Универсальные машины

01 октября 2003 года, 00:00

Военные действия, пришедшиеся на вторую половину XX столетия, и практика применения в них танковых сил со всей очевидностью доказывали, что по сравнению с эпохой второй мировой войны количество угроз танку возросло многократно. Осознание этого обстоятельства привело к тому, что к середине 1970-х годов немало экспертов из числа военных профессионалов заговорили о том, что угрозы эти создают на полях сражений качественно другую обстановку, в которой танку выжить уже не удастся. Однако ведущие страны и разработчики танков не поддержали тогда подобного «вердикта», предпочтя заняться дальнейшим совершенствованием этого вида оружия.

Направление главного удара

Отечественные танкостроители пришли к пониманию того, что в целом не ошиблись с новым направлением развития танков, которое олицетворял Т-64 с его многослойной броней. Хотя справедливости ради надо сказать, что в войсках эта машина вызывала изрядное количество нареканий по поводу своей невысокой надежности. Основные претензии предъявлялись часто ломавшемуся двигателю.

...Однажды главком Сухопутных войск посетовал одному из членов правительственной военно-технической комиссии, что после недельных войсковых учений в плане боевой подготовки у танкистов месяц-полтора ставили «парковый день», предусмотренный обычно для обслуживания и ремонта техники. В ЦК из войск валом пошли жалобы на «шестьдесятчетверку». Дело принимало серьезный оборот. Хотя, по свидетельству строевых офицеров-танкистов, специально учившихся служить на Т-64, большинство личного состава просто «технически не доросло» до этой сложной машины, которая требовала точного выполнения технологий обслуживания и эксплуатации. Небрежность и нечеткость в выполнении этих установочных правил, которые прощали своим экипажам Т-55 и Т-62, «шестьдесятчетверка» прощать была не намерена, а потому начинала «бунтовать».

И хотя надежность этой модели повысили, было все же принято решение создать на базе Нижнетагильского завода другой танк, который бы, унаследовав оружие, автомат заряжания и броню Т-64, стал более неприхотлив для условий массового использования.

В результате в 1973 году на вооружении советских бронесил появился танк «Урал», или Т-72. Внешне он был очень похож на своего харьковского собрата. Отличия заключались в измененной и усиленной ходовой части, в которую «вернули» толстые двойные катки большого диаметра, и традиционном дизельном двигателе В-46 мощностью 780 л.с. Поскольку мотор был крупнее, чем 5ТДФ на Т-64, пришлось переделывать двигательный отсек. Из-за этого Т-72 оказался несколько шире и длиннее. Танкисты приняли машину хорошо, и со временем она стала одной из самых неприхотливых, надежных и массовых в мире.

Обычно на создание танков нового поколения уходит до 10 лет от формулирования его концепта до окончания испытаний и начала производственной серии. Устаревает танк за более длительное время. Однако он, как правило, имеет большой потенциал модернизации. Благодаря этому танк практически с тем же названием, что и предыдущая модель, получив лишь новую литеру или цифру в названии, может в 1,5—2 раза увеличить боевые возможности: точность и дальность огня, более эффективные боеприпасы, системы обнаружения целей, надежность, защиту.

Сверхсекретный

Следующая новинка отечественной школы танкостроения появилась в Советской Армии в 1976 году. По существу, эта выдающаяся машина с именем «индекс Т-80» также была прямым продолжением Т-64. Несмотря на особую секретность, окружавшую все, что было связано с новым танком, кое-какие, порой фантастические, слухи об этой машине доходили до ушей гражданской публики из числа бывших танкистов, а также вообще не служивших «энтузиастов бронетехники». Поговаривали, что у нас в загашнике есть танк с «авиационным» мотором. Конечно, это было преувеличением, но не слишком большим. На Т-80 действительно поставили газотурбинный двигатель, спроектированный специально для танка авиаинженерами и танкостроителями. Работы по нему вели КБ Кировского завода, ЦИАМ (Центральный институт авиамоторостроения) и завод по производству авиадвигателей имени В. Климова. К 1972 году тысячесильный мотор ГТД-1000Т, прошедший госиспытания, передали в серийное производство на моторный завод в Калуге. Сам же Т-80 начал выпускать знаменитый Кировский (бывший Путиловский) завод в Ленинграде.

