Уступи слонам дорогу

01 апреля 1974 года, 00:00

Уступи слонам дорогу

Каждый день мы ездили по заповедным джунглям Цейлона в поисках слонов. Распорядок был жесткий: выезжаем в шесть, затем возвращаемся к завтраку, днем отдыхаем и снова трясемся на «джипе» с пяти до шести тридцати. Хищников здесь было немного. Спокойно паслись стада пятнистых оленей, разгуливали живописные павлины, изредка попадались серенькие, невзрачные павы. Около водоемов бродили с воронами на хребте дикие буйволы, хрюкали и боязливо перебегали дорогу десятки диких кабанов. Однако слонов не было, хотя следы их мы видели повсюду и присутствие их чувствовалось везде. «Некоторые туристы ездят неделями, но так и не увидят слонов, — утешал нас проводник, — все зависит от удачи».

Правда, однажды нам повезло: вечером, когда мы пили чай в бунгало, поблизости послышался треск сучьев. Мы повернулись — на фоне еще светлого неба поверх кустарника виднелись два силуэта — мать с детенышем. Они шли к бунгало, но, услышав голоса, остановились. Раздался тревожный зов — звук вибрирующий и рассыпающийся, словно кто-то дул в большую раковину, — и слоны свернули влево, к реке. Позже животные опять показались на короткое время: возвращались с водопоя. Затем все стихло...

Сегодня утром наша поездка опять была неудачной. Под утро шел небольшой дождь, и «джип» с трудом пробирался по грязи и лужам лесных дорог...

— А что мы возим с собой проводника? — спросил кто-то из нас, когда после завтрака мы поехали купаться на побережье океана, милях в пяти от бунгало.

— Да, говорят, порядок здесь такой, без него ездить нельзя. Поэтому хочешь не хочешь — вози его с собой.

— Нет, видимо, ему тоже купаться захотелось, — возразил первый.

А через несколько часов человек, которого мы «хочешь не хочешь» возили с собой, наш проводник Садерис, спас нам жизнь, и произошло это вот как.

Купание закончилось, приближалось время обеда, и наш неизменный «джип» быстро катил по лесной дороге. Было около трех часов пополудни. Мы выехали на шоссе, успешно миновали одну или две огромные выбоины, заполненные водой, и вдруг... «Слоны!» — хором воскликнули мы. Совсем близко от нас, пересекая дорогу, от большого водоема шли два слона с маленьким слоненком. Они тесно прижимали малыша боками, готовые в любую минуту встретить и отразить опасность. Щелкнули затворы фотоаппаратов. Слоны насторожились, повели ушами, но продолжали свой путь. Этим бы все и обошлось. Однако наш хозяин, человек с красивым именем Барон де Ливьера, вел «джип» сам. Видавший на своем веку немало слонов, он решил подпустить эту пару с малышом поближе и сфотографировать их почти в упор. Мы испугались такой близости и попросили хозяина двигаться дальше. Он проехал метров пятнадцать, но опять остановился и вышел из машины со своим «Кэноном». В это время на дороге позади нас показалась слониха. Она протяжно протрубила. Как выяснилось потом, это был сигнал опасности. Не давая нам опомниться, с левой обочины на дорогу вышли еще два слона. А первая пара остановилась поперек дороги метрах в пятнадцати от машины, отрезав нам путь назад. Советовать что-либо водителю было поздно. Спереди и сзади слоны. Справа деревья и кустарники, дальше водоем, и около него дикие буйволы. Слева канава и непроходимая стена джунглей. Ехать некуда. Мы оказались в плену у слонов. Огромная слониха приближалась. Водитель заглушил мотор, и тут мы заметили, что она беременна. Сзади, чуть поодаль, шел самец.

Уступи слонам дорогу

По сравнению со слонихой «джип» казался детской игрушкой. Вот нас разделяют четыре метра, три метра... Глаз слонихи из-за крыши кузова уже не видно, в нашем поле зрения лишь кончик хобота неприятного розового цвета.

В этот-то момент и вмешался Садерис. Он высунулся из «джипа» и что-то властно прокричал слонихе. Та попятилась назад, отошла метров на пять-семь, остановилась. Затем почесала одну переднюю ногу о другую, как бы готовясь ко второй атаке, и снова пошла на нас. Обстановка осложнялась еще тем, что слонихе некуда было сворачивать. Пробраться влево через чащобу она не могла, но и обойти нас было нельзя: шоссе было слишком узко. Сзади, подбадривая самку, наступал слон.

