Запоздалая встреча

01 ноября 1989 года, 00:00

XIII

Капитан Баранов вошел в сени и с удовольствием вдохнул запахи родного дома. Постояв немного, он направился в кухню и, увидев мать, хлопотавшую возле печки, громко произнес:
— У нас сегодня гость. Ставь-ка, мама, самовар. Вася стоял чуть сзади и с удивлением вертел головой, словно пытался рассмотреть и запомнить новые для него предметы.

...Когда там, у шоссе, к месту стычки прибежали геологи, Вася долго объяснял им, что ранение у него пустяковое и никакая помощь не нужна. Затем лежавших без сознания преступников — все считали, что это капитан так ловко уложил их приемами самбо,— погрузили в «Ниву», стоявшую, как выяснилось, неподалеку, в кустах.

По пути к дому Вася пояснил капитану, что нападавшие очнутся не ранее, чем через два часа, а потом, отвечая на вопрос, рассказал, как подружился с ними, случайно встретив в тундре. Слушая его рассказ вполуха, Баранов лихорадочно перебирал в памяти лица людей, на которых был объявлен всесоюзный розыск: что-то знакомое почудилось ему в облике одного из нападавших. Точно. Еще раз взглянув на безмятежно посапывающего во сне человека, он утвердился во мнении: этот человек был один из трех, что бежали из мест заключения как раз незадолго до того, как начались эти таинственные события в поселке газопроводчиков. Двое других были найдены вскоре замерзшими. И вот теперь третий... Еще раз взглянув на его лицо, Баранов вдруг поймал себя на мысли, что беглец и Вася походят друг на друга, словно братья-близнецы.

При воспоминаниях о тех нелегких для него днях Баранов усмехнулся: и чего только он тогда не передумал, чего только не предпринимал, чтобы прекратить будоражащие поселок слухи. Ведь кое-кто всерьез считал, что бежавшие из лагеря намечали устроить какую-то каверзу: потому и заглядывали в окна, пугая поварих, сняли колеса и похитили изоляцию, чтобы сбить с толку людей. Пропавший Трезор, решили некоторые из умников, стал жертвой ожившего покойника, что ночью бродит по тундре, весь в крови и голый...

Теперь же история сильно осложнялась. Оживший и сбежавший покойник оказался пришельцем.

Да, разобраться во всем этом можно, только как следует порасспросив Васю. И чтобы сделать это без помех, ему, капитану Баранову, пришлось в РУВД, куда он сдал преступников, скрыть все, что касалось пришельца: ехал-де к матери, а по дороге подвергся нападению. Правда, конечно, все равно должна будет раскрыться, но это произойдет позже. А сейчас, пока он в отпуске, Баранов надеялся понять загадку иного разума и войти в историю цивилизации первым человеком, вступившим в Контакт. Все остальное в сравнении с этим виделось ему мелким, незначительным. Даже невыполнение служебных обязанностей.

— Проходи, внучок, садись,— обратилась мать капитана к гостю, после того как обняла и расцеловала сына.
— Какой же он тебе внучек, мать? — усмехнулся Баранов.— Зачем себя старишь? Вася тебе и в сыновья годится.
— Что ты, Коленька, он же совсем еще мальчик,— не сдавалась она.— Вишь, как высматривает, словно все в первый раз видит.

Эта мысль матери показалась капитану забавной. Ничего себе мальчик! Так лихо расправился с двумя нападавшими, а до того очень ловко «заготовлял» им продукты по деревням. Впрочем, у геологов он вел себя как сопливый мальчишка, а в поселке и вовсе куролесил, словно щенок на воле: повсюду лазил, хватал что попало, тащил куда-то... Хорош младенец, раскатавший многотонные трубы, как сухие полешки.

После чая, в домашней обстановке, капитана разморило. Укладываясь в свежезастеленную постель, он сквозь слипающиеся веки видел, как Вася, устроившись в постели напротив, странно двигал руками и бормотал что-то невнятное, а чудная его светящаяся татуировка разгоралась все ярче и ярче. Впрочем, Баранов не поручился бы, что все это ему не привиделось.