Первая модификация танка сходила с конвейера 2 года — до 1978-го. «Восьмидесятый» внешне был одновременно очень похож как на Т-64, так и на Т-72. Ходовая часть опять претерпела изменения благодаря установке новых опорных катков среднего диаметра — меньших, чем у Т-72, но больших, чем у Т-64. Оригинальное новшество появилось в конструкции гусеницы: внутренняя резиновая дорожка, по которой «ехали» катки с резиновыми же бандажами. Это помогало обеспечивать увеличившиеся скорости движения и разгонные характеристики Т-80. В этих же целях гусеницу снабдили резинометаллическими шарнирами. 46-тонный танк мог развивать на подходящем отрезке местности скорость до 90 км/ч и даже больше, хотя до сего дня в его официальных характеристиках предельная скорость значится как 70 км/ч. В конце 80-х годов на Гороховецком полигоне танкистам удалось развить на «облегченном» Т-80 без боезапаса и с минимумом топлива фантастическую скорость — до 115 км/ч. Но о подобных рекордах в советское время армия в Книгу Гиннесса не сообщала. Т-80 имеет ту же компоновку и экипаж из 3 человек, что Т-6Л и Т-72. Многослойную лобовую броню корпуса и башни усилили еще больше.

В войсках Т-80 приняли почти восторженно, хотя, как быстро поняли многие командиры, служить на нем в идеале должны были профессионалы: командир — прапорщик. А другие члены экипажа — сверхсрочники. Машина, особенно двигательная установка и оборудование, требовала более высокого уровня обслуживания, грамотной эксплуатации, чем те, на которые были способны солдаты и сержанты-двухгодичники.

Эту ситуацию иллюстрирует случай, происшедший во время очередного показа техники большому начальству в 1980-х годах, когда один из замов министра авиапромышленности решил ознакомиться с Т-80 (правда, более поздней модификации), для которого его ведомство выпускало газовую турбину. Очевидцы этого эпизода рассказали, что когда он устроился на сиденье наводчика, то «был поражен количеством элементов управления и устройств отображения информации». Однако самым удивительным для него оказалось то, что их число совпало с тем, которое было на реактивном истребителе. Но ведь истребителем управляет офицер, то есть профессиональный специалист, которого готовят к этой роли 4—5 лет. А потому представитель МАПа (Министерства авиапромышленности) понял, что «срочники» не смогут полноценно владеть такой сложной техникой. Да и сами «сухопутчики» прекрасно представляли себе, что до трети всех случаев отказов, поломок происходят по вине так называемого «человеческого фактора» и реализация всего боевого потенциала танка в бою при таких экипажах составляет от 50 до 70% его технического уровня.

Розыгрыш «клубной» карты

Основные западные танковые державы тоже не сидели сложа руки. К ним с середины 1960-х годов уверенно присоединилась Западная Германия, вернувшая себе место постоянного члена «мирового танкового клуба». Как раз к этому времени относится инициатива министра обороны США Р. Макнамары создать танк МВТ-70 (будущий танк 70-х годов) для оснащения американской и немецкой армий. Это сочли весьма своевременным, поскольку бундесвер, очень быстро наращивающий свой потенциал, рассматривался в Пентагоне как главная ударная сила НАТО на европейском сухопутном театре военных действий. Прототип оказался и сложным, и дорогим, и в 1970 году танкостроители двух стран пошли своими инженерными путями. Американцев этот путь привел к созданию танка, из которого после доработок и тестов получился М-1 «абрамс», а немцев — к «леопарду-2».

В 1973 году в США очень заинтересовались английской практикой разработки и производства многослойной брони «чобхэм», что было прямым следствием опыта поражения танков ПТУРами в арабо-израильской войне. Американские специалисты изучили вопрос непосредственно в исследовательском центре англичан, в городке Чобхэм, и сразу приступили к разработке собственного аналога этой брони на Абердинском полигоне — «танковой столице» США. Естественно, что она делалась для «абрамса», так же как и новейший газотурбинный двигатель в 1 500 л.с. Башню спроектировали с таким расчетом, чтобы в перспективе иметь возможность заменить «свою» 105-миллиметровую пушку на 120-миллиметровую фирмы «Рейнметалл», которой немцы вооружили свой «леопард-2».

