Путешествие с альбомом марок

01 марта 1962 года, 00:00

Марки я собираю с детства и сейчас, в преклонных годах, — честное слово! — не стыжусь своей филателистической страсти. Мальчишкой я с любопытством глядел на марки французских колоний в Африке (кто из ребят не знает эти марки!). Вот темнокожие носильщики на головах переносят грузы через стремнину в джунглях; караван верблюдов движется по раскаленной пустыне; два африканских рыбака на утлой пироге переплывают широкую реку в саванне; леопарды и слоны; неизвестные цветы и фрукты.

Всё это я воочию увидел в Африке, где прожил около трех лет. Правда, экзотика теперь не так уж интересовала меня. Да она постепенно исчезает с африканских почтовых марок. Ее пропагандировали европейские колонизаторы, которые умышленно показывали Африку, как заповедное место для охоты белых господ, как континент, населенный «дикими» народами. То, что происходило за расписным экзотическим занавесом, не находило отражения на почтовых марках.

Взгляните на марки сегодняшней Африки. Все чаще они становятся зеркалом происходящих событий: по ним нередко можно проследить важные политические изменения, увидеть успехи в экономике и культуре стран, сбросивших колониальное иго.

В какую бы африканскую страну ни приезжал, я неизменно направлялся на почтамт за марками.
Я хочу рассказать читателям лишь о некоторых марках независимых стран Африки, хранящихся в моем альбоме. Они говорят о бурном пробуждении и обновлении древнего континента. С гордостью народы освободившихся стран выпускают новые почтовые марки, изображающие карту родины, ее место на африканском континенте, новые государственные флаги.

Давайте совершим небольшое путешествие с альбомом марок и вспомним некоторые примечательные события в жизни африканского континента.

Нет больше Золотого Берега

Романтическое название Золотой Берег исчезло с географической карты, а затем и с почтовых марок. Оно родилось в эпоху колониальных захватов и беззастенчивого грабежа богатств Африки и было для народа символом тяжелого прошлого. Поэтому, как только 6 марта 1957 года была провозглашена независимость страны, народ нарек ее именем Гана.

Марки не были готовы к дню празднования независимости. И тогда на старые марки Золотого Берега был поставлен штамп: «Независимость Ганы, 6 марта 1957».

С тех пор прошло пять лет. И каждый год 6 марта ганский народ торжественно отмечает День независимости, а почтовое ведомство выпускает к этой дате очередную серию марок. Они высоко ценятся на мировом филателистическом рынке.

Взгляните на марку, посвященную первой годовщине независимости. Не раз проходил я под этой Аркой независимости в ганской столице — Аккре. Это историческое место. Здесь в 1948 году английские полицейские безжалостно расстреляли демонстрацию безоружных ганцев, которые шли с петицией к английскому генерал-губернатору, жившему в замке Христиансборг. Это событие всколыхнуло африканцев.

Много раз приходилось мне ездить по девственным лесам и пустынным саваннам Ганы. В сырых джунглях провинции Ашанти, где лианы цепко обвивают вековые деревья, встречаются чудесные цветы, а в сухом травянистом покрове саванн можно увидеть незнакомых нам птиц.

В гуще лесов дровосеки валят могучие деревья. Затем грузовики с прицепами везут их к берегу моря, в порт Такоради. Отсюда они идут в Европу и Америку. Это махогани — красное дерево, незаменимое сырье для мебели. Отдельные стволы его стоят сотни фунтов стерлингов. Деревья качеством похуже поступают на местный рынок. Если вы закажете у уличного плотника в Аккре кухонный стол или табуретку, он обязательно изготовит ее из... красного дерева.

Еще на одной марке изображен сверкающий алмаз. Много их скрыто в ганской земле; много алмазов было вывезено за годы колониального режима английскими промышленниками на лондонский рынок. Да и теперь английские компании продолжают хозяйничать на алмазоносных землях страны.
Самые богатые месторождения алмазов — в районах рек Бирим, Анкобра, Бонса — находятся еще в руках англичан.   Здесь построены современные механизированные предприятия, на которых заняты сотни рабочих.