А когда он проснулся на закате, то был неприятно поражен, услышав слова матери:
— А Вася-то твой ушел куда-то.
— Куда ушел? Зачем ушел? — не понял Баранов.
— Просто ушел. Взял и ушел, даже не попрощавшись. Надо было что-то делать. Капитан отправил подробное донесение о случившемся. Этот его рапорт начальство рассматривало как шутку, а один коллега даже покрутил пальцем возле виска.

И тогда Баранов решился. Купив билет на самолет, он отправился в Москву. Если он, капитан милиции из заштатного городка, понимает всю важность встречи с Васей, то Центру сам бог велел заняться этим Контактом.

Дежурный на Огарева невозмутимо выслушал его и записал на прием к начальнику одного из отделов. Правда, принять Баранова смогут только через два дня.

— В гостиницу вы не попадете,— заверил дежурный.— Лето сейчас,— добавил он солидно, как будто зимой все номера гостиниц свободны для любого приезжего.— Рекомендую поехать в загородное общежитие МВД. На электричке всего полчаса. Я туда позвоню.

Измученный Дальней дорогой и томительной неизвестностью, Баранов задремал в электричке. И когда его разбудили слова: «Спим, милиция? В Бирюлево приехали. Тебе не здесь выходить?» — он не сразу понял, где находится. Еще не пришедший в себя ото сна, Баранов рассеянно повел глазами и вдруг автоматически задержал свой взгляд на руке мужчины, который держался за спинку сиденья. Было в этой руке нечто особенное... И внезапно Баранов понял, что его внимание было привлечено татуировкой. Нет, то была не спираль, как у Васи, а какая-то стрелочка. Но она тоже — тоже! — странно мерцала. И, помимо воли, у него выдавилось хриплое: «Вася!»

Высокий блондин с татуировкой на руке недоумевающе уставился на капитана милиции.

— Извините, обознался,— пробормотал Баранов, но его натренированный глаз уже уловил несомненное сходство незнакомца с Васей.

И когда блондин сошел в Бирюлеве, Баранов, помедлив, вышел за ним.

XIV

Мы поселили Федора на даче, и пока не начался учебный год, в основном возился с ним Максим. Потом нашего друга — моя квартирная хозяйка не возражала — перевезли ко мне. В быту Федор был тих, малозаметен, любил лежать на диване и слушать джатаки (Нравоучительные новеллы-притчи, главным героем которых является Будда.). За город выезжали только по выходным.

Случилось это в один из вечеров в середине сентября. За окном уже стемнело, шел мелкий занудливый дождь, и Федору вдруг взбрело в голову прогуляться. Мы с Максимом сидели у электрокамина, беседовали, и нам вовсе на хотелось менять эту уютную обстановку. Так что Федор отправился на прогулку в одиночестве. Сначала все было тихо и спокойно, а потом от соседней дачи донеслись до нас истошные вопли. В тревоге мы выскочили на крыльцо и тут же увидели, как Федор, неуклюже подпрыгивая на бегу, несется по тропинке в сторону станции: он явно кого-то преследовал. Мы помчались следом, и скоро догнали его у мостика.

Федор был крайне возбужден, пытался вырваться и продолжать погоню. Знаками, уханьем он старался нам что-то объяснить, потом задрожал — как тогда в горах — и вдруг вместо Федора на нас уставилось совершенно незнакомое и, надо признаться, удивительно наглое лицо мужчины лет тридцати пяти.

Мы опешили от изумления.
— Кто это? Ты его знаешь? — наконец вымолвил я, обращаясь к Максиму.
— Может, это новый хозяин дачи Гриновского? — неуверенно ответил он.

Лицо незнакомца, меняясь на глазах, преобразилось, и он опять стал походить на нашего Федора.

Мы повели его обратно, напоили чаем и уложили спать. Казалось, что Федор, послушно исполнявший все наши приказания, успокоился. Однако утром он наотрез отказался уезжать с дачи. Делать было нечего — переубедить его мы не смогли — нам с Максимом, сменяя друг друга, пришлось жить на даче. Как выяснилось позже, Федору только это и было нужно.

