Непереносимая жажда, или Купите тучу

01 апреля 1975 года, 00:00

Непереносимая жажда, или купите тучу

Рассказывают, что один австралийский фермер из тех районов, которые особенно по страдали от засухи, наконец дождался дождя. Когда на нос ему шлепнулась первая капля, он упал в обморок от полноты чувств. К счастью, поблизости были добрые и мудрые люди, которые «выплеснули» ему прямо в лицо три ведра пыли и таким образом привели беднягу в чувство. Ясное дело, этот анекдот родился на земле, где есть все, кроме воды. Это очень, очень сухая земля. Вода в Австралии жгучая проблема, над которой ломают головы величайшие мудрецы Австралийского Союза.

Северную территорию Австралии часто называют «Страной Хляби и Суши». Засуха свирепствует в мае — августе, а муссонные дожди налетают, как правило, к концу декабря. Растрескавшиеся русла рек наполняются водой, и порою бурлящие потоки перерезают даже единственную автостраду, которая соединяет Дарвин — административный центр Северной территории — со всей страной.

Заселить или погибнуть

Впервые в истории человечества большой материк, огромное пространство, целиком отделенное от мира естественными границами, стал политической единицей: представляет собой единое государство. Континент этот, вдвое больший, чем Европа без СССР, имеет только одно правительство вместо десятков, которые правят Старым Светом, а жители этого бескрайнего материка говорят на одном языке.

До какого предела можно заселять Австралию? Сколько людей могут найти хлеб насущный на этом континенте? Специалисты расходятся во мнениях, называя цифры от 60 до 450 миллионов. В то же время они предупреждают, что прокормить их можно только в том случае, если будет решена проблема водоснабжения, а это очень и очень непросто.

Река Муррей, которую иногда называют «Австралийским Нилом», — единственная судоходная река континента — пересыхала в 1830, 1912 и 1922 годах. Она превратилась в жалкий ручеек во время страшной засухи 1914—1915 годов, когда пало 18 миллионов овец и 3 миллиона голов рогатого скота! Память об этой катастрофе до сих пор живет в народных балладах и рассказах. Это было страшное бедствие! Однако здесь я хотел бы разъяснить один существенный момент. От австралийцев, занимающихся скотоводством в большом масштабе, я узнал, что во время продолжительной засухи домашний скот гибнет не столько от жажды, сколько... от голода! Все-таки даже в слабо оборудованном хозяйстве всегда найдется довольно воды, чтобы в тяжелый период напоить овец и рогатый скот. Зато с кормами хуже, они высыхают, гибнут, а подвозить их по бездорожью, как правило, нет расчета. Да и цены на корма моментально возрастают, поэтому закупают их лишь те хозяйства, в которых есть ценный молодняк. А его необходимо сохранить, не считаясь с расходами.

Единственное спасение — это немедленный отгон стад в районы, богатые травами. Надо решаться, пока животные еще не слишком ослабли, чтобы двинуться в путь. Разумеется за выгон скота на чужие пастбища надо платить, но это обходится значительно дешевле, чем подвоз кормов. Вот скотовод и старается сманеврировать так, чтобы оставить в своем хозяйстве столько животных, сколько ему удастся продержать на скудном пайке.

Мокрые сюрпризы

Реки, которые пополняются водами от снегов Австралийских Альп, как, например, Сноуи-Ривер, полноводны в течение всего года. Зато другие можно назвать реками только с большой натяжкой. Вообще-то у истоков они выглядят очень недурно, прямо-таки привлекательно, но потом быстро утрачивают великолепие. Путешествуя по Австралии, я время от времени встречал идеально сухие долинки, довольно четко обозначенные грядой деревьев. Но... «Это река», — сообщал мне услужливый житель здешних мест, и приходилось верить ему на слово.

Сама великая Дарлинг протяженностью в 2450 километров тоже исчезает летом, деля свое русло на отдельные озерца и прудишки.

Регулярные осадки бывают только на востоке и северо-востоке страны. Более трети Австралии обходится 254 миллиметрами годовых осадков, а то и более скупым дождичком; еще на одной трети господствует пустыня, тогда как сельское хозяйство в местных условиях должно быть обеспечено минимум 350 миллиметрами осадков в год.

