Долгий полет стрелы

01 декабря 1971 года, 00:00

Древние наконечники, сработанные из камня за 3000—2500 лет до н. э. и из бронзы за 1500 лет до н. э.

Английские лучники, как свидетельствуют хроники, выпустили 120 тысяч стрел во время битвы при Креси, состоявшейся в 1346 году. Столько же стрел просвистело в воздухе 28 июля этого года в английском городе Йорк, городе, где состоялся XXVI чемпионат мира по стрельбе из лука. Битву при Креси выиграли англичане, что же до чемпионата мира, собравшего 300 лучников из многих стран мира, то здесь в командном первенстве у женщин верх взяли польские спортсменки, а среди мужчин — американцы.

Японский рисунок на пергаменте (XVI в.), изображающий айна в одеянии из лыка.

Приведенные два эпизода лишь две скромные вехи в бурной истории лука, начало которой теряется в самых далеких от нас временах...

Реши человек в те времена прослыть в собравшейся на нашей планете компании джентльменом. Реши он, другими словами, защищать собственное существование тем же оружием, что было у других — руками, ногами, зубами, — вполне могло статься, что впредь мир бы уже никогда джентльменов не увидел. Но у человека оказались не только конечности, но и голова. Жизнь поставила перед ним задачу стать венцом творения, и он принялся за дело. Проблема заключалась не в том, стоило ли ему всякий раз сходиться с мамонтами и тиграми в рукопашной... Нет, тут было все ясно, эта проблема была решена еще обезьянами: попробуйте-ка, к примеру, подойти к орангутангу, когда тот сидит на высоком дуриановом дереве, — он тут же обрушит на вас град здоровенных колючих плодов. Не велика заслуга и в изобретении обыкновенной суковатой дубимы: размахивая ею, вы приобретаете лишь скромный шанс поразить хищника на небольшом удалении. Проблема была, повторяем, в ином: как максимально увеличить это расстояние, важное к тому же не только для безопасности, но и для того, что мы сейчас называем «зоной поражения»; и, второе, как увеличить число наносимых ударов, как опередить соперника в скорости?

В раздумьях на эту тему человек провел немало времени — сотни тысячелетий, но не стоит думать, что время это ушло впустую: человек прошел такие этапы, как изготовление каменных орудий с заостренными концами (в будущем идеально подошедших как наконечники для стрел); он изобрел плоские метательные палицы (в том числе и знаменитый возвращающийся бумеранг) и усовершенствовал обычную длинную палку, превратив ее в острое и прочное копье; он, наконец, додумался до копьеметалки и пращи, что намного увеличило длину полета копья и камня.

Но что-то тут было не то, «что-то», заключавшееся в ограниченности человеческой силы, которой маленькие хитрости радикально помочь не могли.

Как полагают, лук и стрелы родились из более простого снаряда: дротик прилаживали к гибкой ветке, и в тот момент, когда животное задевало за ветку, дротик летел вдогонку. Парадоксально, но нам этот простенький самострел кажется куда сложнее лука. Лук! Что может быть проще: возьми гибкую ветку, стяни ее веревкой и стреляй!

Нашему предку, однако, все это не было так очевидно и просто. И не потому, что веревки тогда не было, жилы подошли бы даже лучше. Дело в стереотипе мышления, а речь шла о новом, качественно новом оружии. Речь шла о создании оружия-машины, о простейшем — и гениальном — механизме.

Но кто же, спрашивается, был тем гением? Где жил он и когда, при каких обстоятельствах свалилось ему на голову знаменитое яблоко? Увы, домашний адрес изобретателя нам неизвестен. Что до времени, то изобретение лука относят к концу верхнего палеолита — началу мезолита. Ясно также, что изобретение должно было многократно повториться, ведь лук известен или был известен везде, кроме разве что Австралии, Тасмании и Новой Зеландии.

Насмешки древних ретроградов над новым изобретением длились ровно столько, сколько новаторам потребовалось, чтобы овладеть техникой стрельбы. Должно быть, какое-то время конформисты продолжали махать суковатыми дубинками, но конформистами они были скорее всего не по своей воле — просто они не овладели еще хитростями стрельбы и технологией изготовления качественных луков. Совсем не случайно на свет появились целые мастерские, занятые производством нового товара. «Серийным» производством занималась, к примеру, мезолитическая (13—7 тысячелетия до н. э.) «фабрика», следы которой обнаружены в 1949 году на берегу давно исчезнувшего озера близ Стар Карра (Англия). Костяные наконечники для стрел здесь явно производили для «третьих лиц».

