Рафаэль Сабатини. Колумб

01 декабря 1991 года, 00:00

Маркиза, тепло пожав ему руку, одарила взглядом, от которого когда-то он едва не потерял голову.
— Доказав свою правоту, вы подтвердили правильность наших суждений, Кристобаль. Так что и нам принадлежит часть одержанной вами победы.
Кабрера подмигнул Колону.
— Остерегайтесь ее. Еще немного, и она потребует свою долю в открытии Индии.
— Она требует лишь принадлежащего ей по праву,— улыбнулся Колон. — Разве не она открыла первооткрывателя?
— Вы щедры, — маркиза еще сильнее сжала руку Колона. — Слишком щедры. Но я делала все, что в моих силах.
— И результаты налицо.

Позднее, однако, наедине с Сантанхелем, он отозвался об этих же результатах иначе.

Поселили Колона во дворце, и в тот же вечер, среди роскошных гобеленов и персидских ковров, он принимал старого канцлера, переполненного безмерной радостью.

— Вы знаете, как я верил в вас, сын мой, — без устали повторял дон Луис. — Но ваши открытия превосходят все то, что я мог ожидать, и, позвольте предположить, наверное, все то, что вы ожидали сами.

Колон добродушно рассмеялся. Наедине с доном Луисом он не нуждался в маске самодовольного гордеца и мог позволить себе откровенность.

— Превосходят, и намного. Фортуна оказалась благосклонной ко мне более, чем я заслуживал, и, между нами говоря, порази меня Бог, если я знаю, что открыл. Во всяком случае, не тот Сипангу, что значился на моей карте.
— Одно, по крайней мере, вы знаете, — взгляд дона Луиса лучился отцовской любовью. — Вы знаете, как удержать на плечах ношу величия и не согнуться под ней. Для этого требуется врожденное благородство. — Он помрачнел. — Вы столкнетесь с завистью и злобой. Вам будут яростно противодействовать. Но я верю, что вы дадите им достойный отпор и одержите победу.
— Ба! Да стоит ли принимать их всерьез? Трудно предугадать, что уготовила мне судьба, но уж эти-то будут тут как тут. Меня не смущает их мышиная возня.

Однако тон его не понравился дону Луису, прохаживающемуся по комнате, и он пристально посмотрел на Колона. Тот сидел, уперевшись локтями в колени, с взглядом, устремленным в никуда.

— Кристобаль, что вас гложет? О чем вы думаете? Колон вздохнул. Улыбнулся.
— О чем? Лесть опьянила меня. Слишком; долго не пил я этого вина, оно ударило мне в голову и затуманило взор, мелкое увеличилось в размерах, никчемное заблестело золотом. Но едва пары выветрились, взгляд мой стал зорче. Вот что гложет меня, дон Луис.
У канцлера округлились глаза.
— Теперь еще и чудовищная неблагодарность! Вас обласкали принцы, в вашем распоряжении деньги, люди, корабли, вы можете сами выбирать друзей, вам улыбаются все женщины, и тем не менее вы находите повод для жалоб. Вы просто ненасытны, если не удовлетворены сегодняшним торжеством.

— В иной ситуации я был бы на вершине блаженства. Но нужно ли все это человеку, если он... одинок.
— Одинок? В такой миг?
— Да, одинок. В преодолении океанской стихии, в стремлении открыть новые земли мне помогала убежденность в том, что во время моего отсутствия поиски ваши завершатся успешно.
— Беатрис? — осенило Сантанхеля. Колон кивнул.
— Ваше письмо, полученное мною в Севилье, обратило эти надежды в прах. Гордость и утоленное тщеславие до сих пор поддерживали меня, вдохновляли, заглушали боль. Но теперь, наедине с собой, я вижу, как мизерны мои достижения в сравнении с тем, какими они могли бы быть, если б плоды моих трудов я мог сложить к ногам Беатрис. А без нее моя слава становится горстью пепла.

— Она так много значит для вас?! — голос Сантанхеля переполняло сострадание.
— Так много, — эхом отозвался Колон.
— Мужайтесь, сын мой! Мужайтесь!— попытался ободрить его Сантанхель. — Не теряйте веры, и Беатрис найдется.