Жителям умеренного пояса северного полушария хорошо знаком термин «снегозадержание». Австралийцам же более близка другая процедура, которую можно назвать «влагозадержанием». Залитые во время «потопа» пространства рассекаются своеобразными «заборами». Вода здесь продержится дольше, трава будет сочной, а следовательно, и сушь покажется не такой страшной.

Другое дело, что и эти «сухие» земли расположены над большими запасами воды. Речь идет об артезианских или грунтовых водах, запертых под давлением между двумя водонепроницаемыми слоями. Они самостоятельно выходят на поверхность, если пробурить в земле скважину. Правда, в Австралии эта артезианская вода содержит значительный процент серы, но все же делает возможным скотоводство в тех районах, которые в противном случае вообще были бы бросовыми. Зато такую воду нельзя употреблять для орошения обрабатываемых земель, ибо она уничтожает посевы. Иногда артезианская вода оказывается в нескольких метрах от поверхности, временами ее надо искать на двухкилометровой глубине. Из таких скважин бьет вода температурой до 80 градусов Цельсия. Есть даже источники, откуда брызжет кипяток.

Австралийские геологи строят разные предположения о происхождении этих водных ресурсов. Довольно распространена теория, которая гласит, что они представляют собой осадки, выпавшие несколько сот лет назад в прибрежных районах, и что массы этой воды в последнее время собрались в подземных резервуарах. Одно из таких подземных «озер» занимает территорию, равную примерно трети Европы. Во всяком случае, границы этих резервуаров установлены настолько точно, что бурение за их линией не дает никаких результатов, разве только, как говорит австралийский поэт, захочется постучать дьяволу в потолок.

Первые скважины в XIX веке дали высокие самопроизвольные фонтаны, и сейчас кое-где еще остались источники подобной силы, но в большинстве случаев приходится выкачивать воду насосом, а во многих местах вода была вычерпана полностью.

И тем не менее вода расточается совершенно беспримерным образом. Драгоценная жидкость доставляется из колодцев к поилкам по обычным дренажным канавам, даже небетонированным.

Расцветут ли пустыни?

Я никогда не забуду езды на машине из Брокен-Хилл на юг. Наш тяжелый «холден» буквально утопал в море мельчайшей красной пыли. Ветра не было, но все равно эта пыль проникала внутрь фотоаппарата, скрипела на зубах, набивалась в ноздри и, вздымаясь из-под колес машины, стояла позади пышным султаном.

Пустыня представляет собой проблему не только в Австралии. Ведь когда первые повозки американских поселенцев двигались через прерии, направляясь в Оклахому, Небраску или Канзас, эти равнины были покрыты буйной зеленью, и на тех же самых территориях в 30-х годах нашего столетия люди умирали от пневмокониоза. А там, где теперь Сахара выходит к морю, когда-то находилась житница всего мира.

Подобно тому как в Северной Америке хищническое ведение хозяйства в конце концов привело к катастрофической эрозии почвы, вырубка лесов в Австралии создала теперешнее положение. Огромные пространства были пущены под посевы пшеницы, трава, которая связывала почву, подвергалась уничтожению. А ветры дуют здесь с такой силой, что срывают и уносят наиболее плодородный, высохший в бездождье слой почвы.

Во всем мире в течение последних десятков лет около двух с половиной миллионов квадратных километров земли превратились в пустыню, еще более обширные территории находятся под непосредственной угрозой. Австралия занимает не последнее место в этой мрачной статистике. Природная растительность связывала почву, некоторые виды растений так сверхъестественно засухоустойчивы, что густая трава вырастала после дождя на тех местах, которые на вид были совершенно бесплодными. Эти травы уничтожил плуг земледельца, саженцы уничтожили скот и кролики. «Первородный грех» первых поселенцев, которые не поняли местных условий, не был исправлен. Все дожди мира не воскресят травы, если вытоптаны и уничтожены семена.

Может ли вода быть «жгучей» проблемой?

Мудрые люди вовремя предвидели угрозу. Все громче говорят о законодательстве, которое прекратило бы уничтожение лесов. Проектируется покорение самых могущественных сил природы, чтобы дать Австралии воду.

Сэр Марк Олифант из Австралийского национального университета в Канберре говорит, что уже через какие-нибудь десять лет можно будет начать реализацию доставки воды из неисчерпаемого резервуара — океана.

Проект предполагает создание атомных реакторов мощностью, по крайней мере, в сто раз больше тех, что строятся в настоящее время. Этот ученый выступает против участия Австралии в атомном вооружении; он увлечен идеей строительства многолюдных городов, окруженных зонами естественной растительности...

