Гвоздика — цветок борьбы

Гвоздика — цветок борьбы

Гвоздика — цветок борьбы

Две хроники весны, лета и осени...

В этот день сияло солнце. И небо было лазурным, как и полагается небу, раскинувшемуся над «краем олив и лавров». Но все-таки основным цветом был не голубой, а красный. Море красного цвета затопило Лиссабон: алые гвоздики, приколотые к платьям, гимнастеркам, рубашкам, «заряженные» в винтовки, расцветившие окна и стены домов — стали символом новой Португалии, паролем народа, свергнувшего фашистскую диктатуру.

И плескалось море людей. Лиссабонцы смеялись, веселились, танцевали бессмертное народное фадо, бразильские самбу и лунду, пели песни старинные и новейшие — композитора Жозе Афонсу, автора «Грандолы», мелодия которой послужила сигналом к восстанию 25 апреля 1974 года.

Митинги возникали стихийно. Они устраивались и на улице Антонио Серпа, где теперь размещаются ЦК ПКП и редакция «Аванте». И на авенида да Либердади — проспекте Свободы, по которому войска шли захватывать министерство обороны, радиостанцию, телеграф. И у моста 25 апреля, бывшего моста имени Салазара, перекинувшегося через широкое устье Тежу, откуда много-много лет назад уплывали к дальним берегам каравеллы Магеллана и куда в день переворота вошли корабли военных моряков, примкнувших к восставшим. И на старых площадях Комерсио, Россиу, дуз Рестаурадориш, где бронзовые властелины былых веков — разные Педру и Жозе — с изумлением и испугом взирали на красные по белому лозунги, протянувшиеся по стенам дворцов и их собственным постаментам: «Вооруженные силы + народ =свободная Португалия»; «За народ, за труд, за равного тебе и за тебя самого!»; «Когда народ един — он непобедим!»

Долго и трудно шла Португалия к апрелю семьдесят четвертого. Сквозь тринадцать лет жестокой и бесперспективной колониальной войны, в ходе которой возникло движение «молодых капитанов» — организаторов переворота. Сквозь десятилетия репрессий против коммунистов. Сквозь выборы 1973 года, когда из 23 миллионов человек — жителей метрополии и африканских колоний — к голосованию (после отбора, проведенного политической полицией — ПИДЕ) были допущены лишь восемь процентов. Сквозь массовую эмиграцию: два миллиона беглецов-португальцев рассеялись по свету, покинув самое нищее государство Европы — страну с «самым высоким уровнем цен, самой низкой зарплатой, самым большим процентом детской смертности, самой распространенной неграмотностью, самой массовой безработицей...».

Четырнадцать часов потребовалось народу, чтобы при инициативе «Движения вооруженных сил» свергнуть фашистский режим. Режим этот был самым старым и цепким в Европе: он утвердился 48 лет назад.

Вдумаемся еще раз в эти две цифры: 14 часов и 48 лет. 14 часов почти бескровного восстания (перестрелка возникла только при взятии штаб-квартиры политической полиции — «Дома страха») и 48 лет террора и убийств. Убийств, из которых одни лишь расправы над коммунистами и народными вождями составляют поистине бесконечный список преступлений. Политзаключенные Жоаким Оливейра, Мануэл Жуниор, Раул Алвиш — растерзаны в тюрьме. Крестьянка-коммунистка Катарина Эуфемия — застрелена в упор с ребенком на руках. Руководитель Фронта освобождения Мозамбика Эдуарде Мондлане — взорван. Генеральный секретарь ПАИГК Амилкар Кабрал — злодейски убит. Скульптор-коммунист Жозе Коэльо — застрелен и растоптан. Тысячи, тысячи других, известных и безымянных — коммунисты Португалии, патриоты Анголы, Мозамбика, Гвинеи-Бисау... Террор был поставлен на службу одному: сохранить фашизм, сохранить то, чем дышал этот фашизм и что питало его, колониальную империю, последнюю колониальную империю в мире.

Гвоздика — цветок борьбы

Буржуазные круги за границей первое время не принимали всерьез события в Лиссабоне. «Обычный военный переворот», — твердили там, закрывая глаза на то, что движение португальских военных поддерживали самые широкие слои трудящихся, именно своим участием обеспечив победу. Твердили, не понимая, что не может быть «обычного переворота» в стране, где даже армия — оплот диктаторского режима, — «испытанная в боях» колониальной войны на трех фронтах, поднялась против этого режима, единственной опорой которого осталась политическая полиция. Но где и когда охранка, пусть даже имеющая 100-тысячную армию осведомителей и насчитывающая 20 тысяч сотрудников, могла служить достаточной гарантией сохранения изжившего себя порядка?.. И очень скоро даже наиболее осторожным из наблюдателей стало ясно: это не путч, это восстание офицеров-демократов, решительно поддержанное народом...

Вспомним лишь часть хроники событий, последовавших за 25 апреля, ту часть, что теснейшим образом связана с португальской молодежью, активнейшей участницей переворота. И ограничимся теми из которые происходили в Лиссабоне — города который, как говорят сами португальцы, находится «там, где кончается земля и начинается вода».