Глиняная скульптурка лучника (музей г. Палермо)

Луки на все руки

В 1886 году директор берлинского музея этнографии Адольф Бастиан решил привести в порядок коллекцию луков и стрел, собранных в разных уголках земли. Тут-то им и было замечено, что луки независимо от времени и места их производства делятся на несколько основных видов. Самый простой изготовляется из разрезанного вдоль длинного куска гибкого дерева, тетива в ненатянутом состоянии висит свободно. Такие луки высотой в человеческий рост, а иногда и до трех метров длины встречаются и сейчас у племени шавантов (Амазония), веддов (Цейлон). Такие же простые луки, но круглые в сечении можно увидеть у ямана, алакалуфов, яганов, живущих по берегам рек и фиордов Огненной Земли; луки меньшего размера с более крутым изгибом встречаются у бушменов и пигмеев Африки, новогвинейских папуасов. Похожие на этот же тип луки характерны и для эскимосов Аляски, различие состоит в том, что эскимосский лук усилен в середине.

Особую известность получил азиатский лук (его также зовут татарским или скифским). Он составляется из нескольких кусков дерева или рога, соединенных клеем или жилами. Это увеличивает его эластичность и крепость. При натяжении центральную часть лука, до этого момента вогнутую, лучник рукой выводит вперед; только перед пуском стрелы азиатский лук принимает привычную лукообразную форму. Сейчас этот тип лука можно встретить у племен Центральной Азии, Северной Африки, у некоторых племен Малайзии, Филиппин.

Доктор Бастиан вместе с привлеченным к работе известным этнографом Ратцелем, проанализировав берлинскую коллекцию луков и познакомившись с жизнью многих племен Африки и Азии, не отошедших к тому времени от «цивилизации лука», сделали еще одно предположение. Лук, считали они, в определенной степени есть слепок той или иной ступени развития общества. Технические характеристики лука, цели, в которых он использовался, — все это может рассказать, во-первых, об образе жизни создавшего его народа (чаще всего лук был у кочевников, жителей открытых пространств) и, во-вторых, об уровне цивилизации его создателей в зависимости от того, был ли лук для человека основным средством борьбы за жизнь, или он принадлежал охотнику или воину в обществе с более развитой социальной структурой, или же он превращался в предмет спортивных увлечений...

Лук завоевывает страны

Шло время, и лук становился мощнее, а стрелы его в буквальном смысле слова оперялись. Поступив на вооружение, лук вынудил древних генштабистов заняться пересмотром тактики и стратегии.

Поначалу лук появился в пешем строю, потом лучник пересел на коня. Слава к лучникам, непревзойденным артиллеристам своего времени, пришла быстро.

Персы, к примеру, помещали изображение лучника на своих монетах — этой чести лук и стрелы добились благодаря прославившим себя в сражениях десяти тысячам «бессмертных», гвардии персидского войска. Каждый «бессмертный» учился искусству стрельбы из лука с детства.

Не мыслили себе воспитания без лука и афиняне. Правда, в военных действиях они предпочитали обходиться мечом, луком пользовались лишь специальные отряды легкой пехоты, составленные из неимущих слоев населения республики. Задача этих соединений была не сложна: тревожить противника. Точно такую же роль выполняли и псилисты — лучники, входившие в состав македонских фаланг Филиппа II (382— 336 гг. до н. э.) и тоже, кстати говоря, набиравшиеся среди беднейших. Лук, однако, оставался обязательной дисциплиной в воспитательном спортивно-военном комплексе македонцев до падения империи Александра Великого...

Янычары султана Селима II (Пьяницы) в походном строю (миниатюра времени Оттоманской империи — XVI в.).

И тут в героической и стремительной истории лука наступает неожиданный антракт. Виновником его был Рим. Римляне не только отрицали военную значимость «стрельцов», но и считали лук оружием «подлым», недостойным благородного воина. Они смотрели на стрельбу из лука как на потешное и экзотическое развлечение, не достойное, однако, больших арен и форумов. Дело все же было не в психологическом отношении римлян к луку. Само оно было порождением веры в непобедимость тактики сомкнутых легионов. У римлян было два пути: или отбросить в сторону тяжелый щит, дротики, меч и, разомкнув плотный строй, взяться за лук, или отбросить лук. Они сделали второе и были, наверное, правы, поскольку не обладали нужной для лука мобильностью. Не случайно и то, что во время пунических войн у римских легионеров вошел «в моду» большой щит. Как в наши времена родилась наука противотанковой защиты, так щит стал для тех времен защитой «антилуковой».