Мужества Колону хватило, и он внешне ничем не выдавал свою боль, хотя Сантанхель чувствовал, что она мешает адмиралу насладиться триумфом. И последующие дни Колон делил между торжественными приемами и обществом маленького сына, любовь которого оказалась способной скрасить его одиночество.

Много времени проводил он и с правителями Испании, Получил фамильный герб, украшенный львом Арагона и замком Кастилии, вызвав зависть родовитых грандов.

Часто ездил верхом по улицам Барселоны рядом с королем Фердинандом, приветствуемый восторженными криками горожан. Великий Мендоса, кардинал Испании, которого не зря называли «Третий король», устроил банкет в его честь, на котором присутствовали, по доброй воле и без оной, знатнейшие из знатных. Маркиза Мойя сидела по правую руку и заботливо опекала его, давая пищу злым языкам. Колон же показал себя галантным кавалером. Его отношение к маркизе осталось тем же, но взгляд ее огромных глаз уже не заставлял учащенно биться сердце, а белые полукружья груди в глубоком вырезе платья не зажигали кровь. Для него существовала только одна женщина.

Долгие часы уходили на подготовку новой экспедиции. Не две или три каравеллы, но могучая эскадра в двадцать или более судов готовилась доставить в Новый Свет более тысячи человек для освоения уже принадлежащих Испании островов и открытия новых земель.

И вот пришел день, когда в присутствии Сантанхеля началось обсуждение финансовых аспектов экспедиции.

Глава 38. Сатисфакция

В тот же день, когда Колон вернулся к себе, паж передал ему, что некий дон Пабло де Арана нижайше просит принять его.

Надо отметить, что Колон, поднявшись столь высоко в придворной иерархии, оставался доступен всем, кто хотел его видеть. В отличие от многих знаменитостей он не стал затворником. Имя ничего не сказало ему, но он приказал ввести незнакомца.

Он увидел перед собой еще молодого мужчину, среднего роста, худого, довольно небрежно одетого. На бледном бородатом лице лихорадочно блестели черные глаза.

— Вы—дон Кристобаль Колон? — осведомился незнакомец.
— К вашим услугам, — адмирал поклонился и сел, знаком предложив незнакомцу последовать его примеру. — Что вам угодно от меня?
Незнакомец даже не взглянул на стул.
— Сатисфакции.
Брови Колона удивленно взлетели вверх, в голову закралась мысль, а не сумасшедший ли пожаловал к нему?
— Сатисфакции? — переспросил он — За что же?
— За то зло, что причинили вы моей сестре.
Тут уж Колон не выдержал. Рассмеявшись, встал.
— Вы принимаете меня за кого-то другого. Я не имею чести знать вашу сестру.
— Так говорят все соблазнители, — стоял на своем Пабло. — Со мной у вас этот номер не пройдет.

— Не пройдет? А чего вы от меня хотите?
— Компенсации. Вот чего я требую от вас. Компенсации. Колону начал надоедать этот навязчивый гость.
— Дорогой мой, дверь у вас за спиной. Воспользуйтесь ею сами, пока я не кликнул слугу и он не выгнал вас палкой.
Незнакомец скорчил гримасу.
— Стоит ли проявлять такое неблагоразумие? Вы же сегодня знаменитость, не так ли, дон Кристобаль? Адмирал, вице-король и еще бог знает кто. Но все ваше величие не защитит вас. Выгоните меня, и весь мир узнает о вашем злодействе. Тогда мы посмотрим, будет ли благоволить к вам королева или...

— Достаточно!— оборвал его Колон.— Ваше общество мне не нравится. Вон отсюда, не испытывайте моего терпения.
Пабло отступил на шаг. Развел руками.
— Пусть будет так. Я надеялся спасти ваше имя от позора, надеялся, что вы внемлете голосу разума. Нет, нет, я ухожу, — добавил он, видя, как наливается кровью лицо Колона. Но не удивляйтесь, если я расскажу кому-то еще историю о том, что вы сделали с бедной Беатрис Энрикес.
— С кем? — проревел Колон.
Пабло уже оказался у двери, но тут понял, что едва ли Колон набросится на него с кулаками. И на его губах заиграла улыбка.
— Я же сказал, с Беатрис Энрикес. Видно, вы меня сразу не поняли. Она — моя сестра.
Колон побледнел, дыхание его участилось.
— Где Беатрис? — сам того не ведая, он разом поставил себя в положейие защищающегося.
А Пабло быстренько сообразил, что к чему, и покачал головой.
— Этого я вам не скажу.
— Почему же? Как еще могу я возместить нанесенный ей урон? — В голосе адмирала появились просительные нотки.— Да, я знаю, что был не прав. Знаю! И из-за этого на мою долю выпало немало страданий, хотя я их и заслужил. Но теперь, хвала Деве Марии, вы пришли ко мне, чтобы положить этому конец. Ну, где она? Говорите?