Теперь каждый вечер Федор отправлялся на прогулки, причем всегда один. Решив проследить маршрут его передвижений, я убедился, что он постоянно кружит около соседской дачи.

На ней появился сторож — отставной пожарник из поселка. Он, как мне стало ясно, был человеком нервным, напуганным и вскоре вооружился двустволкой, оборудовал дачу сигнализацией и прожекторами. Но все эти меры оказались напрасными, потому что однажды вечером дачу все же обокрали. И что мне показалось странным: в тот же вечер Федор устроил сразу две погони с интервалом в каких-нибудь полтора часа. После первой он продемонстрировал нам все то же наглое лицо, после второй — два других.

— Вот этих я знаю! — воскликнул Максим.— Первый — это Гриновский, второй — Синюкаев, бывший рабочий из поселкового магазина, который сейчас, кажется, живет в Москве, хотя иногда и наезжает сюда к своим дружкам...

— Все это очень интересно,— недовольно заметил я,— но что нам теперь делать?

Но оказалось, что Федор решил вернуться в город. Случилось это после того, как появился у него металлический пенальчик, который Федор никогда не выпускал из рук и временами оглаживал, печально гукая.

В городе Федор теперь не слушал джатак, не смотрел телевизор. Он буквально не находил себе места, все время рвался на улицу. Однажды он вернулся совершенно убитый горем, без пенальчика, но зато с червонцем под погончиком куртки. Когда я спросил его о судьбе пенальчика, Федя затряс головой и продемонстрировал новое лицо, четвертое по счету. Только тогда до меня дошло, что деньги были платой за пенальчик.

Я позвонил Максиму, и он неожиданно очень серьезно отнесся к происшедшему, словно пенальчик был парибхогикой (Какая-либо вещь, принадлежавшая Будде.).

— Надо искать,— потребовал Максим.
— Кого? — изумился я.
— Того, кто купил у него пенальчик,— сказал Максим твердо.— Положись на Федора. Он, я уверен, знает, кого искать и где...
Я с сомнением посмотрел на Федора и поразился: только что он был чуть ли не в отчаянии, а тут преобразился. Наверняка прочитал мои мысли.

Метод поисков, предложенный Федором, показался мне странным. Мы приезжали в район Беговой улицы и прогуливались. От меня требовалось идти на полшага позади Федора и не отвлекаться. Постепенно мы стали ходить вокруг одних и тех же домов, и я начал ловить на себе внимательные взгляды старушек, выходивших подышать свежим воздухом.

Не знаю, сколько бы еще продолжались такие прогулки, если бы в один прекрасный день не произошло следующее. Было около половины третьего, и я уже собирался заглянуть в ближайшую пельменную, как Федор внезапно схватил меня за локоть. Я проследил за его взглядом: он смотрел на двух человек, садившихся в такси. Одного из них я узнал сразу — это был «четвертый», который, вероятно, и купил пенальчик. Однако Федор уставился на высокого блондина с идеальной атлетической фигурой и рекламно красивой, хотя и несколько надменной физиономией.

Блондин, вероятно, почувствовал на себе взгляд Федора. И случилось неожиданное. Когда он повернулся к нам лицом, то застыл подобно манекену или роботу из фантастического фильма, и тогда Федор... заговорил. Его речь была очень тихая, напоминающая писк, на границе ультразвука, но всего удивительнее было то, что блондин не только слышал Федора шагов с тридцати, но и понимал!

XV

Три блестящих черных «линкольна» мчались сквозь ливневый поток, оглашая визгом тормозов притихшие ночные улочки мелькавших городков. Все двенадцать мужчин, команда полковника Хэйра, угрюмо молчали. Им предстояла серьезная работа. Никто из них, включая и полковника, не верил в реальность инопланетного вторжения, но они были обязаны всерьез готовиться к встрече с «зелеными человечками». Такова их работа. «Марсиане, русские или просто шутники из того же Фриско — какая разница? — думал Хэйр.— На то нас и содержит правительство».

