«Просто, как пара кломпе»

«Просто, как пара кломпе»

Эта голландская поговорка аналогична нашей «Проще пареной репы». Кломпе — это то же самое, что и сабо, клопе, држевак и клумпис: вырезанный из дерева башмак с острым носком и плоским широким каблуком.

Это только сейчас кломпе в ходу у заядлых модников во всем мире, а еще недавно их носили только крестьяне в Голландии и Бельгии, во Франции и Чехии, в Литве и Швеции. Непривычному человеку кломпе (речь, конечно, идет не о легких, с кожаным верхом, что делают для модников, а о настоящих, вырезанных из куска дерева) кажутся тяжелыми и неудобными. Непривычному человеку эта деревянная обувь тут же набивает синяк на подъеме и мозоль на пятке, даже если нога защищена толстым шерстяным носком. Кроме того, ему будет казаться, что он стоит на ходулях и, сделав шаг, тут же упадет.

Однако для крестьян, которым приходится работать на мокром поле или в хлеву, когда самые крепкие сапоги мигом раскисают, кломпе незаменимы и привычны. В Голландии кломпе стали не только предметом первейшей необходимости, но даже непременной частью национального костюма.

Еще в первой половине нашего столетия на окраинах любого голландского города теснились огороды и огородники. Огородники покупали себе кломпе у мастеров, которых было тогда едва ли меньше, чем потребителей. Для рабочих дней брали кломпе некрашеные, древесно-желтые, а для воскресного выхода в кирху — белые. Потом мелкие огороды стали исчезать, а мастерские, где резали кломпе, закрываться.

Тогда же собирался ликвидировать свое предприятие и Дорис ван Звийнен, потомственный резчик кломпе из местечка Леккеркерк, что под Роттердамом. Собирался-собирался, да вот не собрался: как расстаться с ремеслом, которым предки занимались полтораста лет подряд?

Дорис ван Звийнен не прогадал. Ныне его мастерская выдает на-гора сотню пар кломпе ежедневно, и все они расходятся. Правда, это не совсем те деревянные башмаки, которые всю жизнь он и его предки вырезали ножом и выдалбливали долотом. Кломпе делают машины — пять машин, у каждой из которых своя работа. На кломпе идут только верба и тополь. Верба — подороже: древесина ее мягкая, но крепкая, и совершенно не пропускает влагу.

Стволы разрезают на полуметровые чурбачки. Первая машина отсекает от чурбачков клиновидные поленья, точь-в-точь такие, какими топят печки-голландки. На другой машине поленьям придают вид кломпе — самый грубый, конечно: в них нет еще углубления для ноги. Третья машина вырезает эту выемку, и из нее фонтаном летят опилки и щепки. В общем-то, теперь в заготовку уже можно сунуть ногу, но лучше этого не делать: занозите ступню и разорвете носки. Четвертая машина поэтому выглаживает внутреннюю часть башмака. Пятая вырубает отверстия для ремешков, чтобы кломпе держались на ноге. Вроде бы башмаки готовы.

Но их еще надо просушить, потому что иначе кломпе начнут корежиться или треснут. Летом сушат кломпе не меньше двух недель на свежем деревенском воздухе, зимой — в сильно натопленном помещении. В печь идут те же опилки и стружки, что остались от обработки чурбаков.

«Просто, как пара кломпе»

Но и просушенные башмаки еще не кломпе. Их еще нужно отполировать тонким наждаком. Все? Нет, надо еще и покрасить. На этой операции заняты сын ван Звийнена Мариус и дочь Труус. Желтенькие веселенькие кломпе предназначены для туристов, они легкие, из тополевого дерева. Кломпе, тоже желтые, но помассивнее, покупают крестьяне. Ярко-красные предпочитают скотоводы; у этих кломпе есть широкие отверстия для толстых надежных шнурков.

А когда ван Звийнену заказывают персонально предназначенные кломпе, он берет долото и нож и за два часа вырезает точно по ноге клиента пару отличных башмаков. Их красят потом в белый цвет особой краской, секрет которой ван Звийнены передают из поколения в поколение. Хоть целыми днями в них по торфу или навозу ходи — краска устоит.

Фермеры из окрестностей Роттердама носят только звийненовские кломпе. Причем они узнают их среди десятков других, на первый взгляд совершенно неотличимых, башмаков.

Спросите их — в чем разница, и они удивятся вашей непонятливости:

— А что тут говорить — ногой чувствуешь: удобные, крепкие. Сразу видно, что резал их мингеер ван Звийнен из вербы. Ведь это же просто, как пара кломпе...

Л. Мартынов

Л. Ольгин

 
# Вопрос-Ответ