«Абрамс» получился очень тяжелым (52— 53 т) танком, в котором кроме больших размеров и веса, казалось, ничего не говорило о типично американском облике машины —традиционно «раздуто»-широкой и высокой. М-1, напротив, вышел не по-американски плоским. Бронелисты имели очень большое наклонение. Особенно верхняя часть брони «лба» корпуса, которая установлена почти горизонтально. Механик-водитель располагается за ней полулежа. «Леопард-2» разительно отличался от «леопарда-1». Это был танк весом на 12—13 т больше, чем у предшественника, на который установили качественно другую броню, новейшее 120-миллиметровое гладкоствольное орудие и уникальный дизель фирмы «Даймлер-Бенц», не уступавший по мощности газовой турбине «абрамса» — те же полторы тысячи сил. Что касается внешнего вида, то он словно бы сам говорил: «перед вами германский танк». Геометрия башни, особенно передней ее части, вызывала живую аналогию со знаменитым «тигром». Несомненной удачей конструкторов можно считать и прекрасную ходовую часть с отменной надежностью, превзошедшей даже ожидания конструкторов.

Впоследствии американцы высоко оценили саму идеологию приборного комплекса управления огнем «леопарда-2» и на следующих моделях «абрамса» позаимствовали ее. Немецкая схема позволяла командиру и наводчику действовать независимо: пока наводчик уничтожал обнаруженную цель, командир был занят поиском следующей. В самом конце 1976 года США и ФРГ вернулись к идее стандартизации танкового парка. Было решено провести сравнительные испытания двух новейших машин с тем, чтобы сообща принять танк-победитель на вооружение. Пентагон дал заверения в честном характере соревнования, проходившего на Абердинском полигоне. Удивительно, но факт: тесты проводили только американцы, а немецкой стороне отвели роль группы наблюдателей. Несмотря на это, «леопард-2» выиграл, показав намного большую надежность. То же касалось и разгонных характеристик. Но до общего вооружения единым танком дело так и не дошло. И в 1979-м бундесвер получил германский новый «леопард», а армия США в 1980-м — свой «абрамс». Обе машины, пройдя за минувшие годы модернизацию и усовершенствования, до сих пор составляют основу танковых войск своих стран. Современные версии носят названия М-1а2 «абрамс» и «леопард-2а6». По последним рейтинговым оценкам экспертов, позднейший «леопард» признан наиболее мощным западным танком.

На пути к успеху

В Советском Союзе к концу 70-х годов модернизация танков вошла в пору небывалого развития, основой которого послужило общее развитие технологий.

В 1978 году на следующей версии «восьми-десятки» — Т-80Б — установили новую пушку, которая могла не только стрелять снарядами, но и вести огонь управляемым противотанковым оружием — ракетой 9м112. Весь комплекс с системой радиокомандного наведения назвали «коброй». Эта «рептилия» радикально повышала огневую мощь. Так, если современные танковые орудия способны эффективно бороться с сильно бронированными целями на дистанции до 2 000—2 200 м, то у нового Т-80 «рука» стала вдвое больше — до 4 000 м. На Т-80Б до 1 100 сил увеличилась мощность силовой установки. Т-6ДБ также оснастили «коброй». Затем и «семьдесятдвойки», модель Т-72Б, обзавелись управляемыми ракетами, запускаемыми через ствол орудия. Естественно, что и это оружие в свою очередь улучшалось. На поздней «восьмидесятке», Т-80УМ, появился новый комплекс управляемого орудия — «рефлекс» с дальностью поражения танков до 5 000 м. Причем вероятность уничтожения цели с первого пуска-выстрела достигала 80%. Ракета наводилась теперь уже с помощью помехозащитной системы управления. В 1983 году созрела идея глубокой модернизации многих тысяч «старичков» — Т-55 и Т-62. Для них создавались собственные системы управляемого оружия с учетом различий в калибрах их пушек — 100 и 115 мм. Очень оригинальные идеи появлялись и по поводу усиления бронезащиты танка. Еще в конце 1960-х — начале 1970-х годов в Советском Союзе пришли к мысли создать «активную» броню. Предполагалось, что ею могут стать специальные плитки-пластины со взрывчатым веществом, накладываемые поверх обычной, «пассивной», брони. Смысл состоял в том, что кумулятивный боеприпас при соприкосновении с «активной» броней инициировал бы направленный в его сторону взрыв, разрушающий или ослабляющий энергию кумулятивной струи, которая после этого уже не сможет прожечь основную броню.

