На пиратских волнах

01 февраля 1967 года, 00:00

Ночь как ночь. Туман как туман. Кого он удивит в сентябрьском Ла-Манше? Белые клубящиеся облака разгладили волны на стеклянной поверхности моря, окутали неподвижно застывший корабль. Сверху, даже с малой высоты, его огней уже не различить, тем более не разглядеть странных башен и мачт, поднимающихся с его палубы. Если подплыть к кораблю вплотную, то можно увидеть надпись на корме: «Каролина», услышать разудалые звуки джаза.

...Ночь как ночь. Да и туман был обычным для экипажа пассажирского самолета, летевшего с континента в Лондон. Эка, в самом деле, невидаль — туман над Ла-Маншем! Вскоре самолет с его командой и восемьюдесятью пятью пассажирами возьмет в свои руки диспетчерская служба Лондонского аэропорта и точно выведет на посадочную полосу. Пора вызывать Лондон. Командир отдает приказание радисту установить связь. Проходит несколько секунд, но вместо привычного «Есть связь!» командиру докладывают, что аэропорт не отвечает, что на его волне слышны лишь разудалые звуки джаза. Под эти звуки самолет долетел до Лондона, под веселые песни в наушниках командир «на ощупь» нашел аэродром, под рекламу какого-то мыла, положенную на бодрую музыку, пошел на посадку, под дробь ударника он вытер капли пота с лица, снял со штурвала дрожащие руки и поздравил пассажиров с благополучным прибытием в Лондон. Их действительно стоило поздравить: Лондон в ту «обычную» ночь не принимал, и лишь мастерство пилота спасло пассажирам жизнь.

Не будем напускать лишнего тумана: корабль, о котором мы говорили вначале, был на самом деле плавучей радиостанцией. Именно он, нарушая международные соглашения о распределении радиоволн в эфире, забил голос диспетчера Лондонского аэропорта, не заботясь о судьбе самолетов, направлявшихся в английскую столицу. Ночная мгла, окружавшая раньше деятельность этих любителей легкой музыки, давно уже рассеялась. За ними твердо укрепилась кличка «пираты». И как всякие пираты, они признают лишь разбой и не гнушаются никакими средствами на пути к наживе.

Судя по сведениям американского журнала «Лайф», черный флаг радиопиратов был поднят еще в 50-х годах. Шведка Брит Ваднер именно в эти годы приобрела корабль и, установив на нем радиостанцию, стала передавать джазовую музыку. В нейтральных водах конкуренция со Шведским национальным радио вначале была для пиратки делом безопасным. Ваднер мало беспокоило, что ее передатчик мешал судоходству и дезориентировал пилотов, заглушая радиомаяки. Лишь в 1962 году шведское правительство поставило радиопиратку вне закона. Ваднер угодила в тюрьму.

В мае 1960 года недалеко от берегов Голландии появилось небольшое судно, на корме и носу которого можно было прочесть — «Вероника». На границе территориальных вод судно бросило якорь. Как пишет французский журнал «Констелласьон», береговая полиция недолго ломала голову над тем, что нужно «Веронике» в такой близости от голландских берегов. Все разъяснилось через несколько дней. На волне государственной радиостанции вдруг зазвучала реклама стиральных машин, за рекламой — музыка. Потом она неожиданно оборвалась, и диктор объявил: «Говорит «Радио-Вероника», мы ведем передачу из нейтральных вод. Мы радиопираты. Слушайте, слушайте нас!»

Все это, однако, было лишь «пробой голоса». Настоящий размах радиопиратству придал нынешний признанный глава и некоронованный монарх этого преступного бизнеса ирландец Роонан О'Рахилли. Хотя в Лондон он прибыл на судне, переполненном эмигрантами, никто даже в то время не решился бы назвать его нуждающимся. У себя на родине, у подножья зеленых холмов, О'Рахилли оставил роскошную виллу, а в ее гараже несколько спортивных машин. Банковский счет отца позволял ему вести жизнь денди. Но Роонан предпочитал охоту за деньгами, унаследовав вместе с родительскими капиталами ненасытность и волчью хватку. О'Рахилли не колебался долго в выборе поля применения своих способностей. Он нашел его в молодом и, как ему казалось, многообещающем бизнесе радиопиратства. После недолгих размышлений он пришел к выводу, что именно здесь существует вакуум, который с успехом можно заполнить. Передача всевозможных шлягеров вперемежку с рекламой подтяжек или кока-колы сулила баснословные барыши. Торговля рекламой, которой в наши дни занимаются радиотелестанции Запада, такой же доходный бизнес, как производство автомобилей или электротоваров. Оборот от торговли таким «эфемерным товаром» составляет, к примеру, у американских телевизионных компаний два миллиарда триста миллионов долларов в год. Не меньшую выгоду от рекламы получают и фирмы-производительницы. В самом деле, как еще можно внушить покупателям, что стиральный порошок «Люкс» лучше, чем его двойник «Персиль», если не шумной рекламой!

