Летопись на скалах

01 мая 1971 года, 00:00


1847 году солдаты французских колониальных войск, остановившиеся на отдых в небольшом оазисе Тиу, увидели на песчаниковых скалах, окружающих оазис, какие-то рисунки. Несколько копий этих рисунков попали в Париж и немало озадачили исследователей: на скалах были изображены животные, которые просто не могли жить в Сахаре, — жирафы, слоны, бегемоты.

Спустя несколько лет немецкий исследователь Генрих Барт, путешествуя по Сахаре, увидел новые наскальные рисунки — охотников в масках, животных, сцены охоты, но, к своему удивлению, не нашел среди изображений верблюда. Барт был достаточно квалифицированным исследователем, чтобы отнести это только за счет случайности. Он заключил, что рисунки эти были высечены тогда, когда верблюдов в Сахаре вообще не было. А так как анализ античных рукописей, рассказывающих о великой пустыне, позволял предположить, что верблюды появились в Сахаре лишь во II— III веках нашей эры, то — следовал вывод Барта — открытые изображения были сделаны, по крайней мере, не позже этого времени.

С тех пор сообщения о все новых и новых древних рисунках в пустыне поступали едва ли не каждый год. В 1932 году французский лейтенант Бренан, обследуя окрестности форта Джанет расположенного у отрогов горного массива Тассилин-Адджер, что в самом центре Сахары, увидел наскальные изображения. За девять лет службы у отрогов Тассилин-Адджера Бренан открыл и скопировал сотни первобытных рисунков. Весь этот материал Бренан переслал в Париж — одному из крупнейших исследователей первобытного общества, Брейлю. И в 1952 году Брейль выпускает первое серьезное научное осмысление «феномена Сахары» — так назвали этот непостижимый фейерверк красок в самом центре пустыни — книгу «Наскальные росписи Тассилин-Адджер».

В 1956 году в горы Тассилин-Адджер выехала экспедиция французского исследователя Анри Лота. Почти полтора года провел исследователь с небольшой группой художников и фотографов среди безжизненных скал. Обследовал Анри Лот и другие места Сахары, где ранее были обнаружены фрески. В результате этой экспедиции мировая коллекция первобытной живописи пополнилась сотнями фресок, тысячами и тысячами изображений. Самая «пустынная пустыня» подарила миру самую большую, самую красочную галерею первобытной живописи.

Как же появились в Сахаре изображения животных, совершенно не приспособленных к жизни в пустыне, — жирафов, бегемотов, слонов, газелей? Может быть, эти рисунки оставили случайные пришельцы? Или, быть может, исследователи открыли святилища жителей древних оазисов?

Но наскальные рисунки и фрески были зафиксированы, по сути дела, во всех районах Сахары — на севере и юге, на западе и востоке и в центре пустыни.

А это могло говорить только об одном — существовала в истории Сахары эпоха, когда она не была пустыней, и человек жил в Сахаре повсеместно.

  Древнейшие рисунки Сахары — их возраст около десяти тысяч лет — изображают главным образом одиноких крупных животных. Затем появляются композиции; наиболее часто среди них встречаются огромные стада животных, идущих гуськом. (Надо сказать, что смысл подобной композиции до сих пор не совсем ясен. Загадочно и то, с каким постоянством ее воспроизводили на скалах художники не только цветущей Сахары, но и их современники, жившие на территории Франции, Испании, Италии, Скандинавии, Карелии.) В это время человек Сахары был охотником и собирателем диких злаков. На каменных полотнах того времени живут, сражаются и погибают от стрел и копий, защищают свое потомство от хищников слоны и леопарды, антилопы и страусы. Сахара, отраженная на фресках этого времени, — это цветущая, плодородная страна, покрытая высокой и сочной травой, зелеными густыми лесами, с полноводными озерами и реками, где привольно было жить и всевозможному зверью, и рыбе, и птице. Этот период — исследователи назвали его периодом Древнего Буйвола — длился несколько десятков веков: с VIII по IV тысячелетие до нашей эры.

Начиная примерно с XXXV века до нашей эры сюжеты наскальных фресок несколько меняются. В это время, по-видимому, в Сахаре появляются первые скотоводческие племена.

Художники-скотоводы оставили наибольшее количество рисунков. Они переняли и усовершенствовали и технику, и традиции своих предшественников — охотников. Но сюжеты композиций меняются — на скалах появляются стада уже домашних животных, сопровождаемые пастухами. Часто встречаются изображения повседневной жизни человека: семья, расположившаяся в конусообразной хижине, женщины, растирающие зерна в каменных зернотерках. Художник-скотовод как бы подчеркивал свое богатство, свою власть над животными — коровы и быки его тучны, а стада безропотно послушны его пастушьему посоху.