Но на тот момент идея не прошла. Во время доклада ученых маршалу Бронетанковых войск Бабаджаняну, еще во время войны командовавшему танковой бригадой, разработчики встретили его возмущенный отпор: «...обложить танк взрывчаткой! Не позволю!»

Поэтому пионером практического использования этой идеи стал не Советский Союз, а Израиль. В мае 1982-го, в самом начале Ливанской войны, в многочисленных телерепортажах постоянно показывались танки М-60, обложенные в передней части корпуса какими-то непонятными кирпичиками защитной окраски. Такими же «черепаховыми» выглядели и танковые башни. Только после этого в СССР «ударили по газам» и начали наверстывать упущенное. К 1985 году на Т-80Б и Т-6ДБ началась массовая установка «активной», или динамической, защиты, добавившей к названиям танков вторую буковку — «в» (взрывная защита). Чуть позже то же самое сделали с Т-72Б, который превратился в Т-72БВ. Точно так же возникли Т-55МВ и Т-55АМВ.

Динамическая защита прижилась в основном в двух странах — Израиле и СССР. Другие предпочитали усиливать броню наложением добавочных листов — плит или создавать новую, с включением в нее слоев из других материалов, например обедненного урана, как это сделали американцы на последнем «абрамсе» М-1а2, только что впервые использовавшемся в Ираке.

Незадолго до распада СССР в стране была создана динамическая защита второго поколения, нашедшая тогда применение на Т-80У, Т-80УД (с дизельным 1 000-сильным мотором), а позже — в Российской Федерации на Т-90, являющемся глубокой модернизацией Т-72. Она называется ВДЗ (встроенной динамической защитой) и внешне выглядит как плиты среднего размера, «инкрустированные» в лобовые бронедетали танков. Считается, что она выдерживает не только кумулятивные, но и подкалиберные снаряды, которые воздействуют на танк сугубо ударным, кинетическим, способом. По некоторым данным, появлявшимся в специализированных изданиях, на Т-80У эквивалент многослойной брони вместе с ВДЗ равен 1 100 мм (!) против подкалиберного снаряда и 900 мм против кумулятивного боеприпаса. Этот результат считается пока непревзойденным.

Предварительные итоги

На современных танках необычайное развитие получили системы наблюдения, особенно для действий ночью. Это прежде всего тепловизоры, которые формируют видеоизображение противника по теплу, которое он излучает, и передают его командиру на экран телевизионного типа.

Обыденными элементами комплектации танка в 1980-е годы стали лазерный дальномер и баллистический компьютер, повышающие меткость огня. Он автоматически вводит поправки при наведении пушки на цель, учитывая направление и силу дующего ветра, степень изношенности канала ствола, наклонение танка на местности.

Внушительные научные силы заняты развитием технологии снижения заметности оружия, в частности танков, в оптическом, радиолокационном и тепловом диапазонах. На Западе все это объединительно называется технологией «стелс». Созданы различные напылители и краски, которые, поглощая импульсы радиолокаторов, существенно снижают вероятность обнаружения бронетанковой техники. В России появилось оригинальное изобретение — «Накидка». Это своеобразный чехол, который комфортно надевается на башню и корпус танка, снижая его радиолокационную и тепловую заметность.