Морскую воду надо опреснять. А это дорого. Для населения острова Ротнест, расположенного в 20 километрах от Фримантла, опресняют воду уже сейчас. Но для того чтобы употребление воды в целях повсеместного орошения земель было рентабельно, стоимость опреснения должна быть в двадцать раз ниже, чем сейчас. Дорогостоящее дело. Атомный реактор стоимостью в 300 миллионов долларов обеспечил бы дистиллированной водой пятимиллионный город, и еще остались бы значительные излишки для нужд пригородных хозяйств.

Важна проблема доставки. Уже сейчас трубопроводы доставляют воду в город золотоискателей Калгурли на расстояние в несколько сот километров, однако перекачивать в крупных масштабах массы воды из океана в Центральную Австралию трудно. Вы только посмотрите на карту: сколько здесь пустынь, расположенных почти на побережье!

Сначала будут обеспечены водой территории, предназначенные под фруктовые сады и огороды. Планы обводнения пастбищ пока кажутся слишком честолюбивыми, возможно, с этим позже. «Сырья» для опреснения вдоволь: ученые считают, что если всю территорию австралийских пустынь залить тридцатисантиметровым слоем воды, то уровень Мирового океана понизится едва на одну сотую сантиметра.

Полученная пресная вода станет идеально чистой, но в ней будут отсутствовать минеральные соли, необходимые человеку. Обогащение опресненной воды солями — проблема совсем несложная. Другой проект, который занимает воображение австралийских ученых, предполагает совершенно иные действия. А именно: в некоторых пунктах материка надо пробурить скважины на глубину двух тысяч метров и затем произвести в них взрыв «чистой» водородной бомбы. Благодаря этому на большой глубине возникнет гигантская пещера, огромный подземный котел, в который вольют морскую воду, а получат пар... Фантазия? Пока — да. Пока...

О доверии, или Сколько весит туча?

Известный писатель Казимеж Круковский рассказывал некогда, как приближенные одного жреца пришли к своему мудрецу, умоляя, чтобы он вызвал дождь.

— Не вызову! — гневно воскликнул старец. — Потому что у вас нет веры в меня! Вы явились ко мне без зонтов!

К ученым надо питать доверие. Особенно если они взвешивают тучи и делают много других удивительных вещей. Речь идет об Австралийской организации исследований в области науки и техники. Сотрудники ее работают над выведением новых пород овец и устанавливают принципы воздушной транспортировки мороженой баранины. Травят диких кроликов и истребляют кактусы, ищут лучший материал для покрытия крыш в условиях пустыни и расправляются с термитами.

Кроме того, они «изготовляют» дожди. Таким образом, они помогают природе, чтобы она, в свою очередь, помогла им. Ученые установили, что тучи, ежедневно проплывающие по небу над горными цепями Восточной Австралии, несут миллионы тонн водяного пара. Эти гигантские резервуары воды, путешествуя по небу, минуют территории, жаждущие влаги, и не приносят им никакой пользы. Ах, если бы можно было открыть кран столь большой бочки!..

Стали подсчитывать, советоваться, создавать теории. Потом пришло время действовать. И вот в один прекрасный день к бесполезным тучам устремился самолет. Люди на земле не замечают, что с борта самолета происходит обстрел тучи шариками сухого льда или твердой углекислоты. Эти ледяные снаряды принуждают тучу капитулировать. Три четверти часа обработки, и, как минимум, на 40 квадратных километров земель обрушивается проливной дождь...

Ученые оказались скептиками. А вдруг дождь все равно пошел бы в этот день? Вдруг обошлось бы и без нашей помощи? Нет полной уверенности. Значит, они не убеждены в своем авторском праве на этот дождь, зато была бесспорно установлена его непомерно высокая стоимость. Кто же будет платить за разорительные ливни?

Все вернулись в свои лаборатории, и вопрос затих на несколько лет. Овцы гибли, падали коровы, слишком истощенные голодом, чтобы устоять на ногах. В лабораториях по ночам долго горел свет, а электронные мозги искали новое дешевое и действенное средство для преодоления старой беды, производили сотни сложных вычислений.