Но вот где-то в середине второго тысячелетия до нашей эры на скалах появляются очертания колесниц, запряженных лошадьми. Изображение лошади на скалах Сахары прослеживается вплоть до II века нашей эры. А потом главным действующим лицом в изображениях животного мира уже становится верблюд.

В это время палитра художника Сахары становится более строгой. Краски «зеленого рая» Сахары тускнеют — исчезают пастбища и леса, пересыхают озера и реки, все меньше и меньше становится зверей и птиц, все труднее и труднее становится прокормить стада. И может быть, художники Сахары инстинктивно улавливали эти незаметные на протяжении человеческой жизни изменения мира, уже самой формой рисунка как бы рассказывали о надвигающейся катастрофе, перед которой человек был бессилен. Новые животные, появившиеся в Сахаре, — сначала лошадь, а затем и верблюд — стали для него словно бы символом этих изменений — он изображает их схематично, жестко. Да и самого себя он начинает рисовать уже не властелином стад, но лишь обозначает свое присутствие в этом изменяющемся мире. Фигуры верблюда и человека в последний период существования наскального искусства Сахары превращаются в некий иероглиф. Сахара стала пустыней.

Тщательный анализ изменений в стиле рисунков и их содержания позволил представить мир, окружавший древнего художника, а вместе с тем и очертить путь отступления человека перед песками. Вначале, видимо, пустыней стали западные и восточные равнины, и оттуда пески начали продвижение к центральным горным массивам. На юге человек уходил от песков через горы Аир и Адрар Ифорас, на востоке — через перевалы Джебель Уэнат к нильской долине.

Фрески, естественно, не могут дать точный ответ, почему Сахара стала пустыней, но они подсказали одну весьма интересную гипотезу.

Дело в том, считают некоторые исследователи, что именно обилие крупного рогатого домашнего скота — а, судя по фрескам, в это время по будущей пустыне бродили действительно огромные стада — привело в конце неолита к уничтожению растительного покрова Сахары, что, в свою очередь, ускорило наступление песков.

Никто не сомневается ныне в том, что дважды Сахара обводнялась, покрывалась зеленью и превращалась в цветущий, полный жизни край... Трудно определить, сколь длительны были эти зеленые периоды в жизни Сахары. Еще труднее объяснить, почему они наступали и почему Сахара в конце концов вновь становилась Сахарой — черно-желтой, почти безжизненной... Все было довольно просто, пока ученые объясняли феномен Сахары влиянием ледникового периода на ее климат: ледники, дескать, принесли влагу в Сахару. Это отнюдь не исключается, но сейчас мы говорим о послеледниковом периоде, когда климатические условия оставались практически неизменными.

Есть гипотеза, что зеленую Сахару превратили в пустыню травоядные животные — и дикие, и одомашненные человеком: они будто бы — а неумеренная потрава действительно ведет к смене и в конечном итоге к оскудению растительности — уничтожили всю растительность, и Сахара стала пустыней.

В разных районах Сахары исследователям неоднократно встречались изображения колесниц. Анри Лот, тщательно исследовав все эти изображения, пришел к выводу: колесницы на скалах как бы отмечают путь какого-то народа через Сахару к Нигеру. Анри Лот считает, что этими племенами были легендарные «народы Моря», среди которых, по-видимому, были этруски, нападавшие в XII—XIII веках до н. э. на Египет, и древние ливийцы.

Но Лот на этом выводе не остановился. Он считает, что этот древний путь не забывался в течение тысячелетия. Плиний писал, что римский полководец Корнелий Бальба в 19 году до нашей эры совершил триумфальный поход в Африку, захватив Киренаику и часть территории современного Алжира. Плиний упоминает также, что полководцу пришлось преодолеть несколько рек, среди которых была одна с названием Дазибари. Но и в наши дни некоторые племена, живущие по берегам Нигера, называют эту реку «Да Иза Бари», что означает «Большая река людей Да». Неужели римляне в I веке до нашей эры достигли Нигера?

Плиний довольно подробно называет те места, где проходил Корнелий Бальба. И лингвистический анализ показал, что большинство этих названий можно считать идентичными современным географическим обозначениям тех мест, где... исследователями были зафиксированы изображения колесниц.

Именно ливийцы вели римлян, заключает свои исследования Лот.

В. Ильин

Просмотров: 8749