Суперзащита

Отечественным конструкторам принадлежит первенство в создании абсолютно новых и не имеющих аналогов в мире комплексов «дистанционной» защиты танка — «Дрозд» и «Арена». Они имеют две составляющие подсистемы. Одна выполняет локационные функции — обнаруживает подлетающие к танку кумулятивные и высокоточные поражающие элементы. Вторая — с минимальным временем реакции отстреливает в их сторону боезаряд шрапнельного типа, а фактически облако стальных шариков, которые и уничтожают ракету, ПТУР, даже реактивную гранату, выпущенную из безоткатного орудия или ручного гранатомета. Таким образом, современный танк получает эшелонированную защиту вместо обыкновенной пассивной брони, которая была первым и последним «страховым полисом» экипажа. Кроме того, на танках Т-80 и Т-90 ставится еще одна система защиты — комплекс оптико-электронного подавления «Штора». Его назначение — «сводить» с траектории идущий на танк ПТУР с полуавтоматическим наведением и создавать помехи системам противотанкового оружия с наземным прицеливанием и наведением. Интересно, что практические испытания показали: вероятность попадания ПТУРов снижается благодаря «Шторе» в 3— 4 раза, а управляемыми артснарядами — более чем в 1,5 раза. Причем противодействие обеспечивается сразу нескольким ракетам, летящим с разных направлений.

Ни шагу назад!

Работа над новым поколением танков ведется сегодня без особой огласки. Лишь время от времени появляются какие-то отрывочные, разрозненные данные самого общего характера. Но даже и они говорят о том, что бронединозавр грядущего, скорее всего, не слишком будет напоминать те танки, к которым мы привыкли.

Изменится их оружие, что в ближайшей перспективе приведет к увеличению калибра орудий. Так, в США изучается возможность оснащения танка пушкой 140 мм. В более отдаленной перспективе, по-видимому, реальностью станут орудия, снаряд из которых будет выстреливаться не энергией порохов, которая не может быть увеличена физически и ограничивает начальную скорость снаряда «планкой» 2 000 м/сек, а новыми — метательными жидкими взрывчатыми веществами или даже силой электромагнитного импульса. Они позволят увеличить начальную скорость до 3—4, а возможно, и до 8—10 км/сек. Однако два последних варианта превратятся в реальность нескоро. Вероятно, танк будущего изменит и внешний свой облик. Рассматриваются варианты «сочлененного» танка, составленного из двух отдельных модулей, и танка без традиционной башни. Это, правда, не значит, что башня исчезнет совсем — она превратится в бронированный модуль с основным вооружением. А та часть экипажа, которая находилась в башне, перейдет в корпус.

В 1980-х годах в СССР проектировался принципиально новый танк-«молот» с подобной компоновкой. По планам он должен был поступить на вооружение Советской Армии в 1993—1995 годах. Для него создавалось необычайно мощное орудие калибром 150 мм. В современной России сегодня также идут работы по новому танку, разрабатываемому на Уралвагонзаводе в Нижнем Тагиле. Сообщения на эту тему появляются с 2000 года. Машина с предположительным названием Т-95 была показана руководству страны в первый год президентства В. Путина.

Будет логичным предположить, что на новой машине в качестве стандартной комплектации будут использованы как минимум все известные новшества, включая комплексы «Арена», «Штора», тепловизор, технологии «стеле» в виде маскирующих напылителей или упоминавшейся выше «Накидки». Двигатель Т-95 наверняка превзойдет по количеству лошадиных сил параметры, достигнутые на Т-80У, — 1 250 л.с. В России ведутся работы над перспективной дизельной силовой установкой мощностью 1 400—1 500 л.с. Не исключено появление на новом танке газовой турбины следующего поколения, способной развить мощность до 2 000 л.с.

По недавнему заявлению начальника Главного автобронетанкового управления генерала С. Маева, перспективный танк получит совершенно другие информационные возможности. Речь идет о новом уровне автоматизации управления, что откроет перспективу интеграции танков будущего в единое «информационное», или «цифровое», поле боя с самолетами, ударными вертолетами, артиллерией и разведывательными комплексами. Все это на порядки повысит эффективность всех боевых средств, объединенных подобной системой, когда информация о противнике в реальном масштабе времени будет передаваться по защищенным линиям связи на дисплей телевизионного типа у командиров танков и других боевых машин.

Конечно, подобный уровень техники сделает невозможным ее использование специалистами срочной службы, что буквально заставит перейти к профессиональному принципу комплектования танковых войск будущего.

В заключение можно сказать: ведущиеся в передовых странах перспективные разработки в области новых танков и их орудий свидетельствуют об одном — бронированные динозавры продолжают эволюционировать и совсем не собираются вымирать, как это предрекают вот уже почти 30 лет.»

Александр Коршунов

Рубрика: Арсенал
Просмотров: 9227