Тяни, паук, свою пряжу

01 января 1977 года, 00:00

Тяни, паук, свою пряжу

В середине XVI столетия воинственное племя дине покинуло в поисках охотничьих угодий канадские прерии и устремилось на юг. Продвигаясь с боями через земли незнакомых и враждебных племен, оно дошло до засушливых, но богатых дичью равнин юго-запада нынешних Соединенных Штатов. Здесь племя впервые столкнулось с белыми. То были испанцы. От испанцев люди дине получили название «навахо», под которым их знают и поныне, здесь они и познакомились с невиданными животными — лошадьми и овцами.

Сначала дине — впрочем, теперь уже навахо — охотились на лошадей и овец, как на любую привычную им дичь. Но после испанских карательных экспедиций навахо, сами отличные воины, по достоинству оценили боевые качества человека на коне.

Первых коней навахо выменяли у тех же испанцев и у соседних индейцев — мирных земледельцев пуэбло, а со временем стали их угонять или же отлавливать мустангов — одичавших потомков испанских коней.

Тяни, паук, свою пряжу

Превратившись в искусных наездников, навахо стали грозной силой. Испанским гарнизонам зачастую приходилось отсиживаться в крепостях; индейцы-пуэбло спешно укрепляли глиняные стены своих деревень.

Привлекли внимание навахо и овцы — очень им пришлась по вкусу баранина, а еще больше они оценили овечью шерсть. Женщины-навахо ткали из нее одеяла, в которые закутывались воины и охотники, н тогда они заменяли верхнюю одежду, а если ночь заставала их вдали от дома, то и постель. Такими же одеялами завешивали дверной проем.

Ткать женщины-навахо научились от захваченных мужьями женщин-пуэбло, и сначала в узорах на навахских одеялах копировали традиционный орнамент своих пленных. Но через короткое время, выработав собственный стиль, навахо превзошли своих учителей. Испанский губернатор Фернандо Чакон писал в самом конце XVIII века, что ткачихи-навахо работают лучше испанок.

Но признать, что навахо чему-то научились от более слабого племени, не позволяла им гордость. И возникла легенда о паучихе, которая показала женщинам-навахо первый ткацкий станок. Пауков навахо считали существами священными.

Станок изготовил супруг паучихи-учительницы. Основа была из трав, уток — из горного хрусталя, нити — из утренней зари. Когда в племени рождалась девочка, мать терла ей плечо паутиной для того, чтобы она всю жизнь неутомимо ткала. Едва девочка подрастала, она принималась за работу. Сначала основу натягивали между двумя деревьями, а орнамент девочка должна была изобрести сама. Геометрические узоры ткани никогда не повторялись, опытный взор сразу отличал работу одной мастерицы от другой. Но если какой-то особенно искусной ткачихе удавалось изобрести свой рисунок, другие женщины перенимали нововведение. С течением времени вид и качество одеял изменялись, и по ним можно проследить историю племени.

Самые старые из дошедших до нас одеяла навахо — конца XVIII века — обычно грубо вытканы, в их узорах сплетаются естественные цвета овечьей шерсти: коричневый и белый. Их нашли антропологи в Каньоне дель-Муэрте — Ущелье смерти. В 1805 году испанские войска загнали в каньон воинов-навахо и перебили их. Навахо побоялись хоронить убитых: это могло, по их верованиям, нарушить покой предков и вызвать стихийное бедствие. В сухом микроклимате Каньона дель-Муэрте надолго сохранились скелеты и одеяла, в которые одеты были навахо перед битвой.

В тридцатых годах прошлого века на землях навахо появились новые белые — американцы, и навахо, познакомившись с разноцветными фабричными материями, перешли к более сложным узорам. Появляются одеяла, изукрашенные квадратами, углами, зигзагами, сияющие множеством красок: красно-охряной, желтой, черной.

Тяни, паук, свою пряжу

В 1863 году полковник Кит Гарсон с большим и хорошо вооруженным отрядом, к которому присоединилось и множество враждебных навахо индейцев, оттеснил племя в штат Нью-Мексико, в безжизненную пустыню. Начались тяжелые времена: голод, болезни. Некогда многочисленное племя поредело и ослабло. Лишь через несколько лет позволили индейцам-навахо вернуться в родные места. Но это было уже не то племя, которое некогда наводило страх на соседей. И одеяла этого времени отличаются бедностью красок и примитивностью узоров.

В 1880 году земли навахо прорезала железная дорога, и их страна стала легкодоступной. Появились магазины, где продавались нужные и не нужные индейцам вещи; торговцы скупали у индейцев шкуры, украшения из серебра с бирюзой, одеяла — традиционные одеяла навахо, которые скоро стали известными по всей Америке. Предприимчивые коммерсанты стали привозить изготовленную в Европе шерстяную пряжу и синтетические краски. На одеялах появились стилизованные кони и коровы, луки и стрелы, вигвамы и даже поезда. Для навахо эти изображения были чуждыми, но покупатель в Нью-Йорке, Бостоне, а то и в Лондоне представлял себе «настоящую индейскую работу» именно такой. Передавая ткачихе сырье и заказ, торговец давал ей и образцы рисунков.

А через некоторое время и самим навахо придуманные для них узоры и рисунки стали нравиться куда больше, чем традиционные. И чистая геометрия навахского узора исчезла, сами одеяла стали ни чем иным, как изделиями поточного производства. Впрочем, почему же только одеяла? Рынок требовал ковры, наволочки для подушек и так далее и тому подобное, чего отродясь не было в простом индейском быту племени навахо.

Поскольку же индейцы по-прежнему закутывались в одеяла, а «подлинная работа навахо» стоила очень дорого — большинству членов племени не по карману, — в городе Канзас-сити одна фабричонка стала ткать одеяла для индейского пользования. Дешевые, стандартные...

И сейчас, когда навахо, съезжающиеся по случаю праздника в резервацию, набрасывают поверх пиджаков одеяла, они приобретают их в лавке сувениров.

Там же, где продается пластмассовый паучок, тянущий свою синтетическую пряжу...

Л. Ольгин

Рубрика: Без рубрики
Просмотров: 5617