В настоящее время дожди по заказу стали значительно дешевле. Найди подходящую тучу и обстреливай ее кристалликами йодистого серебра. Значит, вместо тяжелой транспортной машины, которая должна стартовать с экипажем в несколько человек с бетонной дорожки настоящего аэродрома, можно обойтись легким спортивным самолетом. Пилот без труда воспользуется любой посадочной площадкой и справится с делом один, затратив значительно меньше топлива.

Сезон дождей — благодатный период для водолюбивых буйволов.

Как щекотать тучи?

В течение полугода пилоты регулярно кружили над опытным участком, чтобы «щекотать тучи». И произошло чудо: кругом была сушь, а над этим участком шел дождь!

Испытание боем произошло в 1958 году, а вскоре поступила мольба о срочной помощи. На этот раз не от скотоводов — речь шла о промышленности. Шахтам уранового рудника штата Квинсленд необходимо дать воду! Надо наполнить искусственное водохранилище, которое, в свою очередь, питает и гидроэлектростанцию. Иначе рудник станет, прекратится добыча урана...

Вся Австралия затаила дыхание, следя за развитием событий. «Фабриканты дождя» прибыли на место. С большим отвращением разглядывали они накалившееся на солнце бетонное дно водохранилища, где беззаботно грелись несколько маленьких ящериц... Ни следа воды.

Солнышко пригревало, по небу медленно проплывали чрезвычайно привлекательные тучи. Надо было осмотреть их вблизи, заглянуть в карты властителей небес — метеорологов. Как перед серьезной атакой, операцию начала воздушная разведка. Она принесла хорошие вести: тучи насыщены дождем.

Наконец в небо взмыл одинокий самолет, под крыльями у него были подвешены странные приспособления, отдаленно напоминающие сопла реактивного самолета. Тучи щекочут по строго определенным принципам. Когда упомянутый самолет оказался непосредственно под тучами, из труб вырвались клубы йодистого серебра. Струи теплого воздуха, идущие вверх, подняли аэрозольный препарат и смешал его с водяным паром. Обычно тучу щекочут с теневой стороны: в солнечных лучах кристаллики йодистого серебра утрачивают свою чудодейственную силу.

Ящерки бросились наутек от потоков воды, которые хлынули с неба. В течение первых двух часов выпало 25 миллиметров дождя. Ручейки сливались в речушки и наполняли резервуар, а дождь продолжал лить! И никто не может объяснить, как случилось, что построенный людьми искусственный резервуар сразу после дождя кишмя закишел рыбами. Они начали размножаться с такой быстротой, что вскоре сложная система фильтров, предохраняющих турбины, была забита рыбьими тушками, а электростанция вновь оказалась перед угрозой простоя. На сей раз воды было достаточно, но зато рыбы — чересчур! Удивительная страна эта Австралия!

Тем более удивительная, что на помощь поспешили стаи бакланов. Опять-таки никто не мог установить, откуда они взялись здесь, но факт остается фактом: эти прожорливые птицы ликвидировали рыбную проблему уранового рудника...

Затем резервуар залили тончайшим слоем химических препаратов, которые образуют на поверхности воды пленку, снижающую естественное испарение воды минимум на треть. Этот метод весьма широко применяется на всем материке, закрывая дорогу в небеса сотням миллионов литров живительной влаги. Процесс явно не прост в техническом и правовом отношении. Как это, спросите вы, почему и в правовом тоже? При чем тут закон?

При том, что в свете закона щекотать тучи не так-то легко. Если по заказу мистера Брауна туча отдаст запасы своей воды его собственным полям, то сосед, мистер Смит, летит в суд жаловаться, что Браун украл у него дождь. Он утверждает, что есть свидетели, которые подтвердят Его Милости Судье, как туча уже опускалась над владением мистера Смита с совершенно недвусмысленной целью пролить над вотчиной обильный дождь, и тут выскочил заказанный Брауном самолет с йодистым серебром... Твердый орешек предложили австралийскому суду. Соображай тут, прикидывай, кому принадлежит дождь — королеве или ее подданным! А если принять этот последний вариант, то кому из них конкретно?

