшие из структур «общества потребления», «мечтатели-инопланетяне» и просто уличные артисты и художники, пытающиеся заработать на хлеб своим нехитрым искусством. А неподалеку, у каналов, раскинулся один из самых зажиточных районов Лос-Анджелеса, где в числе прочих знаменитостей живут, например, такие голливудские звезды, как Джулия Робертс, Кейт Бекинсейл, Тим Робинс и Николас Кейдж.

21:15
Как только сгущаются сумерки и воздух становится прохладнее , пляж заполняют велосипедисты: кто-то спешит домой после катания на волнах, а кто-то только выехал на прогулку

Американские грезы

В этом сочетании блеска и нищеты, глухой безнадеги и сказочных возможностей и кроется обаяние пляжа Венеция. Гитарист-сикх на роликовых коньках и в тюрбане, клоуны на ходулях, исполнительницы танца живота, художник, каждое утро лепящий из пляжного песка одного и того же дракона,— здесь можно встретить любой вид уличного искусства, которому красная цена доллар, подаваемый редкими зрителями. Но стоит чуть отойти от пирса, и глазам предстанет маленькая жемчужина настоящего искусства — головокружительный пляжный домик архитектора-деконструктивиста Фрэнка Гери, выстроенный по мотивам вышки пляжных спасателей.

…Вечером, когда променад дрожит и плавает в раскаленных кофейных сумерках, вы купите кокос и, потягивая молочко из дырки, поглядите на устраивающийся спать цыганский табор, отгородившийся от мира дряхлыми вэнами и выцветшими коврами. Вы откажетесь от предложения давно не стриженного «доктора» выписать рецепт и тут же продать унцию медицинской марихуаны, улыбнетесь плакату здоровенного детины «Усыновите меня!» и вдруг поймете, что всех этих людей вокруг уже усыновил пляж Венеция, став их родиной и убежищем, их воплотившейся мечтой.

Фото: Гийом Зюили

Рубрика: Такое место
Просмотров: 11078