На вес золота

01 июля 1977 года, 00:00

На вес золота

В лавочках Аккры среди многочисленных изделий из дерева, кожи, слоновой кости иногда можно видеть миниатюрные медные, бронзовые или латунные фигурки людей, животных, птиц или просто кусочки металла различной формы с непонятными узорами и рисунками. Торговцы сувенирами мало что знают об этих фигурках и, в лучшем случае, скажут, что называются они голдуэйтсами (1 Название происходит от английских слов gold — золото и weight — гирька, разновесок. — Авт.) и в старину использовались как разновески для золотого песка...

Я, как и большинство приезжающих в Гану иностранцев, не имел практически никакого представления о разновесках и, наверно, также предпочел, бы им более эффектные и «выигрышные» произведения искусства народа Ганы... Если бы не довелось мне побывать в одной деревенской мастерской золотых дел мастера, куда повез меня знакомый ашантиец (Ашанти — одно из племен народности Акан (Гана). — Авт.).

...Было заметно, что хозяин не привык к визитам посторонних, и только после долгих просьб разрешил осмотреть мастерскую. Легкое строение с крышей из пальмовых листьев в глубине двора. В одном углу — низкий стол с несложными орудиями труда: несколько гладких разного размера деревянных дощечек и палочек, металлические ножички и остро отточенные прутики, различные по форме и весу молоточки. Здесь же на столе — переносная наковальня. Возле стола — большой калабаш с глиной и несколько горшочков меньших размеров. В противоположном углу — очаг из камней и кирпича-сырца с подвешенным над ним котелком для плавки и разливки металла. Снизу к очагу подведена трубка от ножного меха. К очагу прислонены клещи с длинными рукоятками. Вот, пожалуй, и все оборудование мастерской.

И здесь же, на небольшом возвышении, стояли десятки медных фигурок людей, животных, птиц. Это были те самые разновески, голдуэйтсы.

— Да, да, — ответил на мое недоумение мастер. — Это тоже моя работа. А как же иначе... Не умеешь лить медь, не берись за золото.

Так начал мне открываться удивительный мир голдуэйтсов. И начал, естественно, с легенд.

...Много лет назад по воле богов раскололась гора Босумтви, и из ее недр вышли первые ашантийцы. Они стали жить на земле, где боги рассеяли много золота. Это золото принадлежало ашантийцам, и прежде всего их королю Осею Туту. В знак этого боги подарили ему золотой трон.

Осей Туту, который сидел под деревом кумнини, был поражен, когда трон опустился ему с неба на колени, а его врачеватель и предсказатель будущего Аконье объявил вождям всех племен, что Осей Туту избран богами быть королем королей — асантехене и в золотом троне заключена «сун-сум» — «душа» всего ашантийского народа...

В мистической форме эти легенды отражают некоторые реальные события и исторические ситуации. Действительно, во время правления Осея Туту (1697— 1731 годы) под его властью укрепилась федерация племен Акан, а основой их богатства были золотые месторождения и россыпи, издавна известные на земле ашанти.

Вот что свидетельствуют о том португальские хроники: «Фернао Гомес был так настойчив и удачлив, что вскоре его люди открыли источник золота в месте, которое сейчас зовем Эльмина... В крепости Эльмина торговля очень возросла, и ежегодно в Португалию вывозится до 170 000, а иногда и больше, дублонов хорошего золота высокой пробы. Страна называется Аксим...»

Блеск ашантийского золота манил к себе всех любителей легкой наживы, и вслед за португальцами в прибрежных водах Золотого Берега появляются французские,, английские, датские, прусские корабли. В XVI веке золото, вывозимое с Золотого Берега, составляло от 10 до 35 процентов мировой добычи.

Искусство обработки золота было хорошо развито еще до появления европейцев и всегда вызывало их удивление. Вот что пишет один французский купец, посетивший Золотой Берег во второй половине XVII века.

