«Каллисто» ищет риф

01 июня 1979 года, 00:00

Фото Р. Денисова

В 1978 году флагман Дальневосточного научного центра АН СССР «Каллисто» провел исследования у Большого Барьерного рифа Австралии. Экспедиция советских ученых проходила в рамках международной программы «Человек и биосфера», один из проектов которой посвящен изучению островных экологических систем. Наш корреспондент В. Левин обратился к участнику экспедиции, доктору геолого-минералогических наук Е. В. Краснову с просьбой рассказать о задачах и итогах исследований.

— Евгений Васильевич, вы уже более двадцати лет занимаетесь изучением коралловых рифов. Произошли ли за это время изменения во взглядах науки на кораллы?

— И такие, что вряд ли их даже следует называть осторожным словом — изменения. По сути дела, только за последние десять лет была оформлена, если так можно сказать, совершенно новая отрасль — рифология. По инициативе академика Л. А. Зенкевича и члена-корреспондента АН СССР В. Г. Богорова началось — и получило международный размах — изучение коралловых рифов как биологического феномена, не имеющего аналогов в Мировом океане. Была разработана программа всестороннего изучения коралловых экосистем Тихого океана, ибо накопленные наукой данные позволили определить следующее: коралловые острова и рифы — уникальные сгустки жизни океана, своеобразные оазисы в океанической пустыне.

— Пустыне?..

— Именно пустыне. Первичная продуктивность атоллов Тихого океана в сто и более раз выше, чем в окружающих водах! Если не бояться преувеличений, то теперь мы можем сказать, что кораллы — важнейший источник жизненно необходимых веществ для обитателей океана. И второе принципиально новое открытие последних лет — этот источник жизни, на формирование которого природа затратила многие миллионы лет, может быть уничтожен за годы.

Вот тому пример. В начале 60-х годов появились данные о неожиданном увеличении у Большого Барьерного рифа Австралии скоплений акантастера — морских звезд — пожирателей кораллов...

— Кстати, журнал «Вокруг света» публиковал в свое время записки одного аквалангиста об этом вторжении.

— Я читал их. И думаю, нынешним читателям нашего журнала будет любопытно сравнить то, что писалось, с тем, к чему пришла сегодня наука.

— Это нетрудно сделать. Вот отрывки из очерка «Морские звезды против ББР».

«...Всего лишь десять лет назад они считались редкими ночными хищниками. Сейчас же в силу еще точно не выясненных причин они размножились в таких гигантских масштабах, что угрожают съесть коралловые рифы на громадной территории Тихого океана...» Дальше... «За два с половиной года звезды погубили четверть стомильного рифа, защищающего остров Гуам».

...Так, а теперь гипотезы. Вот мнение доктора океанологии Гуамского университета Ричарда Чешера: экологическое равновесие на рифах было нарушено, так как промысловики вели интенсивный сбор тритонов-моллюсков, естественных врагов этих морских звезд... Доктор Чешер также полагал, что уничтожение тритонов не единственная причина резкого увеличения морских звезд. Дело в том, что, убивая кораллы взрывными работами при прокладке проходов в рифах, люди способствовали размножению акантастера... И, наконец, заключительная мысль очерка... Кое-кто из коллег Чешера занят исследованием, не явилась ли гибель коралловых образований следствием ядерных взрывов, проводившихся в этом районе, или результатом загрязнения вод океана химическими веществами.

Фото Р. Денисова

— Прицел, если так можно оказать, безусловно правильный — в то время экологические проблемы встали уже во всей остроте. Но обратите внимание — основная мысль гипотезы не выходит за пределы частных случаев. Лишь кое-кто задумывается над причинами более общими.

...И то, видимо, больше в силу «экологической образованности», нежели на основании каких-то фактов.

— Их тогда и не было. В то время казалось, что нашествие пожирателей кораллов вызвано лишь местными нарушениями природного равновесия. Но симптоматично было уже само имя, которое тогда дали акантастеру, — «терновый венец». Так оно и оказалось. Буйное размножение морских звезд было венцом — и поистине терновым для всего океана — промышленной деятельности человека.

Эти звезды распространились по всему Тихому океану — в прошлом году их скопления зафиксированы, например, в водах Самоа. Акантастер проник в Индийский океан. Совсем недавно «терновый венец» достиг даже берегов Японии, а его там вообще никогда не было: под угрозой оказались коралловые рифы архипелага Рюкю и Южного Хонсю. И именно в это же время в печати появились сообщения о массовых отравлениях японцев соединениями ртути и кадмия — отходами промышленного производства, содержащимися в морской рыбе.