В первые же месяцы пиратской радиодеятельности О'Рахилли убедился в том, что ему не придется беспокоиться о клиентуре. Его агенты только успевали принимать заказы на рекламу от самых разных фирм. А ведь когда «Каролина» выходила в море, никто не мог предположить, что О'Рахилли добьется такого успеха, что «Радио-Каролина» возьмет за горло компании, занимающиеся производством грампластинок. В год эти компании выжимали из покупателей 22 миллиона фунтов стерлингов. Радиопираты заставили компании, не по их доброй воле конечно, «поделиться» доходами — продажа пластинок легкой музыки упала на 23 процента, проигрывателей — на 33 процента. Понятное дело, эти «проценты» перекочевали в карман ирландца. К чему, действительно, покупать пластинки, если самые последние новинки чуть ли не круглосуточно передавала «Радио-Каролина»?

Итак, танцевальные новинки обеспечивали пирату обширную аудиторию радиослушателей, те, в свою очередь, привлекали рекламодателей. В результате за два года частной пиратской деятельности Роонан О'Рахилли положил на свой счет миллион.

Закон, запрещающий частные рекламные передачи в эфире, не был для ирландца непреодолимым барьером, В трех милях от берегов Англии, в нейтральных водах этот закон терял свою силу.

Все, что смогли сделать в ответ власти, — это объявить корабль иностранной территорией; однако, новый статут лишь продлевал процесс заполнения бумаг, когда «Каролина» заходила в порты для пополнения запасов провизии.

Но тревожные времена настали и для ирландца. Опасность пришла с моря. Почувствовав возможность легкой наживы, в нейтральных водах Англии появляются одна за другой «Радио-Лондон», «Радио-309», «Радио-Сити», «Радио-Кинг» и многие другие новые станции. Радиопиратство становилось грандиозным бизнесом. Заявки на рекламу (и конечно же, деньги) потекли отовсюду, даже из Техаса. Наиболее популярной среди «новичков» стала «Радио-Сити», обосновавшаяся на свайных площадках бывших противовоздушных фортов. После войны эти башни, словно памятники мужеству зенитчиков, продолжали стоять в нейтральных водах, пока их не пустили в «дело» пираты.

Забот у Роонана прибавилось, в конторе появились новые инициативные сотрудники. Один из них — некий майор Оливер Смидлей — в прошлом парашютист, ныне член правления десятка различных акционерных обществ.

Майор Смидлей по поручению шефа начал переговоры с Реджинальдом Кальвертом, владельцем «Радио-Сити». Никто точно не знает, о чем шел разговор. Возможно, майор вел деловые переговоры о разделе «сфер влияния» в эфире. Поговаривали и о том, что Смидлей, как представитель «Радио-Каролины», хотел купить радиостанцию Кальверта. «Коммюнике», однако, так и не было подписано. Переговоры закончились в чисто пиратском духе. Как-то под утро, когда «экипаж» «Радио-Сити» уже спал после ночной передачи, к опорам башен подошли лодки. Схватка была короткой — через несколько минут все было кончено: аппаратура поломана, сами же сотрудники «Радио-Сити» стали пленниками своих более ловких коллег. На другой день после взятия на абордаж «Радио-Сити» было получено известие, что в одном доме, в графстве Эссекс, обнаружен Кальверт, убитый пулей в живот. Владелец дома майор Смидлей арестован. Еще через несколько дней инспектор Скотленд-Ярда Джордж Браун поднялся на башню «Радио-Сити», чтобы допросить ее обитателей. Уже в Лондоне, отвечая на вопросы журналиста, он несколько раздраженно заметил:
— У них такое же право находиться на этой башне, как и у нас.

В этих словах прозвучало бессилие властей перед радиопиратами, бессилие, которое прямо задевает не только финансовые интересы государственной монополии — радиостанции «Би-Би-Си», но и угрожает безопасности пассажиров авиа- и морских линий.

По недавним подсчетам лондонского бюро «Тайм-Лайф», в Европе сейчас действует 898 радиостанций. Только 398 — официальные — работают на волнах, отведенных для них Европейским союзом радиовещания. 500 других — пираты.

Технический уровень, на котором они осуществляют разбой, позволяет говорить о них, как о пиратах XX века. Смысл их деятельности остался, однако, прежним: стремление к наживе любой ценой, ценой беззакония, ценой чужих жизней...

И. Филатов

Рубрика: Без рубрики
Просмотров: 5475