Пабло лишь молча смотрел на него. Он-то ожидал совсем другого хода событий. Где-то в его расчеты вкралась ошибка. И не оставалось ничего иного, как тянуть время, чтобы успеть разобраться, что к чему.

— Почему я должен сказать вам, где она?
— Почему? Разумеется, чтобы я незамедлительно поехал к ней.

— А с чего вы взяли, что она захочет вас принять? Колон побледнел еще больше.
— Неужели вы думаете, что она не простит меня?
— А вас это удивляет?
Колон не ответил. Постоял, глубоко задумавшись. Походил по комнате под пристальным взглядом Пабло. Остановился перед ним. Вскинул голову. Лицо его возбужденно горело, но голос остался ровным и спокойным.
— Я должен рискнуть. Должен поехать к ней. Увидеть ее и объясниться. В конце концов, речь идет о ее счастье, так же, как и о моем. Где она? Говорите.
— Я не могу нарушить данное ей слово, — бессовестно лгал Пабло.
— Она вас простит. Говорите. Не заставляйте меня ждать, — голос его дрожал от нетерпения.

Пабло по-прежнему пребывал в замешательстве, поскольку Колон разом лишил его всех казавшихся ему вескими аргументов. Каким образом, недоумевал он, Колон узнал, что Беатрис — не предательница. И почему Беатрис вела себя так, словно нанесла Колону непоправимый урон и сама не рассчитывает на прощение? Не зная, как вести себя дальше, Пабло мог лишь уклоняться от прямого ответа и смотреть, что из этого выйдет.

— Вы, похоже, плохо ее знаете, если думаете, что она меня простит.
Колон же буравил его взглядом, причем в глазах его появилось новое выражение, почему-то сразу встревожившее Пабло.
— А зачем же вы явились сюда? Вы говорили о сатисфакции, возмещении ущерба, не так ли? Что за возмещение вы имели в виду?
Под взглядом серых холодных глаз Пабло переминался с ноги на ногу, медля с ответом.
— А как обычно возмещают ущерб обманутой и брошенной женщине?
— Не знаю. Мне такого делать не доводилось.
Пабло насупился. Ему никак не удавалось взять вверх. Он пожал плечами.
— По-моему, все просто. Если у нее нет средств к существованию... — Он не договорил, отведя глаза.
— А! Деньги. Вот зачем вы пришли?
— Именно за этим.
— Понимаю. Понимаю...— от его тона по спине Пабло пробежал холодок. — И вы смеете утверждать, что вас послала Беатрис?
Колон резко поднял руку. Чтобы избежать удара, Пабло не только отшатнулся, но и ответил:
— Разумеется, нет.
— Ага!

— Беатрис скорее умрет, чем прикоснется хоть к одному вашему мараведи, — быстро добавил Пабло.— Но это не означает, что вы не должны позаботиться о ее благополучии — Тут ему показалось, что он нащупал правильный путь, — Я — ее брат и должен приложить все силы, чтобы она ни в чем не нуждалась.
— Вы совершенно правы. И в этом меня не надо принуждать. Все мое состояние принадлежит ей. Но услышит она об этом от меня. Так что скажите мне, где ее найти.
— Ни за что. Она не хочет вас видеть и не примет от вас и ломаного гроша.
— Значит, милостыню она будет получать от вас. Понятно. Но можно ли вам доверять?