Город, который вскарабкался на гору

...Перед штаб-квартирой строительства энергетического комплекса близ города Кумы развеваются флаги тридцати стран. Здесь трудятся 5 тысяч рабочих. ООН могла бы много позаимствовать от сотрудничества этих геологов, шоферов, плотников, электриков, сварщиков, дорожных инженеров, поваров, плановиков и арматурщиков. Фирмы норвежские, французские и американские используют на стройке продукцию своих стран, но попадается много британских, шведских и австралийских машин. Когда в 1972 (1 Книга Л. Воляновского «Почта в никуда-никуда», откуда взят предлагаемый читателю отрывок, вышла в Польше в 1970 году. В настоящее время строительство энергокомплекса в Куме уже закончено. (Прим. ред.)) году работы будут закончены, более десятка электростанций дадут 3 миллиона киловатт электроэнергии, а сельское хозяйство получит более миллиона гектаров земли, которая ранее была бесплодна.

Все началось с воды, вернее, с ее отсутствия. Сноуи-Ривер — расточительное дитя, она без всякой пользы отдавала свои воды океану. Вода необходима. У аборигенов Австралии существует общее слово для обозначения понятий «вода» и «жизнь». И еще в 1884 году были разработаны планы использования рек, озер и ручьев Снежных гор. Однако с реализацией планов не спешили. В 1889 году страшная засуха уничтожила половину поголовья овец и рогатого скота в Новом Южном Уэльсе. Надо было что-то предпринимать...

Ныне Кума сотрясается от взрывов, здесь бурят около 150 километров туннелей для использования энергии горных рек. Одно из водохранилищ вместит воды в девять раз больше, чем крупный океанский порт в Сиднее, в котором без труда маневрируют огромные лайнеры.

Эту картину, несмотря на столь «промышленный» вид резервуаров, навряд ли можно назвать индустриальной. В баках хранится вода, а поселок, изображенный на снимке, — самый обычный, если только можно применить эпитет «обычный» к жилью человека в местах, где вода — роскошь и где во время засухи скот тысячами гибнет на огромных пространствах, за считанные дни превратившихся в пустыни.

Город Адаминаби переехал на девять километров дальше и спокойно притулился на холме, когда старая территория города была залита водой. По кирпичику разобрали и перенесли старую церковь и ратушу, дома, эвакуировали даже мертвых, спокойно почивших на маленьком кладбище... В кронах деревьев, под которыми раньше ворковали влюбленные, сейчас играют рыбы, разведенные человеком в этом искусственном водохранилище.

На маленьком островке, выступающем из воды на искусственном озере Юкамбине, островке, который до недавнего времени был горной вершиной, резвятся два кенгуру, их спасли люди, когда вода стала подниматься.

...Каждый метр туннеля — это яростная борьба металла и гранита. Я смотрю, как в адском грохоте буров рождается новый участок туннеля внутри скалы. Со стен льет вода, под ногами чавкает, вереница грузовиков вязнет с тяжелым грузом, из-под колес брызжут струи грязи...

В поте лица реализуют австралийцы свою мечту о воде, стремясь утолить Великую Жажду. Их реки никогда не были объектом почитания, как Ганг, их не воспевали в легендах, как Вислу, Дунай или Рейн, они не рассекали великих городов, как Тибр, или Сена, или Шпрее. Зато их реки без пользы выбрасывали в океан 15 миллиардов литров воды. Столь необходимой воды! Если бы осадки, которые только в трех штатах вызывают локальные паводки или бесполезно пропадают в море, направить на дно высохшего озера Эйр, там расцвел бы рай на 960 тысячах гектаров, — вздыхают австралийцы.

Эти огромные работы имеют и своих яростных противников. «Ну и что из того? — говорят они. — Будет больше риса, больше фруктов, больше пшеницы. Хорошо. Мы выбрасываем сотни миллионов и собираем людей со всего мира, чтобы они возводили плотины. А кто у нас купит ту продукцию, которую мы дополнительно получим? Может быть, желающие и найдутся, только чем они заплатят? Эти вложения буквально выброшены в грязь!»

Таким взглядам противостоит мнение людей, которые заглядывают уже в XXI век, думают о проблемах снабжения австралийцев будущих поколений. И когда в строй вступает очередная плотина или электростанция, то пожилые мужчины, которые помнят катастрофические засухи — бич этих краев, — забывают о принятом заранее церемониале торжеств. Они хлопают друг друга по широким спинам, хохочут, иногда даже кое у кого от волнения влажнеют глаза. Они совсем не стыдятся этого: столько лет они ждали, столько лет ждали этой минуты.

Л. Воляновский

Перевела с польского Л. Малаховская

Рубрика: Без рубрики
Просмотров: 5573