Норвегия глазами музыканта, или «Осторожно! Тролли!»

01 ноября 2008 года, 00:00

С постоянством природных явлений вроде снега зимой или сезонной миграции перелетных птиц настоящие путешественники всегда находят повод вырваться из обычной жизни и отправиться в путь. Прихотливыми маршрутами они пересекают страны и континенты, оранжевые марокканские барханы и розовые пески иорданской пустыни, ботсванское бездорожье и бразильские джунгли. Во всяком случае, именно так происходит с сегодняшним гостем нашей рубрики Дмитрием Маликовым, у которого определенно есть свой взгляд на путешествие как таковое. К тому же, как известно, его основная профессия позволяет иметь свое мнение об этом явлении. Ведь кому как не музыкантам были всегда близки и понятны дороги. Сегодня мы говорим о его недавнем путешествии в Норвегию.

— Чем привлекла вас эта северная страна?

 — Наверное, любого путешественника — даже если он путешественник только в душе — не может не привлекать страна, вся история и культура которой проникнуты духом странствия, движения, недаром самоназвание Норвегии переводится как «путь на север». Какой мальчишка не зачитывался в детстве книгами о викингах — не только морских разбойниках, но и истинных первооткрывателях Америки? А географическими «потрясениями» начала ХХ века мир и вовсе обязан великим норвежцам. Вспомнить хотя бы лыжный переход через Гренландию Фритьофа Нансена или первую успешную воздушную экспедицию на Северный полюс в 1926 году на дирижабле «Норвегия», хотя норвежец в составе экспедиции значился только один — Руаль Амундсен. Это была — для Норвегии и всего мира — удивительная эпоха, до сих потрясающая воображение своими масштабами: Амундсен, узнав о том, что американцы Пири и Кук первыми добрались до Северного полюса, просто развернул стоявший под парусами для отплытия к заветной северной точке корабль и… покорил другой полюс — Южный. Да и позже приключения норвежских мореходов волновали мир: легендарный Тур Хейердал, пересекая океаны на плотах и папирусных лодках, укрепил статус страны как родины безрассудных первопроходцев и мужественных романтиков.

 — Что особенно интересно именно российскому путешественнику?

 — Норвегия — наш ближайший сосед, и у нас очень много общего, причем это не пустые слова. Если верить летописным преданиям, варяг Рюрик с братьями основал знаменитую княжескую династию на Руси. А варягами в древности называли, как известно, викингов. Может, как раз из-за этого родства Норвегия и Россия в представлении остальной Европы всегда были «северными нациями». Опять же русские и норвежцы первыми среди европейцев начали осваивать арктическое пространство и сделали его сферой своей жизнедеятельности. Поэтому «северный элемент» получил большое значение в национальных культурах обоих народов. До сих пор обе страны лидируют в мире по опыту полярных исследований и выживания в суровых условиях севера.

 — Не отпугнула суровая природа?

 — Напротив, меня как музыканта давно манило то, что вдохновляло Эдварда Грига. Ведь Григ, несмотря на мировое признание, в первую очередь национальный норвежский композитор. В его «Норвежских танцах», песнях и романсах на стихи Ибсена и даже в фортепианных концертах так много искреннего восхищения своим народом и родной природой, что понять до конца музыку Грига можно только в Норвегии. И в концертах Грига, и в романах норвежского писателя Кнута Гамсуна чувствуется то особое состояние, которое по-норвежски называется хюгге. Хюгге — это своеобразная скандинавская нирвана, чувство умиротворенности и гармонии с миром, которое вызывает завораживающая красота первозданной природы. Вот за этим хюгге я и поехал в Норвегию.

 — Для поездки в северную страну понадобились особые приготовления? — Нисколько. Несмотря на то что это самая северная страна Европы (более 1/3 ее территории находится за Северным полярным кругом), Норвегия не покрыта вечными льдами, как думают многие. Благодаря омывающему норвежские берега Гольфстриму климат здесь мягкий, хотя и по-северному капризный. Впрочем, современная Норвегия давно преодолела свою зависимость от погодно-природных условий и превратилась в одну из самых процветающих стран Европы. Может, дело в нефти, крупные месторождения которой обнаружили в Ставангере в конце 1960-х. Хотя, скорее всего, причина не только в ней. Здесь, как и вообще в Скандинавии, всеобщее благоденствие было достигнуто как-то незаметно для всех, упорным трудом, без революций и гражданских войн. Даже такой напряженный момент, как рождение независимой Норвегии в 1905 году, прошел «без схваток». Самостоятельное северное королевство первой после расторжения почти вековой шведско-норвежской унии признала, между прочим, Россия, которой сегодня очень далеко до благополучия соседки.