И это не случайное совпадение: теперь фактов накопилось достаточно, чтобы уже не предполагать, а утверждать — морские звезды лишь довершают то, что начато человеком, так как их массовое размножение является следствием загрязнения Мирового океана нефтью, нефтяными отходами, ядовитыми соединениями тяжелых металлов.

В 1971 году, во время шестого рейса «Дмитрия Менделеева» в Океанию, мы зашли в порт Вила на острове Эфатэ (Новые Гебриды). Мы увидели, что полчища пожирателей кораллов облепили лишь те рифы, которые были загрязнены пищевыми и нефтяными отходами... Это была очень тягостная картина — живых кораллов здесь почти не осталось, кругом белели только их обглоданные скелеты. А на противоположном, безлюдном, берегу залива коралловые рифы находились в первозданном состоянии. Акантастер воистину лишь венчает нарушенное человеком природное равновесие в океанических сообществах.

И кардинальных средств к борьбе с ним пока не найдено. Она ведется порой вручную. В Самоа, например, объявили премию за каждую добытую звезду — за полгода местные жители уничтожили свыше 250 тысяч «терновых венцов».

— Но подобные методы не могут, конечно же, решить проблемы.

— Кардинально — безусловно, нет. Чтобы решить ее, не только спасти «оазисы и кормовые базы» океана — одной из важнейших житниц всего человечества, — но и обезопасить их вообще, необходимы комплексные международные изыскания.

Коралловый риф — это целый мир, в котором действуют такие же сложные законы, как и в глобальной экосистеме всей планеты. А мы пока находимся лишь в самом начале изучения этого мира, хотя многое, конечно, уже сделано... Усилиями советских и зарубежных исследователей сейчас создана, как мы говорим, «логическая модель рифовой экосистемы», как сообщества тесно взаимодействующих друг с другом животных и растений. Теперь основная задача — сбор данных для создания уже ее математической модели.

— И рейс «Каллисто» был посвящен именно этой задаче?

— Наша экспедиция была комплексной. Сотрудники лаборатории тропических морей, возглавляемой начальником экспедиции Б. В. Преображенским, провели картирование дна и его обитателей.

Группа физиологов под руководством Э. А. Титлянова и В. И. Звалинского изучала жизнь мельчайших водорослей, обитающих в теле коралловых полипов. Впервые в рифовой экспедиции приняли участие гидробиологи-экспериментаторы, руководимые М. В. Проппом, — и получили очень важные данные для понимания жизнедеятельности рифов.

Можно продолжить перечисления и дальше. Но мне хочется сказать об одном эксперименте, который начал осуществляться в этом рейсе. Михаил Владимирович Пропп и его сотрудники собрали коллекцию кораллов для создания искусственного рифа в заливе Восток Японского моря...

— Чтобы стационарно — с начала и до конца — проследить все этапы роста рифа?

— Дело не только в теоретическом значении эксперимента, который даст уникальную возможность как бы изнутри вести наблюдения над жизнью рифового мира. Он имеет огромное народнохозяйственное значение, так как может стать началом работ по созданию в прибрежных зонах наших морей искусственных рифов для увеличения промысловых ресурсов. Путь этот, как показывает опыт, весьма перспективен. Так, по сообщению японского профессора Иваситы, в настоящее время около трети улова рыбы, добываемой у берегов Японии, приходится на искусственные рифы. Однако, как признают сами японские исследователи, им не хватает фундаментальных теоретических исследований. Вот почему в основе всех задач нашей науки сейчас лежит необходимость организации системы тщательных и достаточно продолжительных стационарных наблюдений на рифах — над их топографией, распределением экологических групп животных и растений, ростом и разрушением рифовых построек. Для сбора информации необходимо создание сети регистрирующих датчиков в различных зонах, воспринимающих электрические, акустические, световые, химические, механические, температурные и другие сигналы. Стоит даже вопрос о привлечении космических средств наблюдения и связи.

— Иными словами, проблему можно решить только комплексом средств и методов?

— Сейчас это аксиома. Но, к сожалению, и в науке велика сила инерции. Меня лично, например, те результаты, которые были получены экспедицией «Каллисто», еще раз — и, видимо, окончательно, — утвердили в убеждении, что настала пора выбора стратегии развития морских хозяйств в прибрежных зонах морей, омывающих наши берега.

Но на какой основе их создавать? По-прежнему ли делать ставку на отдельные виды рыб, беспозвоночных и водорослей, направляя максимум усилий на изучение тех или иных популяций? Или, признав, что главнейшим в структуре жизни на Земле является биоценоз, срочно начать всестороннее исследование самых разных по происхождению, но связанных по экологии животных и растений — от микробов до хищников?

Я — за второй путь. Он более сложен, но отдача от него в итоге бесконечна. Как бесконечен опыт самой Природы, подсказывающий нам этот путь.

Рубрика: Без рубрики
Просмотров: 4662