Римская «цензура» на лук не могла, естественно, помешать его распространению в других частях света. Именно лук способствовал во многом стремительному расширению татаро-монгольской империи, империи неутомимых всадников, искусных охотников и опытных — благодаря бесчисленным межплеменным столкновениям — воинов. Каждый всадник имел на вооружении два лука: короткий — для стрельбы с лошади, и длинный — для стрельбы с земли. Последний был особенно мощен — он посылал стрелы на расстояние до 400 метров! В трех колчанах воин носил около пятидесяти стрел— длинных, снабженных наконечниками, приспособленными для различных целей, в том числе и для стрельбы горящей паклей во время осады города.

Не меньшим почетом пользовался лук и у арабов во времена халифата. В своей тактике арабы особое значение придавали бедуинскому набегу, в основе которого лежала внезапность и исключительная мобильность. Рассеять, привести в беспорядок изготовившегося к обороне противника — такова была цель набега. Когда же дело доходило до схватки с главными силами, в бой вступала эфиопская пехота, основным оружием которой был все тот же лук.

В Европе золотой век лука наступил в период средневековья. Он возродился здесь в трех ипостасях: оружие для охоты, оружие для боя, оружие для поединков. Основную заслугу в возрождении лука приписывают Карлу Великому, издавшему специальный указ об обязательном выращивании тиса как самого лучшего дерева для луков на всех землях каролингской империи.

Точно такое же решение было принято и в Англии, правда, произошло это лишь после того, как англичанам был преподан жестокий урок. В 1066 году в битве при Гастингсе норманнские лучники Вильгельма Завоевателя засыпали своими тяжелыми стрелами кавалерию короля Гарольда. Тогда-то, после поражения, и появился в Англии закон, предписывавший всем мужчинам от 16 до 60 лет обязательное овладение премудростями стрельбы из лука.

Плоды такой всеобщей подготовки англичане пожинали в Столетней войне. В упоминавшейся уже битве при Креси (1346 г.) 12 тысяч лучников Эдуарда III обратили в бегство 40 тысяч солдат Филиппа де Валуа. Любопытно, что в составе войска Филиппа находилось 7 тысяч генуэзских арбалетчиков, так что битву при Креси недаром считают самым крупным столкновением между луком и арбалетом, выигранную — как это, впрочем, всегда бывало — луком.

Конечно, арбалет — оружие более мощное, а на коротком расстоянии и более точное. Но оно куда медлительней — две стрелы в минуту против семи, выпущенных из лука. К тому же арбалет требует большего искусства в прицельной стрельбе и особой устойчивости. Где арбалет брал верх над луком, так это при обороне крепостей. Многие историки полагают, что эти два вида оружия не состоят в родстве: арбалет, считают они, ведет свое происхождение от греческой катапульты.

Позднее средневековье перемешало луки, арбалеты и огнестрельное оружие. Но было уже ясно, что дни лука сочтены, что новый скачок человеческой мысли поставил точку в славной истории дотоле самого грозного оружия...

Такими большими луками и длинными стрелами индейцы Амазонки стреляют даже рыбу.

144 стрелы Фита

И все же истории нет нужды выяснять, когда же вонзилась, издав вибрирующий звук, последняя стрела. В наши дни, как это ни покажется странным, лучников больше, чем когда-либо прежде.

...В 1766 году некий джентльмен по имени Томас Уэйринг натянул тетиву лука в центре Лондона, там, где теперь площадь Лейсестер-сквер. С того времени некоторые и ведут отсчет лучному спорту. Правда, многие специалисты возражают: одни говорят, что первыми нужно считать бельгийцев, организовавших еще в 1381 году нечто вроде Великого королевского присяжного общества лучников им св. Себастьяна. Англичане, естественно, утверждают, что считать надо начиная с 1676 года: ведь именно тогда была основана Королевская компания лучников, нечто вроде личной гвардии монарха, в обязанности которой вменялось выполнение одного, но важного пункта—сопровождать монарха во время его поездок в Шотландию. Но, резонно возражают третьи, при чем здесь спорт?