 — Вы путешествуете командой. Вас объединяет какой-то особый взгляд на путешествие?

 — Да, это так. Со стороны может показаться, что цели наших маршбросков исполнены чудачеств: например, в начале пути зачерпнуть воды в Атлантическом океане, а в конце — вылить ее в Индийский, или наловить рыбы в реке Окаванго, где полно крокодилов… У каждого из нас — неважно, артиста, бизнесмена или врача — своя причина отказаться от семейно-курортного отпуска. И, если честно, практически в каждом путешествии возникает такое особое, специфическое для каждой экзотической местности чувство, которое сложно выразить словами. Может быть, это и есть самоцель наших походов?

 — Каков состав вашей команды?

 — У нас уже сложился костяк — человек 10, которые ездят постоянно. Иногда у кого-то не получается, иногда появляется кто-то новый. Главное, чтобы он не был занудой. Ведь каждая поездка — это определенные лишения. Единственно надежный критерий проверки попутчиков — давняя дружба и испытания в дороге.

 — Профессия в вашем «клубе путешественников» имеет значение? — В целом нет, но мы стараемся использовать по максимуму профессиональные навыки или увлечения каждого. Скажем, присутствие врача в поездке бесценно, и у нас есть такой человек — Яков Брандт, известный хирург. А Игорь Угольников, например, большой любитель фотографии, отвечает за наш архив. Александр Гафин, страстный путешественник, — наш бессменный идеолог и вдохновитель. Это он предложил поехать в этот раз на север. А в целом мы все очень разные, но у нас есть несколько общих требований к путешествию. Во-первых, это должно быть место, которое лежит в стороне от туристических маршрутов. Во-вторых, поездка не может быть слишком долгой, от 7 до 11 дней, иначе многим не вырваться. Я, например, всегда заранее совмещаю ее с графиком гастролей.

 — Вы никогда не изменяете автомобильному виду транспорта?

 — Возможность проложить маршрут на автомобиле — это тоже одно из условий. Личный транспорт дает свободу. Приходилось в поездках пересаживаться и на верблюдов, и на ослов, но это больше в качестве развлечения. Для наших путешествий по соотношению проходимости и скорости идеален хороший джип. Хотя в Норвегии, надо сказать, можно ехать на любой машине: дороги там фантастические (на этот раз мы практически не сходили с магистралей). Причем воображение поражает не только и не столько их качество — в Европе везде неплохие дороги, — сколько грамотно продуманная прокладка трасс в сложнейших природных условиях. Как известно, почти 70% площади страны занимают горы, ледники и болота, северо-западное побережье сплошь изрезано фьордами и дробится на сотни островов — и при этом в Норвегии отличное дорожное сообщение. Здесь нет практически ни одной трассы без горного тоннеля или моста, а на знаменитой атлантической дороге длиной чуть более 8 километров «умещаются» 8 мостов, «перепрыгивающих» с острова на остров.

Так что благодаря чудесам норвежской инженерии маршрут в этот раз технически оказался несложным. Пожалуй, единственным заковыристым участком была «лестница троллей» — Тролльстиген. Этот участок трассы на пути из Андалснеса в Гейрангер считается самым опасным в стране: здесь не рекомендуется ездить с прицепом, а зимой дорога вообще закрыта по причине схода лавин. Представьте: 11 крутых петель серпантина высоко в горах с уклоном 12%, с очень крутыми — до 180 градусов — поворотами, местами шириной всего в одну машину, с карманами для разъезда. При этом в непосредственной близости от дороги обрушиваются огромные водопады. Через один из них — двухсотметровый Стигфоссен — нужно переехать по мосту, машину при этом обдает потоком брызг, дух захватывает… На этой трассе мы встретили самый забавный из когда-либо увиденных предупреждающих дорожных знаков — «Осторожно! Тролли!»: в треугольнике — фигура чудища. Это, видимо, шутка местного туристического комитета, но, по легенде, местные горы и есть окаменевшие тролли, так что вполне возможно, они когда-нибудь еще оживут…

 — Недели для этой страны хватило?