«...Золотых дел мастера в состоянии делать большое количество мелких предметов и украшений из золота, особенно это декоративные пуговицы гладкие или филигранной работы; гладкие кольца или браслеты в виде цепочек; любопытные броши для шляп и украшения для шпаг, а также много других) оригинальных предметов; я очень часто любовался тем, как мастерски изготовлены предметы из литого золота или отделаны филигранью — они очень точно передавали форму морских ракушек, а также всяких других моллюсков...»

Золото в земле ашанти было основным эквивалентом рыночной стоимости любого товара. Осталось любопытное свидетельство одного английского путешественника:

«Мои покупатели перешли к оплате и буквально начали засыпать золотым песком. От Ассини до Вольты и по всей земле Ашанти золотой песок ходит как деньги, за него можно купить даже связку бананов, и это я видел сам: несколько крупиц золота кладут на лезвие ножа и затем ссыпают в матерчатый мешочек. Кажется, все взрослые мужчины и женщины являются специалистами по золоту... Взвешивают золото с помощью маленьких красных ягод, а иногда с помощью местных разновесков, которые имели форму насекомых и птиц».

Но почему же все-таки разновески, голдуэйтсы, не были, как бы мы сказали, стандартизированы? Откуда такое великое разнообразие форм?

В том-то и дело, что для ашанти каждый голдуэйтс был не менее точен, чем для нас гирька с цифровым клеймом. Старый мастер, когда я задал ему этот вопрос, ответил:

— В ваших деньгах, которыми вы меряете золото, нет души.

Дело в том, что европейская система расчетов была, основана на непонятных для африканцев ценностях: за свои товары европейцы стремились брать только чистое золото, а за местные товары предлагали монеты. Причем оказывалось, что золотые монеты были не из чистого золота, а серебряные — из низкопробного металла. Ценность медных монет для местных жителей была вообще непонятна. Вполне естественно, что такая система платежа не могла завоевать авторитета, и местные жители отказывались принимать европейские деньги. В тех же, случаях, когда эти монеты попадали в их руки, то они быстро превращались в различные украшения.

А традиционная система расчетов при помощи разновесков была близка и понятна каждому африканцу. Межплеменные и внутриплеменные отношения всегда были очень сложными, так как основывались на многочисленных религиозных, правовых, брачных и других древних традициях.

Одни племена, например, платили дань за проход через чужую территорию. В периоды войн племена-союзники вносили определенные суммы на общие расходы. Различные пожертвования были широко распространены по самым разным случаям — будь то светские и религиозные праздники, смерть вождя или избрание нового. Взимались штрафы за нарушение норм морали, убийство, особые платы были для выкупа военнопленных, рабов и так далее. Но во всех случаях расчеты производились непременно золотым песком, а мерой его каждый раз для каждого случая служили специальные фигурки разновесков.

Ашантийцы как бы одушевляли золотой песок. Одинаковый, он, «проходя» через голдуэйтсы, принимал живое и каждый раз новое обличье. Золотой песок включался в неразъемную и всеобъемлющую сферу народной культуры.

Я разглядывал голдуэйтсы мастера, и он объяснял их. Вернее, он «читал» их, как мы читаем книги.

...Человек с трубкой во рту и бочонком на голове. Содержание разновеска полно иронии, так как любой понимает, что речь идет о поговорке: «Если несешь порох на голове, то лучше не курить». Другими словами, это совет не быть таким же глупым, как этот человек, и не подвергать себя ненужной опасности. Правда, некоторые предпочитают другое шутливое толкование вроде нашего: «Семь бед — один ответ».

...Гербалист — народный врачеватель — скоблит кору дерева одон, которая служит для приготовления лекарств. Пословица, связанная с этим разновеском, гласит: «Только глупый гербалист может скоблить одон так, чтобы кора падала на землю», так как считается, что упавшая на землю кора теряет свою лекарственную силу. Мораль: умный человек всегда попросит помочь ему, если это нужно для дела.

На вес золота

...Человек со связкой дров на голове (иногда вместо дров — кувшин). С этим разновеском связана пословица: «Пока есть голова, не избежать носить на ней грузы». Думается, что пояснений не требуется.

...Человек держит в руках калабаш — «Дождь прошел, а он вышел собирать воду».