...На столе у доктора Заборски лежала газета на русского языке.

Переведенная из нее статья «Опять снежный человек была отповедью на заметку, появившуюся в местной прессе где-то в глубине России. Все это было бы заурядным явлением, если бы не фотография, иллюстрирующая статью Джон Заборски смотрел на нее, и его сердце бешено колотилось. Он мог бы поклясться, что точно такое же лицо видел недавно в одной калифорнийской газетенке, сообща шей о появлении странного блондина, ускользавшего от полиции самым невероятным образом.

Поверх русской газеты лежал неясного предназначен пенальчик из коллекции чудака Риггса, решившего, ч эта игрушка неземного происхождения. Накануне этот экспонат прислали Джону на экспертизу. Доктор Заборски машинально взял пенальчик в руки, повертел его в задумчивости и рассеянно опустил в карман.

И тут ему позвонил Тедди Грин.

Заборски жил в десяти милях от Грина, но что-то подсказывало, ему, что нельзя терять ни минуты. Едва положив телефонную трубку, он кинулся к вертолету, стоявшему наготове на территории научной базы НАСА, положенной рядом. И дальнейшие события показали, эта сверх спешка не была напрасной. Едва Заборски сбросил веревочную лестницу напротив единственного светящегося окна во втором этаже дома Тедди, как увидел, что там начали орудовать какие-то люди, по виду и повадкам своим удивительно напоминающие гангстеров. Джону довелось воочию убедиться в необыкновенных способностях рослого блондина, которого его друг называл Вайлди. Против его невероятных гипнотических способностей самое современное оружие гангстеров казалось безобидной хлопушкой. Уложив всех нападавших одним движением руки, он охотно воспользовался веревочной лестницей, любезно предоставленной Заборски. Вслед за ним на борт  вертолета поднялись некто Тони и его подружка Дебора. Для самого же Тедди места в салоне не оказалось, и охотник за сенсациями смирился с этим. Правда, лишь после того, как взял обещание с Джона держать его в курсе всех событий.

Улетели беглецы вовремя, потому что по шоссе, ведущему к дому Джона, неслись подозрительного вида три черных лимузина, а на светлеющем утреннем небе появились темные точки вертолетов.

Спецотряд ФБР, прибывший в дом репортера Грина с целью задержания подозрительного субъекта, обнаружил вместо него целую группу людей во главе с самим Олссоном — все шестеро находились в невменяемом состоянии и потому не были способны отвечать даже на самые простые вопросы. А хозяин дома, Теодор Грин, рассудок которого тоже, по-видимому, слегка помутился, подтвердил, что пришелец Вайлди и два его друга внезапно исчезли через окно второго этажа. И так как следов на земле под окном обнаружить не удалось, получалось, что удрали они прямо по воздуху.

Поиски этой троицы ни к чему не привели, зато сотрудники авиационной базы НАСА в штате Мэн заявили о таинственном исчезновении доктора Заборски, который вместе с приписанным к базе вертолетом должен был вернуться сутки назад. Полковник Хэйр никак не предполагал, что в это же самое время в аэропорту Шереметьево-2 появилась необычного вида группка людей, прибывших рейсом Нью-Йорк — Москва. Впереди шел высоченный блондин в леопардовых плавках с большой картиной под мышкой, за ним двигался маленький лысеющий брюнет в очках и с «дипломатом», а замыкали шествие молодой человек с видеокамерой и девушка в изрядно помятом вечернем платье.

Блондин в плавках протянул строгому пограничнику свернутый в трубочку листок, который тот развернул и внимательно изучил. И хотя это был всего лишь рекламный проспект знаменитой фирмы по производству пылесосов, коротко произнес:
— Проходите.

XVI

Пересадов мог бы уже давно отойти от дел, ведь почти десять лет кропотливой работы (за вычетом трех, пришедшихся на совершенно случайную отсидку без конфискации) давали ему возможность наконец-то воспользоваться плодами рук своих. Но не тут-то было! Да и сам Пересадов был человеком азартным, и интересовал его всегда не столько результат, сколько процесс, предшествующий блестящему финалу. К тому же дело его было таким, что так просто не отойдешь: и конкуренты, и ОБХСС вместе с розыском, и горе-друзья вроде Кунина никуда тебя так просто не отпустят. А уж после появления в его квартире блондина Артем Пересадов не ушел бы на покой ни за какие коврижки.