Дело, однако, не в приоритете. Куда любопытнее вопрос: отчего старинное ремесло лучника так прочно, хотя и в чисто спортивном варианте, вошло в моду теперь? Впервые чемпионат по стрельбе из лука был проведен в 1879 году в Чикаго. В 1900 году лук вошел в программу первых современных Олимпийских игр, состоявшихся в Париже. Как известно, лучников увидит и Мюнхен, столица ближайшей Олимпиады. После 52-летнего перерыва лук снова включен в ее программу. Добавим, наконец, что Международная федерация по стрельбе из лука (ФИТА), которой исполнилось уже 40 лет, объединяет 146 национальных организаций!

Чем же объяснить такую популярность древнего лука? Чем объяснить, что, к примеру, в такой стране, как США, сейчас более 5 миллионов человек увлекается стрельбой из лука, в Финляндии, как пишут газеты, лучник — каждый третий?

Кое-что здесь может прояснить... реклама, которую лет десять назад американские изготовители луков опубликовали в газетах. Многим специалистам по рекламе это объявление показалось тогда психологически неубедительным. И уж никто не ожидал последовавшего успеха, настоящего бума на лучном рынке. Реклама звучала так: «Если вы хотите встретить XXI век с уверенностью предков, доверьтесь луку!»

Так вот за короткое время было продано почти два миллиона луков. Более того: многие, обманув планы фабрикантов, стали мастерить луки самостоятельно, подгоняя их «по фигуре» — длине рук, росту, размеру ладони (и это в стране, писали американские журналисты, где костюмы покупают всегда готовыми, «где портной неизвестен»). Истина, верно, в том, что для многих лук лишь предлог, чтобы вырваться из шумного города, лишний способ соприкоснуться с природой и с прошлым, в котором «все было лучше и спокойнее». Не случайно средний возраст американских любителей лука — 40 лет, не случайно 80 процентов новообращенных лучников в будни ведут сидячий образ жизни. Не случайно, наконец, и то, что медики рекомендуют лук в качестве лекарства от нервного напряжения...

Но вернемся к луку как виду спорта.

Итальянский журнал «Атланте» устроил любопытное соревнование между стрелком из лука и стрелком из пистолета. Стреляли с 50 метров по мишеням с величиной центра — «яблочка» для лука — 8 сантиметров, для пистолета — 5 сантиметров. 36 стрел, 36 выстрелов. Результаты: лук — 284 очка, пистолет — 296 очков. Средний результат соответственно — 7,88 и 8,22. Нынешние официальные мировые рекорды таковы: для мужчин — 2445 очков (Джон Уильямс, США), для женщин — 2380 очков (Эмма Гапченко, СССР). Для непосвященных заметим, что по правилам ФИТА стрелок выпускает в двух сериях по 144 стрелы — по 36 стрел с 90, 70, 50 и 30 метров (для мужчин).

Современные Робин Гуды на огневом рубеже...

Неофициально существуют и другие чемпионаты и, соответственно, другие чемпионы. Так, некий Херри Дрейк стрельнул недавно из особо мощного лука ровно на километр. До этого, как утверждают, рекорд с XVIII века принадлежал турецкому султану и был равен 885 метрам. Есть свои рекордсмены и в охоте с луком на зайцев, дичь, косуль и даже медведей. Есть чемпионы и среди лучников-рыболовов.

Лук меняется... Делают луки из одного куска и луки разборные, луки простые и луки, ощетинившиеся штырями с насаженными противовесами — для того чтобы погасить возможную вибрацию, луки с обычной мушкой и луки чуть ли не с оптическим прицелом, луки из дерева и луки, покрытые слоем пластика, луки из стали, стекловолокна...

Говорят, что лук теперь стоит не меньше ружья. Когда в этом упрекают фанатиков все более сложных луков, те отвечают так: «Да, конечно, тисовый лук, который Робин Гуд срезал и смастерил с помощью ножа в Шервудском лесу, был подешевле. Но с кем приходилось иметь дело Робин Гуду? С людьми шерифа ноттингемского. О мировых чемпионатах и Олимпийских играх тогда и слыхом не слыхивали...»

Меняется лук... Но все так же лаконично его изящество, все так же притягивает человеческую руку упругость его тетивы, все так же радует тугое «плоп» выстрела и все так же неудержим и великолепен полет стремительной стрелы.

С. Ремов

Просмотров: 8860