Здесь теряется чувство пространства

01 сентября 1991 года, 00:00

Каждый раз, путешествуя по Эвенкии, я испытываю какое-то особое волнующее чувство. Может быть потому, что здесь еще много нетронутых цивилизацией мест. Городов нет вообще, и жизнь сосредоточена в небольших поселках, геологических экспедициях, стойбищах оленеводов, охотничьих избушках. Они стоят в десятках или сотнях километров друг от друга, и оттого, кажется, здесь теряется чувство пространства.

Это край горных хребтов и каньонов, бесчисленных озер, рек и водопадов. Под тонким плодородным слоем земли — вечная мерзлота, из-за чего леса в основном низкорослы, а прикрытые мхом лавы не высыхают даже на вершинах сопок. От стерильности воздуха здесь кружится голова, а непривычная тишина отдается звоном в голове...

Эта древняя земля так велика, что, вылетев однажды вместе с охотоведческой экспедицией из Туры, окружного центра Эвенкии, на север, мы за несколько часов переместились из одного времени года в другое: в конце мая в Эвенкии уже весна, а на севере еще холод и туман. Вместе с нами преодолевали этот дальний путь, возвращаясь к родным гнездовьям, стаи гусей и уток. Они наполняли воздух радостными криками, словно сообщая, что время зимней спячки кончилось. От этого полета в памяти остались оленьи тропы, тянущиеся к Таймыру, величественная Нижняя Тунгуска, она же Угрюм-река, закованная в скалы река Тукалан, огромное озеро Ессей со стремительно бегущей по его ледяной поверхности росомахой. А вот в мелколесье замелькали силуэты оленей — нервничают, потряхивают ветвистыми рогами, прячутся в тень вертолета...

Приземлились на каменной отмели живописной речушки, где-то в районе поселка Кислокан. Убедившись в прочности грунта, заглушили двигатели. Большая тихая заводь, поваленные водой и ветром стволы и голубое небо с белоснежными кучевыми облаками. На шум вертолета из кустарника выскочили две крупные лайки, метнулись назад и тут же вернулись в сопровождении подростка.

В стойбище обустраивались две семьи эвенков-оленеводов, совсем недавно перекочевавших сюда. Уже стояли три чума, меж деревьев были закреплены жерди, на которые наспех набросаны мешки и коробки с продуктами. На земле и кольях — предметы домашней утвари, оленьи шкуры, оружие. В летнем чуме — небольшая печурка на ножках с короткой не выходящей наружу трубой, радиоприемник ВЭФ. Чуть в стороне на привязи несколько ездовых оленей. Оленье стадо паслось в мелколесье.

На жердях уже вялилась недавно отловленная рыба. Молодая хозяйка в глубокой чугунной сковородке пекла на углях хлеб. Закипал таежный чай. Свой маленький мир, так похожий на мир других стойбищ, начинал жизнь на новом месте...

Я знаю, что жизнь кочевников-оленеводов сурова, но есть в ней и гармония, есть выверенные веками отношения с природой. И главное для нас, приезжих, не навредить этой жизни и этой земле, где еще сохранилась природа.

Эвенкия

Юрий Южков / Фото автора

Рубрика: Без рубрики
Просмотров: 4495