Когда англичане были хозяевами Золотого Берега, они разрешили местному населению добывать алмазы в тех районах, которые английские компании считали нерентабельными.

И сейчас рядом с асфальтовым шоссе, что ведет в город Тарква, можно увидеть неглубокие ямы в земле, в которых по пояс в мутной воде работают старатели. Старатель набирает в таз породу и, промывая ее, внимательно смотрит, не блеснет ли на дне таза бриллиантовая крошка. Он бережно опускает ее в стеклянный флакончик, висящий у него на поясе. Добытые алмазы он сдает владельцу участка, а тот продает их на государственном алмазном рынке в Аккре.

Сейчас в Гане все чаще говорят об организации кооперативов старателей. Первый опыт уже есть — в Западной провинции создано кооперативное общество алмазных старателей, которое, несомненно, улучшит их жизнь.

На другой марке вы видите разрезанный плод какаового дерева, что растет в южной и центральной Гане. Какао пришло в Гану в семидесятых годах прошлого века и ныне стало главным богатством республики. Ни одна страна мира не выращивает такого количества этих ярко-оранжевых плодов. Дважды в год плоды, растущие на стволе дерева, созревают. Фермер срезает их и извлекает черные семена, которые вы видите на марке. Это и есть бобы какао — сырье для шоколадной промышленности.

Ни один боб не остается в Гане — ведь здесь нет кондитерских фабрик, а сами ганцы не пьют какао и не едят шоколада. До последних лет посредники-англичане скупали какао у фермеров, а затем продавали в Лондоне крупным западным шоколадным монополиям: Нестл, Кэдбери энд фрай, Линдт. Монополии, конечно, диктовали и свои цены.

Национальное правительство Ганы изменило этот порядок и обеспечило фермерам твердые цены на какао. Центр торговли какао переместился в Аккру.

Советский Союз с каждым годом покупает у Ганы все больше бобов какао. Они поступают на наши кондитерские фабрики, где из них делается шоколад, порошок какао, конфеты.

На последней марке Республики Гана — Вольта — большая африканская река, берега которой напоминают прекрасный сад. Пока еще могучие воды Вольты не используются ни для ирригации, ни для получения электроэнергии. Но правительство Ганы твердо намерено преградить ее течение мощной плотиной и заставить реку служить народу.

Слон — символ силы народной...

2 октября 1958 года Гвинея, бывшая французская колония, была провозглашена независимым государством. У руководства страной встала Демократическая партия, за которую на выборах голосовало почти все население Гвинеи. Символ партии — слон. Он был изображен на избирательных бюллетенях, о нем народ сложил много чудесных песен. Его вы видите и на марках.

На языке народности суссу слон — «сили». Это ласковое прозвище народ дал своему лидеру — президенту Секу Туре. В дни колониализма, когда гвинейцы говорили о партии, о Секу Туре, они называли их «сили», чтобы французы не поняли, о чем идет речь.

Гвинейский народ строит сейчас новую жизнь. Взгляните, на одной из марок — гвинеец-ученый у микроскопа. Это совершенно новое явление. Ведь французские колонизаторы всячески ограничивали развитие культуры в Гвинее, не давали африканцам возможности учиться. Те гвинейцы, которым удавалось получить образование, оказывались не у дел, так как посты специалистов предоставлялись только французам.

После образования республики французские специалисты были отозваны из Гвинеи. Гвинейское правительство призвало всех грамотных граждан республики трудиться на благо родины. Не всегда хватало у них опыта и знаний, но гвинейцы смело взялись за дело.

С новыми силами трудятся и крестьяне в деревнях Гвинеи — в джунглях Нзерекоре, на склонах гор Фута-Джалон, в сухих саваннах Канкана. Здесь зреют тропические культуры, которые высоко ценятся на рынках стран умеренной зоны. Особенно богата Гвинея ананасами и бананами. Я видел огромные поля, где у самой земли, меж длинных остроконечных колючих листьев, наливались соком душистые ананасы; плантации банановых деревьев с их широкими, точно опахала, зелеными листьями.

На одной из марок нарисован плод, малоизвестный у нас. Это авокадо. Он мягок, маслянист и очень питателен. Обычно его едят, поливая оливковым маслом и уксусом с перцем.