— У вас нет иного выхода.
— Я еще могу указать вам на дверь.
— И позволите, чтобы я ославил великого дона Кристобаля Колона? Подал королеве петицию с просьбой наказать соблазнителя моей сестры? Вы этого хотите?
И вот тут, когда Пабло уже поверил, что победа у него в кармане, Колон громко рассмеялся.
— Жалкая тварь. Кажется, я начинаю вспоминать, кто ты такой. Уж не ради ли того, чтобы спасти тебя от венецианских галер, решилась она на предательство, которое разлучило нас?
Пабло этот вопрос ой как не понравился. Что еще мог знать о нем адмирал? Он проклял болтливость Беатрис.
— Ну и что? — Пабло попер напролом. — Она повиновалась сестринскому инстинкту.
— Или поддалась уговорам братца. Но ты, я вижу, удрал с галер, чтобы взяться за старое.
— С венецианских галер, — парировал Пабло. — А на Испанию законы Венеции не распространяются. И довольно обо мне. Что вы готовы сделать для моей сестры?

— Все, что угодно, как только ты скажешь, где ее найти.
— Мы ходим кругами. Этого вы от меня не узнаете.

— Дружочек, ты поступаешь не по-братски. Сам же говорил, что заботишься о благополучии сестры. Я могу осчастливить ее и сам стать счастливым. Ну же. Где она?
— Вы заставляете меня повторяться. Я ничего вам не скажу.
— Даже если я заплачу?

Пабло мигнул, не веря своим ушам. А затем гулко забилось его сердце. Он загнал-таки жертву в угол. Великий Колон в полной его власти. Пабло подергал бородку, выдерживая паузу.

— Вы меня искушаете. Но... Ладно, если есть на то ваше желание. Тысяча золотых флоринов для вас сущий пустяк. И будьте уверены, вы найдете Беатрис там, где я ее оставил. Она в монастыре. Пусть я умру, если лгу. Тысячу золотых флоринов, и я скажу вам, где ее найти.
— Скромные у тебя запросы. Я хотел дать куда более высокую цену.
— Да? — глаза Пабло зажглись алчностью. Он поклонился. — Я полностью полагаюсь на вас.
— Мудрое решение. Ибо цена, которую я намерен дать за то, что ты сообщил мне ее местонахождение, — твоя жизнь.
— Моя жизнь?!
Колон усмехнулся. Потом лицо его посуровело.

— Видишь ли, о тебе мне кое-что известно. К примеру, почему ты уехал в Италию, захватив с собой сестру, как жил там на ее заработки. Ты удрал из Кордовы, потому что убил человека. Я не знаю его имени. Но это и неважно. Имя это наверняка помнит мой добрый друг, дон Ксавьер Пастор, коррехидор Кордовы. Он, разумеется, поблагодарит меня, если я отправлю тебя к нему, и именно так я и поступлю, если ты не скажешь, где найти Беатрис. Так что выбирай сам, мой бесстыжий приятель.

От обретенной было уверенности у Араны не осталось и следа. Глаза его выкатились из орбит. Задрожали губы. Долго еще он не мог произнести ни слова, а затем разразился потоком ругательств. Ярость и страх боролись в нем, но злился он не столько на Колона, сколько на Беатрис, которая выдала его с потрохами.
— Хватит! — Колону надоело выслушивать вопли Пабло.— Мы и так потеряли много времени. Выбирай.
— Проклятье! Пусть я умру, но это несправедливо. Вы не оставляете мне никакого выбора.
— Наоборот. Я даю тебе то, что ты никоим образом не заслужил. У коррехидора есть средства развязывать людям язык, даже самым отважным храбрецам. Ты же, похоже, если чем и отличаешься, то только не храбростью. Поэтому отвечай на мой вопрос. А чтобы ты не думал, что со мной можно затеять новую игру, я хочу сразу сказать тебе, что до моего возвращения ты посидишь за решеткой. И я передам тебя коррехидору, если ты сейчас солжешь мне. Считай, что ты предупрежден.

— А где гарантии, что вы не обманете меня, если я скажу, где Беатрис?
— Никаких гарантий ты не получишь. Придется тебе поверить мне на слово. Но я бы не стал тратить на тебя столько времени, если б не собирался отпустить на свободу после того, как найду Беатрис. Я бы мог сразу отправить тебя в Кордову, и на дыбе ты все рассказал бы сам.
Тут уж Пабло окончательно понял, что проиграл.