25 апреля... Национальный совет спасения, образованный в этот день как высший орган политической власти, объявляет об упразднении политической полиции, восстановлении свободы собраний и ассоциаций, отмене цензуры печати, освобождении политзаключенных, проведении выборов в Учредительное собрание...

30 апреля... Тысячи португальцев встречают возвращающихся из эмиграции лидеров прогрессивных партий.

1 мая... Полумиллионная праздничная демонстрация... Она показала мощь португальского рабочего класса, его организованность и сознательность...

4 мая... Создан Союз студентов Португалии...

24 мая... Десятитысячный митинг коммунистов Лиссабона в гигантском зале столичного Дворца спорта в парке Эдуардо VII. Больше половины присутствующих — молодежь. «Наша задача, — говорит член ЦК ПКП Карлуш Брито, — заключается в развертывании борьбы за уничтожение эксплуатации человека человеком...»

26 мая... В том же зале — первая в истории Португалии национальная встреча трудящейся молодежи...

26 июля... 100-тысячная манифестация лиссабонцев в поддержку «Движения вооруженных сил» и второго временного правительства...

30 июля... Митинг у резиденции главы Португальской Республики — дворца Келуш — в поддержку решения Государственного совета и Временного правительства о признании за народами Гвинеи-Бисау, Анголы и Мозамбика права на независимость...

Гвоздика — цветок борьбы

Да, манифестаций было множество. Но конец весны и лето 74-го не были нескончаемым и безоблачным праздником. Ибо база фашистского режима — монополии — могущественна и до сих пор. И контрреволюция упорно, изо дня в день пытается расшатать новый порядок, свергнуть его. Из всего числа агентов бывшей ПИДЕ арестовано едва ли больше тысячи, из них добровольно сдались только девятнадцать, остальные бежали за границу, и бежали не затем, чтобы сидеть сложа руки. И Национальная республиканская гвардия, та самая, что расправилась когда-то с Катариной Эуфемией и жестоко подавляла выступления шахтеров медных рудников Алжуштрела, никуда не исчезла. Распущена другая военизированная организация — «Португальский легион», опора салазаровской диктатуры. Распущена, но не сломлена. Многие тысячи легионеров и членов «гражданской обороны территории» (1Общее название гражданских формирований, подчинявшихся «Португальскому легиону».) либо рассеялись по стране, либо пересекли испанскую границу.

Медленно, очень медленно распространялся по стране процесс демократизации. Особенно когда дело касалось глубинных районов северных и восточных провинций. Именно там, на востоке, уже через месяцы после переворота один из жителей городка Марван был арестован только за то, что... снял со стены портрет диктатора Салазара.

И хочется привести еще одну хронику. Эти события шли параллельно с предыдущими все на той же лузитанской земле...

МАЙ. В Лиссабоне на улице Руа Дас Прасаш обнаружен шпионский центр, действовавший под прикрытием частного информационного бюро «Ажинтерпресс». Центр служил для связи остатков бывшей ПИДЕ с крайне правыми экстремистскими группировками в различных странах Европы, Африки и Латинской Америки... Дезорганизация экономики — результат усилий реакции — повлекла за собой волну забастовок. В столице исчез хлеб, встал транспорт... В предместье Лиссабона взорвана бомба: убито семь и ранено пять человек...

ИЮНЬ. Выступления леваков: открытые столкновения с военнослужащими, избиение полиции... Забастовки на промышленных и коммунальных предприятиях...

ИЮЛЬ. Правительственный кризис, вызванный требованием премьер-министра П. Карлуша о расширении его полномочий. За премьер-министром стояли консерваторы, желавшие свернуть страну с пути прогрессивных преобразований. Кризис преодолен после отставки премьера и сформирования нового временного правительства...

АВГУСТ. Главари мозамбикских «ультра» собирают группы наемников для захвата власти в Мозамбике и провозглашения его «независимым» (по образцу Родезии)... Угроза острого экономического кризиса. Владельцы крупных компаний пытаются закрывать фабрики, беспричинно увольняют рабочих...

СЕНТЯБРЬ. Попытка правоэкстремистского мятежа в Мозамбике. Из тюрьмы освобождены более двухсот сотрудников бывшей политической полиции. Провокационные убийства на улицах Лоренсу-Маркиша... Антикоммунистические выступления в Лиссабоне. Попытка правого переворота под предлогом организации — 28 сентября — демонстрации «молчаливого большинства». Руководители заговора арестованы, оружие у них изъято. Позиции офицеров-демократов из «Движения вооруженных сил», действующих в тесном союзе с народом и его левыми партиями, упрочились...

Тревожных событий много. Притаившийся фашизм готов на любую подлость. Каждую минуту можно ожидать новых вспышек контрреволюционного мятежа и саботажа. Но португальские патриоты и демократы уверенно идут по пути победы, на который они вступили 25 апреля.

В. Никитин

Ключевые слова: Салазар
ПОКАЗАТЬ КОММЕНТАРИИ
# Вопрос-Ответ