Старейшина ганзейских городов

01 ноября 1989 года, 00:00

Скамейки на набережной

Узкое Эльбшоссе идет по-над самым берегом реки и уже не справляется с автомобильным потоком. Часы пик здесь напряженнее, чем в любом другом месте Гамбурга. Мы потихоньку приближаемся к Альтоне.

До 1937 года Альтона была самостоятельной общиной. Но когда создавался «Большой Гамбург», три прусских города — Альтона, Харбург и Вандсбек — сливались воедино. Тогда же образовалась одна огромная гавань в нижнем течении Эльбы. В 30-х годах в Альтоне располагались богатые виллы. До сих пор сохранились высокие заборы, чугунные решетки, разгораживающие участки. Сейчас дома пустуют. Богатые гамбуржцы покинули район: слишком шумно, не тот воздух, появилось много «чужих». Приспосабливаются под общественные нужды оставленные здания, кое-где строятся новые дома. Район заселяют «белые воротнички» — квалифицированные рабочие. Есть несколько землячеств гастарбайтеров — так называют в ФРГ иностранных рабочих.

Небольшое кафе в центре Альтоны — уголок Кипра. Кажется, что попал в другую страну. Здесь подают кипрское вино, угощают рыбой, кальмарами, креветками, выловленными в теплых морях. Столики стоят прямо на улице, посетителей обслуживают черноглазые, смуглые люди. Ситуация просто немыслимая в прежней Альтоне.

Эльба образует небольшой рукав, в котором стоят лодки, парусные суда, яхты. На берегу деревянная фигура черта. Он сидит и, усмехаясь, смотрит на воду. Само место называется «Мост дьявола». Черт прикован к пеньку цепью. Он уже четвертый, которого ставит муниципалитет: три украдены на сувениры.

Альтону часто бомбила авиация западных союзников. Метили в гавань, хотели вызвать панику в богатых кварталах, где жили нацистские бонзы. Часть руин специально не сносят и не ремонтируют. На остатках стен размашисто, большими буквами написано: «Нет войне!» Те же лозунги повторяются на скамейках, что стоят вдоль Эльбы. На другом берегу реки можно увидеть комплекс заводов «Мессершмитт-Бельков-Блом». Этот гигантский аэрокосмический концерн производит по заказам Бонна и военную продукцию. «Нет войне!» — воспринимается как связь времен, как предупреждение будущему из прошлого. Остовы домов и военные заводы разделяет только река. Ее медленное течение напоминает течение времени.

В дневные часы Эльбшоссе пустынно. Можно ехать медленно, не слыша нетерпеливых сигналов сзади. Есть время оглядеться по сторонам. Повсюду — на заборах, стенах домов, фонарных столбах — отметки, показывающие уровень самых сильных наводнений. Они расположены выше человеческого роста.

Вдоль берега возведена высокая каменная стена. Сложенная из кирпича, она в состоянии сдержать сильный напор воды. Можно идти вдоль стены до самого конца набережной. Последние годы больших наводнений не было. Но страхи и опасения по-прежнему остаются. Высказываются предположения, что в случае сильного наводнения стена-дамба может стать направляющей и привести разбушевавшуюся Эльбу в город. Это будет пострашнее обычного наводнения. Ведь вода пойдет как бы по коридору, наступая на город не разливом, а мощным потоком. Вот почему каждой весной гамбуржцы с тревогой вглядываются в туманную даль Эльбы.

Ворота в мир

Гамбургские путеводители начинаются с традиционной фразы: «Гордо несет старый ганзейский город Гамбург свое второе имя «Ворота в мир». И это справедливо. Благодаря гавани и торговле он давно связан со всем миром.

Согласно преданию, город основан в 810 году Карлом Великим. Его внимание привлекла именно гавань, удобные и открытые бухты, бесчисленные рукава величавой Эльбы. Спустя два века гамбургские купцы и корабелы получили право беспошлинно торговать во всем мире. За тысячу с лишним лет существования город превратился в огромный индустриальный центр. И все-таки Гамбург, как мне кажется, был и остается «городом у реки».

От Гамбурга до моря 117 километров. Широко и привольно течет в своих низовьях Эльба, местами ее глубина достигает тринадцати с половиной метров. По ее фарватеру ежегодно поднимаются до Гамбурга более 18 тысяч судов. Для некоторых Гамбург порт приписки, для большинства же — один из перевалочных пунктов. Интересно наблюдать, как распадается цепочка кораблей и каждый из них направляется к своему месту. Причалы протянулись на 235 километров и дают работу почти семидесяти тысячам докеров, корабелов и других рабочих.

Наш «фольксваген» то мчится по пустому причалу, то пропадает в тени высоченного терминала — огромного склада грузов, принадлежащего, как правило, крупной фирме. В порту сегодня существует 23 таких причала. В образцовом порядке здесь сложены контейнеры, сотни, тысячи контейнеров различной формы и цвета — малых и больших. Как разобраться в этом скопище грузов?