Сейчас гвинейская деревня меняет свое лицо. Место частных плантаций постепенно занимают крупные государственные хозяйства.

В песнях ныне поется о могучем «сили», который неумолимо идет вперед и топчет своими тяжелыми ногами врагов свободы...

В ночь под Новый год

Независимость пришла в Камерун в ночь под новый, 1960 год.

Днем раньше я прилетел из Аккры на аэродром камерунского города Дуала...

Дуала — самый большой город страны и крупный порт. 90 процентов товаров, ввозимых в Камерун и экспортируемых из страны, проходят через причалы порта Дуала, которые вы видите на камерунской марке. Отсюда корабли разных стран (чаще всего французские) везут бананы, кофе, какао, хлопок, лес, арахис.

Коренное население города принадлежит к племени дуала. Отдельные районы города называются по именам кланов этого племени: Аква, Белл и другие. Большой портовый город всегда привлекал людей из других провинций, и теперь племя дуала составляет не более четверти населения города. Дуала всегда был центром национально-освободительного движения в стране.

...Первое, что увидели пассажиры самолета, были солдаты под командованием французских офицеров и проволочные заграждения. Мощные прожекторы освещали пространство вокруг летного поля. Туда глядели и дула пулеметов, разбросанных по периметру аэродрома.

От самолета к зданию аэровокзала мы шли по дорожке, густо усыпанной битым стеклом. Окна контрольной башни были выбиты, из них тоже выглядывали солдаты в касках.

— В прошлую ночь, — объяснили нам, — здесь произошло сражение. Партизаны вышли из джунглей, захватили аэродром и удерживали его до тех пор, пока к французам не подоспели военные подкрепления. С боем партизаны отступили.

Так, в канун Нового года я близко ощутил те камерунские события, о которых знал по газетам и рассказам очевидцев.

Вот уже более шести лет в Камеруне идет вооруженная борьба народа против французского колониализма. Под руководством народного героя Рубена Ум Ньобе прогрессивные силы создали национально-освободительную армию, которая и сейчас контролирует ряд районов на юге страны. Борьбу возглавляет партия Союз народов Камеруна.

В 1958 году был предательски убит Рубен Ум Ньобе. Но борьба продолжается. Партизаны требуют вывода французских войск из Камеруна, полной амнистии участникам освободительной борьбы и свободных выборов.

На параде в честь независимости в Дуале произошел знаменательный инцидент. После того как прошли солдаты, скауты, организованные властями школьники и студенты, перед трибунами появились «самозванные» колонны горожан. Они несли плакаты: «Амнистию всем политзаключенным!», «Наш вождь — Рубен Ум Ньобе!» На груди у демонстрантов были прикреплены портреты Рубена.

Этой политической демонстрации власти не ожидали. Но она ясно показала, на чьей стороне симпатии народа.

Из Дуалы гостей поспешно повезли на самолетах на крайний север Камеруна, в город Гаруа. Мы перенеслись в совсем другой мир.

Север Камеруна — отсталый, пустынный и засушливый край. Его население состоит из двух больших групп. Фульбе — мусульманские народности, объединенные в феодальные общины, которые возглавляют вожди — «ламидо». Другая группа — многочисленные племена, носящие общее название «кирди». Это беднейшая часть населения страны. «Кирди» до сих пор сохранили древние примитивные обычаи и традиции. Вот на марке один из представителей этих племен с луком в руках и колчаном у пояса. Я видел много таких охотников; их единственной одеждой была шкура антилопы.

Саванны северного Камеруна — это заповедник африканской природы. Не случайно богатые американские и французские туристы устремлялись раньше именно сюда. Непуганые бродят по саваннам жирафы (вы видите их на марке), слоны и страусы, в скалах и кустарниках прячутся львы, пантеры, гиены; проносятся стада антилоп и диких коз.

В Гаруа гостей встречали «ламидо» в широких белых одеждах, с лицами, закутанными так, что виднелись только глаза. Местные жители, завидев вождя, падали ниц и громко, нараспев славили его. Часа три мимо трибун двигались всадники, словно сошедшие со страниц учебника истории средних веков. Одни были в пестрых одеяниях, с кожаными щитами; другие — в кольчугах и шишаках; третьи — просто в шкурах антилоп, с копьями в руках. На одной из камерунских марок вы видите такого «рыцаря», напоминающего воина Чингиз-хана или хромого Тимура...