...Два человека здороваются. Эти люди долго не видели друг друга. Один любит прихвастнуть и рассказывает другому о всяких небылицах. Второй внимательно слушает. Эта полная юмора сценка означает: «Самое удивительное случается там, где нас не было...»

...Палач. В одной руке он держит меч, а в другой — человеческую голову. На первый взгляд это довольно мрачная картина, но ее смысл не оправдывает предположений. Разновесок буквально повторяет русскую поговорку: «Снявши голову, по волосам не плачут».

...Фигурка сидящего человека. Перед ним — камни. Смысл сценки: «Не бросай камни в того, кто к ним может быстрей дотянуться».

...Петух. Пословица говорит: «Петух, перестань делать столько шума. Твоя мать — всего только яйцо».

...Лодка. «Чтобы плыть в лодке, нужно грести с двух сторон». Иными словами: «В единстве — сила».

А потом мастер задул горн. Ему помогал внук — парнишка лет четырнадцати. Мой провожатый объяснил, что мастерство золотоумельцев передается от поколения поколению, а все мастера образовывали как бы единую семью и строго хранили свои секреты, так как их разглашение могло обидеть духов предков. Каждый раз, когда мастер получал новый заказ, он приносил в жертву курицу, фазана или цесарку и делал угощение духам своих предков и прародителю всех золотых дел мастеров в Ашанти Фусу Кваби, который, по легенде, и изготовил опустившийся с неба золотой трон. Впоследствии Фусу Кваби отобрал себе несколько способных учеников и научил их искусству делать украшения из золота и серебра и отливать разновески. С тех пор, говорят, золотых дел мастера и оказались в привилегированном положении при дворе короля,

Изготовление золотых украшений было основным занятием мастера, но не менее важным было и его умение отливать разновески. Дело в том, что многие украшения из золота представляли собой такие же миниатюры, как и голдуэйтсы. Таким образом, мастерство изготовления золотых украшений и мастерство изготовления разновесков были разными проявлениями одного и того же искусства народной мелкой пластики.

Искусство мастера проявлялось прежде всего в знании фольклорной мудрости и умении наглядно и лаконично выразить их в маленьких фигурках голдуэйтсов. Причем если, изображая животных и птиц, мастер старался как можно полнее передать сходство с натурой, то, отливая фигурки людей, стремился лишь к наглядному выражению идеи. Портретного сходства здесь не требовалось — более того, оно было не нужно, так как в статуэтке изображался не конкретный человек, а какой-либо персонаж народной пословицы или поговорки. Портретное сходство только ухудшило бы понимание смысла.

(Мой знакомый с улыбкой добавил, что в старые времена не было туристов, которым можно продать самую неважную поделку. Разновески предназначались для таких же, как он, ашантийцев, а они не хуже мастера знали местные традиции, обычаи, фольклор.)

Тем временем мастер раздул горн, и я почувствовал, что мое присутствие здесь больше неуместно, ибо становился свидетелем священнодействия...

Вообще-то сам процесс изготовления голдуэйтсов не очень сложен, и он известен повсеместно. Из воска мастер лепит фигурку, которая очень тщательно обмазывается глиной — так, чтобы не образовывались пузырьки и глина плотно облегала фигурку. Обычно к нижней части (ноге, туловищу, подставке фигурки) прикрепляется шнурок из воска — будущий литок. Если фигурка сложная или это композиция из нескольких фигурок, то делается несколько литков. Затем этот глиняный кокон сушат, а после сушки обжигают в печи и выплавляют воск. В пустоты, оставшиеся от выплавленного воска, заливают медь или любой из ее сплавов.

После того как металл остынет, кокон разбивают, очищают фигурку от остатков глины и удаляют литки.

...Через несколько дней мой знакомый вновь привез меня к мастеру. Он протянул мне бронзовую птичку с повернутой назад головой.

— Смотреть назад бесполезно, — расшифровал мой знакомый смысл фигурки.

— О прошлом никогда забывать нельзя, — поправил его мастер...

Н. Стасов

Рубрика: Без рубрики
Ключевые слова: народы Африки, ашанти
Просмотров: 7074