Мы останавливаемся у погрузочной машины. Это мощный контейнеровоз, напоминающий марсианский треножник Г. Уэллса. У него четыре огромных колеса, на которых покоится платформа с кабиной водителя. На наших глазах машина подъезжает к терминалу, поднимает контейнер и доставляет к кораблю. Затем кран подхватывает груз и бережно опускает на палубу. Вся операция занимает считанные минуты.

Поднимаемся по высокой крутой лесенке в кабину. Обычное рабочее место шофера. Справа от водителя установлен дисплей. На нем появляются распоряжения: где, когда, какой груз брать, к какому судну везти. Здесь все просчитано — расстояние, время, объем работы. Команда горит на дисплее ровно столько, сколько требуется для ее выполнения. Водитель должен укладываться в срок, потому что через определенное время на дисплее вспыхивает новое указание, и контейнеровоз должен отправиться за очередным грузом. Программа с автомобильного дисплея уходит в память ЭВМ, которая следит за тем, чтобы груз дошел до места назначения.

Советскому сухогрузу «Капитан Илья Гаврилов» предстоит кругосветный «виток»: сначала в Юго-Восточную Азию, а затем назад. Маршрут занимает 130 дней, и к нему надо основательно приготовиться.

— После каждого рейса происходит смена команды,— рассказывает капитан Зумер Зардинов.— Самолетом в Ленинград отправляются отдыхать отработавшие моряки, им на смену прилетают новые. Смена команды занимает считанные дни, а за это время нас обеспечивают грузом. Практически судно не простаивает ни часа. Жесткий график.

С высоты ходового мостика «Капитана Ильи Гаврилова» контейнеры кажутся просто большими кубиками. Их аккуратно поднимали и опускали на палубу краны. Цепочка «человек — ЭВМ — груз» действовала в четком ритме.

Воскресенье — рыбный день

От знаменитого Репербана, той самой увеселительной улицы, которую знают моряки и туристы всего мира, кривым коротким переулком попадаем на знаменитый рыбный рынок.

В дальнем конце площади — а она вся вытянулась вдоль Эльбы — стоит символический памятник. На высоком каменном постаменте — голова женщины. Глаза тревожно всматриваются в даль, пытаясь увидеть или предугадать возможное наводнение. Пьедестал высок. В каком бы месте площади вы ни находились, голова видна отовсюду. Говорят, что еще ни одному наводнению не удавалось захлестнуть постамент вместе с головой. Если это случится, в Гамбург придет беда — таково народное поверье.

Торги начинаются в 8.30 утра. Этот порядок, установленный городским магистратом еще в 1703 году, неукоснительно соблюдается и по сей день. Все пространство площади занято бесчисленным количеством ларьков. А вот стоят трейлеры — домики на колесах, какие прицепляются к машинам во время летних отпусков. Рядом туристские палатки, только сделаны они не из прорезиненной плотной ткани, а из прозрачной пленки, чтобы видно было все, что заготовлено внутри. Передней «стенки» у такой палатки нет. На складные столы положены доски, заменяющие собой прилавок. Тут же большие плиты, на которых в считанные минуты можно по желанию покупателя приготовить любое блюдо из самой экзотической рыбы.

А каких даров моря здесь только нет! Только настоящий специалист перечислит их названия. К тому же, привезенная со всей Западной Европы, одна и та же рыба называется в каждой стране по-своему, что дает право продавцу рекламировать свой товар как редкий и необычный. Вся эта живность, пойманная сегодня ночью,— бьется, шевелится, двигается, иногда издает какие-то звуки.

Здесь понимают толк в хорошей рыбе.

За рыбными рядами начинается гигантская распродажа часов, украшений, одежды и обуви, техники, животных и растений. Товары лежат на открытых прилавках. Можно брать, смотреть, мерить, торговаться, покупать, снова класть на место. Хозяину же до тебя, кажется, и дела нет. Он роется где-то в глубине палатки и появляется только затем, чтобы получить деньги.

Крытые грузовички из Западной Европы доставляют в Гамбург урожай из всех стран. Машины стоят в ряд у самого причала — капотами к бухте, задним бортом к рынку. Подходим к одной из них. Борт откинут. Фермер берет связку бананов и объявляет цену. Ходит по кузову, не переставая говорить, веселя людей, взвинчивая атмосферу. Вот к связке прибавляется веник, букет цветов, кулек апельсинов. Постепенно повышается цена. В ход пошла и кадушка с фикусом, который выглядит как новогодняя елка: все, что продается, развешано на нем или сложено под ним как подарки. Не успевает хозяин назвать последнюю цену, как находится уйма покупателей. Как правило, право первой покупки получает симпатичная девушка. Под смех и крики толпы фикус упаковывается в огромный бумажный мешок и в таком виде вручается владелице. Все восторгаются щедростью продавца. Начало положено, можно начинать массовую торговлю. Психология покупателя, пришедшего на базар с надеждой купить подешевле, повсюду одинакова. Но первая продажа сделана, как говорится, «для почина». Потом фермер с лихвой вернет потерянные марки.