Опуская ненужные подробности, можно сказать, что Пересадов вдруг стал обладателем и руководителем феноменального разработчика неизменно успешных операций и одновременно неуязвимого защитника, способного справиться с любым количеством противников вне зависимости от того, вооружены они или нет. Нельзя сказать, что Артем Пересадов и раньше был мало загружен, но теперь заимел множество дел, мотаясь по всей Москве, чтобы потом передать полученную информацию блондину, который мгновенно переваривал ее и передавал Пересадову в легко усвояемой форме. Артем в точности следовал этим указаниям, и удача неизменно сопутствовала ему.

И вот однажды Пересадов вместе со своим «консультантом-охранником» должен был встретиться с одним из давних клиентов. Предварительная работа была практически завершена и оставалось передать последнюю часть коллекции монет и получить вознаграждение в конвертируемой валюте. Каким образом потом клиент вывезет эти монеты за рубеж, Пересадова не волновало. Как говорится, встретились и разошлись, предварительно обменявшись свертками. Однако сразу после этой встречи Артем Пересадов вдруг понял: все далеко не так здорово, как ему представлялось ранее.

Лишь только он с блондином вышел из подъезда и направился к ожидавшему такси, Пересадов всем своим нутром понял: за ними следят! Специфика работы научила его определять не только сам факт слежки, но и — самое главное! — кто именно из появившихся в поле зрения людей этим занят.

«Так-так...» — подумал Артем Пересадов, открывая дверцу такси. Блондин должен был сесть на заднее сиденье чуть позже него. Артем бросил косой взгляд на трамвайную остановку. Так и есть: за ним следит тот самый жуткий парень, у которого был приобретен пенальчик. И парень был не один — с ним рядом торчал новомодный, с косичкой, волосатик. Этой волосатой публики Артем Пересадов не опасался, но вот поведение блондина заставляло кое над чем задуматься...

Но дело — прежде всего. Встретившись в условленном месте и обменявшись свертками, Артем Пересадов уже повернулся, чтобы удалиться, как клиент задержал его. Протянув Пересадову какой-то журнал в яркой обложке, он, волнуясь, сказал:
— Там, в журнале, слова о твой новый друг. Be careful ,— и указал на сидящего в такси блондина.

По дороге домой Пересадов нашел в журнале нужную страницу и быстро пробежал текст. Все казалось дутой сенсацией, если бы на фотографии не был изображен его «новый друг».
— Слушай,— обратился он к блондину,— покажи мне свою левую руку...

Как показалось Пересадову, обычно бесстрастное лицо блондина на миг стало насмешливым, даже ироничным. Тем не менее он с готовностью протянул Артему руку.

«Нет,— облегченно вздохнул Пересадов,— это не он. Татуировки на руке нет, а по статье должны быть стрелочки...»
— Ты что, по руке гадаешь? — хмыкнул таксист.
— Учусь,— небрежно ответил Артем, а блондин, по обыкновению почти не разжимая губ, вдруг сказал:
— Стрелочки — это очень опасно! Be careful.

Окончание следует

Подготовка и общая редакция текста Дмитрия Стахова. Авторы глав: XIII — А. Пушко (г. Киржач, Владимирская обл.), XIV — А. Цой (г. Советабад, Андижанская обл.). XV — В. Брусилов (г. Хабаровск), XVI — И. Зотов (г. Мапуту, Мозамбик).
В опубликованных главах использованы материалы: А. Семененко (г. Пятигорск, Ставропольский край), Д. Баниса (г. Елгава, Латвийская ССР), А. Зисмана (Москва), В. Потапова (Москва), С. Караюдина (г. Ставрополь), Е Голицына (Москва), Е. Питерской (Москва).

Просмотров: 3123