Конго бурлит и волнуется

Пожалуй, самые экзотические марки выпускали бельгийские колонизаторы в Конго. На них были гориллы и аллигаторы, орхидеи и экзотические ритуальные маски. Конго представляли в марках, словно колониальный музей или увеселительный парк с «туземными» аттракционами. А в это время в стране уже зрели большие события...

Я приехал в Конго на неделю, чтобы присутствовать на праздновании независимости 30 июня 1960 года. Все было спокойно в построенном бельгийцами на европейский лад Леопольдвиле. И никак не думал я, что задержусь здесь на три месяца и буду свидетелем трагических событий, потрясших весь мир...

Если все было так мирно в Леопольдвиле, почему же нервничали бельгийские колонизаторы? Почему упаковывали они свои чемоданы и поспешно заказывали билеты на самолеты до Брюсселя?

Мы поняли это, когда побывали в «африканских» кварталах Леопольдвиля, откуда раньше конголезцам не разрешалось выходить после 6 часов вечера.

Перед нами здание, или — вернее — его остатки: окна выбиты, стены обгорели и разрушены.

— Что это? — спрашиваем мы.
— Здесь была контора бельгийской торговой компании, — отвечают конголезские друзья. — Ее уничтожили в дни январского восстания.

Речь шла о народном восстании 4 января 1959 года, когда бельгийские власти попытались запретить митинг, на котором должен был выступать Патрис Лумумба. Но колонизаторы просчитались.

Три дня шли бои населения против солдат — наемников империалистов. Горели магазины иностранных компаний, конторы, полицейские участки. Это было грозное предупреждение бельгийским колонизаторам. И уже 13 января перепуганный король Бодуэн был вынужден заявить, что Конго будет независимым. А два года спустя в стране были выпущены марки в честь второй годовщины этого народного восстания.

...Настал день 30 июня. Мы, журналисты, находились в здании парламента, расположенном на берегу реки Конго. В нижнем этаже для нас открыли почтово-телеграфное отделение. Было объявлено о предстоящем выпуске новых марок, и я поспешил занять очередь на почте.

Я получил десять разноцветных марок с картой Конго и впервые в его истории написанным словом «независимость». И в это время услышал крики и шум, доносившиеся с улицы. Бросившись наверх, я увидел в окно, как к парламенту подъехал премьер-министр Патрис Лумумба. Это его встречали восторженные толпы народа.

Пробиться в зал было немыслимо. Мы поставили у входа стол, на него стулья и уселись на них, чтобы через головы сотен людей следить за событиями. В белом мундире, с орденами выступал бельгийский король Бодуэн. Затем к микрофону подошел президент Жозеф Касавубу с фиолетовой лентой через плечо, во фраке. Жидкие хлопки встречали эти выступления, ведь в них не было ни слова о будущем народа, о его победе над колониализмом.

Но вот поднялся Лумумба. Зал замер в волнении. Что скажет молодой премьер? Словно бичом хлестал он бельгийских колонизаторов: «Наши раны еще слишком свежи и болезненны, чтобы мы могли забыть о них...»

Он говорил об угнетении, которому подвергался народ Конго, и воскликнул: «Со всем этим отныне покончено!»

Гром аплодисментов на улице, около репродукторов, бурная овация в зале парламента, и искривленные злобой лица бельгийцев и их конголезских холуев...

* * *

Я мог бы много еще рассказать о марках независимой Африки — Нигерии и Сьерра-Леоне, Мали и Берега Слоновой Кости, но этого нельзя сделать в короткой журнальной статье. Поэтому закончим пока наше небольшое путешествие с альбомом марок.

Африка переживает горячее время.

В конце прошлого года взвился флаг независимой Танганьики. В этом году получает независимость Уганда.

Недалеко то время, когда солнце свободы будет светить над всем африканским континентом.

Леонид Пасенюк / Фото автора

Рубрика: Без рубрики
Ключевые слова: марки
Просмотров: 5311