— Беатрис в монастыре Санта-Паулы в Севилье. Глаза Колона сверкнули.
— Это правда?
— Клянусь моей душой.
— Сомневаюсь, что она у тебя есть. Ну да ладно. Думаю, у тебя не хватит духа лгать мне. Когда я вернусь, ты получишь пятьдесят флоринов и уберешься из Испании. Бели же ты этого не сделаешь или еще раз попытаешься увидеться с сестрой, я устрою тебе дружескую встречу с коррехидором Кордовы.
Он хлопнул в ладоши.
— До моего указания этого человека держать под строгим арестом, — приказал он появившемуся пажу.— Вы можете идти, сеньор Арана. И последнее предупреждение: никаких фокусов.
С поникшей головой Пабло последовал за пажом, кляня свою несчастную судьбу. А Колон поспешил в покои Сантанхеля.
— Великое известие, дон Луис.
Канцлер отложил перо, поднял голову, он работал, сидя за столом, и на лице его отразилось изумление: Колон, казалось, помолодел лет на десять.
— Да поможет мне Бог! Что случилось? Глядя на вас, можно подумать, что вы сделали еще одно открытие.
— Сделал. Еще более великое, чем Индия, — Колон радостно рассмеялся. — Я нашел Беатрис. Она в Севилье.
Дон Луис встал, слова Колона искренне обрадовали его.
— Слава Богу!
— Я немедленно еду в Севилью.

— Немедленно? — радости Сантанхеля поубавилось.— Но не сегодня же?
— Не позднее чем через час. Как только оседлают лошадь.
— Но это невозможно, — запротестовал Сантанхель. — Сегодня вы ужинаете с герцогом Аркосским. Он же устраивает званый вечер в вашу честь.
— Почествуете меня сами. Извинитесь за меня перед герцогом.
Сантанхель расстроился.
— Он никогда не простит вам.
— Я никогда не прощу себе, если останусь ужинать с ним.
— Но... — тут уж канцлер совсем загрустил. — Дьявол вас побери! Разве вы забыли, что их величества пригласи ли вас завтра на обед?
— Их величества отлично отобедают и без меня. Пожелайте им доброго аппетита и объясните, что неотложные дела потребовали моего отъезда в Севилью.

— Вы сумасшедший?
— Вполне возможно, — рассмеялся Колон.
— Но вы не можете уехать. Королевское желание...
— Сейчас я выполняю волю небес. Сантанхель ужаснулся.
— Как вы можете так говорить, образумьтесь! Их величествам не терпится завершить обсуждение новой экспедиции.
— А мне не терпелось отправиться в первую. Но пришлось ждать. Теперь их величества и я поменяемся места ми. Вот и все.
— Но, Кристобаль, друг мой! — канцлер заломил руки. — Это же чистейшей воды безумие. Послушайте меня, су мае шедший вы мой. Таким поступком вы наживете себе новых врагов, а у вас их и так предостаточно. Вы представляете, какие пойдут разговоры, сколько на вас выльют грязи? И их величества могут прислушаться к вашим недоброжелателям, потому что обидятся, узнав, что вы идете против их желаний. Короли очень ревнивы. Особенно когда дело касается их прав в отношении подданных. Подумайте, какой опасности подвергаете вы себя.

Но Колон его не слушал.
— Я могу думать только о Беатрис. Ни о чем другом. Влюбленный взял верх над первооткрывателем. Но и первооткрыватель еще достаточно велик, чтобы рискнуть вызвать неудовольствие их величеств и злобную зависть придворных —Он обнял встревоженного канцлера. — Помогите мне в этом, как друг, самый близкий мне человек. Шепните на ушко королеве истинную причину моего отъезда. Она женщина, и у нее доброе сердце. Она поймет.
— А король? — печально спросил дон Луис.— Что я должен сказать ему?
— Убедите его, что этим внезапным отъездом я сэкономлю ему много денег, — рассмеялся Колон. — И он простит мне любое прегрешение.
— Нельзя же все обращать в шутку, — воскликнул Сантанхель.
— Ничего иного не остается, — Колон схватил руку канцлера, пожал ее. — Сохрани вас Бог, дон Луис, — и вихрем вылетел за дверь.

Рубрика: Роман
Ключевые слова: Колумб
Просмотров: 2894