 — Краткость этой поездки добавила остроты впечатлениям и стала, скорее, ее плюсом — каждый день оказался очень насыщенным. Нам повезло с провожатым — русский парень, который давно там живет и объездил всю страну, он и помог нам разобраться в новом географическом и культурном пространстве. Мы побывали и в Лиллехаммере — посмотрели олимпийские объекты столицы зимних Олимпийских игр 1994 года. Заходили в краеведческие музеи, в местечке Купангер видели одну из 28 (всего их в мире 30) ставкирок — деревянных каркасных церквей XII века. Ездили к самому большому в Норвегии и Европе леднику Йостедалсбрин в одноименном национальном парке. Проехали, конечно же, по фьордам — с берега на берег переправлялись паромами. Я впервые так путешествовал — очень здорово. Даже тривиальные ночевки в гостиницах оборачивались сюрпризами. Когда мы приехали в отель Улленсванг, выяснилось, что в нем уже лет сто останавливаются члены королевской фамилии, бывал в нем и Эдвард Григ — он там, между прочим, «Пер Гюнта» написал.

 — Что поразило в путешествии?

 — Три момента. Первый — контрасты. Кругом суровые скалы и ледники, а вдоль дорог продают свежую клубнику. Выезжаем из городка Мольде — сплошные розовые кусты в цвету (Мольде даже называют «городом роз»), 25 градусов тепла. Буквально 10 минут пути — поднимаемся на гористое плато и оказываемся среди   снежных сугробов выше человеческого роста. Дорога прорублена прямо в снегу. Мы выходим в майках, кидаемся снежками, а через 15 минут опять жара. Нам, кстати, и тут повезло: климат в Норвегии нестабильный, но всю неделю стояла солнечная сухая погода. Даже в Бергене — городе, где дождь идет более 300 дней в году, было без осадков.

Второй момент — как это ни банально — фьорды. Ощущение от них такое, что сам Господь Бог вдавил своей рукой эти глыбы камня в равнинный берег, дунул ветром и заполнил разломы океанской водой. Мы проехали самые известные и красивые норвежские фьорды: Герайнгер-фьорд — признан, как известно, объектом Всемирного культурного наследия ЮНЕСКО, Согне-фьорд — самый длинный в мире — вдается в скалистый берег более чем на 200 километров. Водопады, леса, снежные шапки на вершинах, и почти незаметно присутствие человека — очень редко попадаются одинокие домики. Меня потрясла история одного американца, который поселился на скалистой вершине фьорда. Туда совершенно невозможно добраться по суше: только вертолетом или с моря — по скользким и шатким глыбам, образующим своего рода ступени. Когда к нему приезжают друзья, он скидывает им сверху веревочную лестницу. Недавно к нему нагрянули налоговые полицейские, но лестницы не дождались, а по скалам лезть не решились — уехали ни с чем. Мы на катере подъехали к самому подъему — просто отвесная скала. Вот это экзотический подход к жизни…

И, наконец, третий момент — гармоничная благоустроенность. Все продумано до мелочей, все для человека. При этом невероятно бережное отношение к природе: в Норвегии не встретишь ни одного испорченного высотками ландшафта.

 — Троллей вы видели, а викингов?

 — Нам так много рассказывали по дороге о разбойнических повадках викингов, что романтический ореол, который был у нас в головах, развеялся. Их потомки, впрочем, производят благоприятное впечатление, хотя, откровенно говоря, людей мы мало видели: наш путь лежал через небольшие деревушки. Поэтому когда мы приехали в Берген — конечный пункт путешествия и второй по величине после Осло город в Норвегии, он просто ошеломил своей пестротой, шумом, обилием молодежи… Обычная атмосфера европейского приморского города, обычные студенты и клерки, но мыто за неделю успели «одичать».

Берген и бергенцы мне показались очень симпатичными, но запомнился другой образ. В один из дней на кораблике мы подходили к живописному острову. Тамошний ресторанчик знаменит тем, что его хозяин — известный норвежский путешественник, который вошел в Книгу рекордов Гиннесса, объехав вокруг света под парусом в одиночку. Он выглядел в точности так, как мы себе представляем капитанов дальнего плавания — борода, трубка, кепи, обветренное загорелое лицо. Такими для меня и остались норвежцы — суровые и при этом доброжелательные, мудрые люди.

 — Что лично вам дают подобные путешествия?

 — На мой взгляд, после медитации это самый лучший вид отдыха для мозгов. В путешествии у тебя все время новые впечатления, не только «пейзажные»: мы ходим по самым разным музеям, пробуем национальную еду, погружаемся в другую жизнь — познаем мир. Кроме того, лично для меня это источник творческого вдохновения. В дороге я не пишу и стараюсь даже не думать о музыке. Занимаюсь «собирательством» — в каждой стране ищу местные инструменты, слушаю народную музыку, покупаю пластинки. Из Норвегии привез очень много дисков. Теперь с новыми силами и идеями буду работать.

Беседовала

Просмотров: 6090