Фруктовый ряд — завершение традиционного крута. Дальше — причалы, прохладный простор речной глади. Остается только сесть на прогулочный катер — они тут на любой вкус: от глиссера до яхты,— и прокатиться по гавани. Вокруг такие же «счастливцы» рассматривают покупки. Глядя на них и в собственный пакет, удивляешься мастерству продавцов, всучивших абсолютно бессмысленные вещи. Но... для того и существует эта гудящая ярмарка.

Под сенью святого Михаила

Гамбуржцы утверждают, что одна из главных достопримечательностей города — Михаелис-кирхе. Ее силуэт повторяется на сувенирах, фотографиях, во всех посвященных городу альбомах, ее можно увидеть на исторических картинах. Считается, что святой Михаил — один из главных покровителей города и, уж конечно, он — покровитель моряков. Не отнимая лавры у святого Николая, официально опекающего всех странствующих по водам и землям, он оказывает особое внимание ганзейцам. В центральном и боковых приделах кирхи установлено много досок в память пропавших без вести или погибших моряков. Регулярно возносятся молитвы о «плывущих и путешествующих». Морская тематика — один из излюбленных тезисов воскресных проповедей в Михаелис-кирхе.

Мне показалось, что гамбуржцы любят, эту церковь за ее верность городу, за то, что на протяжении почти пяти веков она стойко переносила вместе с Гамбургом все удары судьбы. Первая часовня, освященная в честь архистратига, была построена около 1600 года на городском кладбище. Часовня не справлялась с «конвейером смерти» во время эпидемий, и, спустя шесть лет, была возведена кирха. Сначала маленькая, потом большая, с башней. В 1685 году в ряду четырех других она считалась главной.

Михаелис-кирхе трижды разрушалась: пожар, удар молнии, снова по жар. После третьего бедствия в 1906 году она возводится в нынешнем виде. Новая стотридцатидвухметровая башня заметна издалека. Говорят, что она служила ориентиром для авиации западных союзников во время адских бомбежек Гамбурга в 1943 году, видимо, поэтому и не пострадала. Ни один город на территории нынешней Федеративной Республики Германии авиация западных союзников не утюжила с таким усердием, как Гамбург: 55 тысяч погибших, 63 тысячи раненых, 900 тысяч оставшихся без крова, 250 тысяч разрушенных домов и промышленность уничтоженная наполовину,— таков итог бомбардировок.

У входа в церковь расписание служб соседствует с объявлением для туристов. Для них двери кирхи крыты каждый день с 9.30 до 18 часов вечера. Куплен билет, нужно только решить, как подниматься наверх — пешком или на лифте. 449 старых истертых ступенек из темного камня опоясывают внутри башню. Поднимаясь по ним, не видишь ничего, кроме стен.

Со смотровой площадки на восьми-десятидвухметровой высоте Гамбург открывается по-новому. Взор устремляется к гавани. Широкий рукав Эльбы спокойно огибает остров Вильямсберг. Плавучие краны, словно металлические журавли на высоких ногах, мерно кивают клювами. Полоса набережной, сплетенье улиц с бегущими машинами напоминают отсюда большую детскую игру, запущенную умелой рукой волшебника. Впрочем, так оно и есть. Если с высоты не различить, не угадать номера машины, названия магазинов, надписи вывесок, то имена «волшебников» читаются легко и свободно. Над терминалами порта, над небоскребами и кубами деловых зданий и контор ярко горят их гигантские рекламы.

Хотя число прихожан в последние годы упало, Михаелис-кирхе процветает по-прежнему. А все потому, что она тоже нашла в современном городе свое место как своего рода духовный центр, да и прежние прихожане оказывают ей поддержку.

Большой орган церкви поражает воображение не только своим звучанием, но и видом. Этакая барочная птица, обнимающая зал своими трубчатыми крыльями! Когда два хора — взрослый и детский сливаются со звуками органа в хвале «Наш Михаил», екает сердце и перехватывает дыхание.

Община Михаелис-кирхе содержит приют для престарелых и детский сад. Это довольно прибыльно, тем более, что таких учреждений в городе мало. К услугам верующих, для «особенных случаев», дьякон и две медсестры — своеобразная служба скорой помощи. Есть и молодежные группы, которые работают под руководством священников. Словом, вниманием охвачены все возрасты и разные социальные слои. Сегодня церковь св. Михаила стала престижны храмом.

Однажды мне довелось виде здесь обряд венчания. Огромный зал был пуст, лишь на передних скамьях сидели родственники и знакомые новобрачных. Органист играл торжественный хорал, и священник в черно- белом облачении напутствовал молодых. Было ясно, что свадьба скромна и небогата. Молодые чувствовали себя явно неуютно в огромном холодном зале, боялись смотреть друг на друга, руки их дрожали, и какая-то пожилая женщина с передней скамьи все время подбадривала их. Сзади толпились любопытные, в том числе и я. Наконец, священник заученным широким жестом благословил молодых, и они под музыку Мендельсона пошли к выходу. У дверей ждала старинная карета с опущенной подножкой. Молодая, держась за руку мужа робко ступила на нее. Они уселись, и колеса застучали по каменным мостовым Гамбурга.

Гамбург

Л. Стржижовский

Ключевые слова: Гамбург
Просмотров: 3758