Медленной поступью огромное животное вновь начало приближаться к нам. Расстояние сокращалось... Шесть метров, пять, четыре, три... Проводник почти по пояс "высунулся из «джипа» и опять громко крикнул слонам что-то повелительное, угрожающее. Слоны остановились. Задний свернул в сторону и начал пробираться в кусты. Слониха стояла как вкопанная. Проводник попросил Барона де Ливьера без шума и рывка подать «джип» немного назад. Тихо заработал мотор — «джип» медленно, очень медленно отъехал. Слоны наблюдают. Еще один гортанный крик нашего проводника слонихе, и та, сделав два-три шага вперед, получила возможность свернуть в сторону. Пятясь назад, она как бы присела в кювете, уперлась в кусты, освобождая нам путь. «Джип» вновь медленно и незаметно тронулся с места и двинулся вперед. Слониха продолжала с опаской наблюдать за нами... Лишь отъехав метров на двести, мы вздохнули свободно. А слоны собрались на дороге, и мы еще долго видели их, стоящих там на одном месте...

Только в бунгало мы по-настоящему пришли в себя.

Близилась тропическая ночь. Запели цикады. На облюбованном дереве делали перекличку павлины. Мы вновь вернулись к переживаниям дня. Нам хотелось узнать, как дикие слоны подчинились воле безоружного человека, какие слова говорил слонам проводник.

— Какие слова? — начал он. — Трудно сказать. Это набор буддийских заклинаний. Их трудно перевести, но смысл заключается в требовании, чтобы слон уступил дорогу.

— А послушались бы слоны, если бы эти слова говорил кто-нибудь из нас?

— Нет, — сказал проводник, — потому что все зависит от интонации, выражающей ваше внутреннее состояние, вашу решимость и убежденность. Вы же в это время были испуганы. У слонов, — продолжал Садерис, — как и у других зверей, есть определенное представление о человеке. Они считают его сильным существом и поэтому всегда чувствуют перед ним робость. Но если только звери почуют испуг людей перед ними (испуг этот они чуют в прямом смысле по испарению человеческого пота), то смело идут в наступление.

— А приходилось ли вам раньше бывать в ситуациях, подобных сегодняшней? — спросил я.

— Почти нет, — ответил проводник. — За двадцать пять лет моей работы это второй раз. Нынешний случай особо опасен: нам встретились слоны со слоненком. Каждый из вас, вероятно, подумал, что был сегодня на волоске от смерти.

Вообще слоны довольно мирные существа. Но и среди них есть опасные и злые. Особенно нужно бояться одиночек. Слоны, как правило, живут гаремами, или семьями, где может быть только один вожак. Когда встречаются два самца, претендующие на роль вожака, между ними начинается бой. Победивший остается с семьей, второй уходит и бродит один. Вот этот самец, которого в народе зовут «оборванный хвост», — наиболее коварный.

Иногда детеныш рано остается без родителей и как бы лишается воспитания. Он также озлобляется и становится более опасным для человека, чем другие слоны.

Де Ливьера рассказал нам, что Садерис давно работает здесь. Власти хотели сделать его старшим над лесничими и проводниками, но он отказался: не захотел сидеть в конторе. Он любит лес и его обитателей и не желает расставаться с джунглями.

— Поэтому, — добавил Барон, — когда сегодня днем вы мне давали различные советы, я никого не слушал, кроме Садериса. Я тоже не впервые здесь и кое-что знаю о слонах. Они сильно раздражаются при звуке автомобиля, поэтому сегодня я старался как можно деликатнее заводить мотор и без рывка подавать «джип» вперед и назад.

— Скажите, Барон, — спросили мы, — вот существуют всякие легенды о слонах, будто в предчувствии смерти они идут в какое-то отдаленное и доступное лишь им место-кладбище и там умирают. Правда ли, что человек никогда не видел трупа слона?

— Не знаю, я тоже не видел, поэтому сказать ничего не могу. Но вот как рождаются слоны, я видел и, если хотите, расскажу.

Как-то раз, возвращаясь вечером после поездки по джунглям, мы заметили недалеко отсюда беременную слониху. Она шла по направлению к реке. Особого значения мы этому не придали. Но когда вечером вот здесь, на веранде, сидели и пили чай, то услышали трубный, как бы предсмертный вопль гиганта. Столько было боли и мольбы о помощи в этом зове, что мы не могли сидеть спокойно.

— Идти туда очень опасно, — предупредил проводник. — Тем более что мои слова-заклинания не подействуют на слонов в таких обстоятельствах.

— Мы решили, — продолжал свой рассказ де Ливьера, — поехать и посмотреть издали. Наш «джип» медленно пробирался в ночных джунглях, прорезая тьму светом фар. Вдруг мы услышали в стороне тяжелые вздохи и стоны и ярдах в двадцати пяти от реки увидели в дальнем свете фар лежащую на боку огромную слониху. Рядом с ней стояли еще четыре слона. Они заметили нас, тревожно подняли хоботы, протрубили и удалились глубже в лес. Тут мы заметили малыша. Мать поднялась на ноги и встала около него. Мы решили подъехать поближе с другой стороны, чтобы лучше рассмотреть новорожденного. Малыш закопошился, пытаясь подняться на ноги. Мать обхватила его хоботом и помогла ему. Слоненок был очень темный, ростом не больше двух футов (1 Один фут — 30,5 см.). Мать пропустила его под себя, после чего оба медленно прошли в кусты, укрываясь от света фар...

Это действительно редкий случай. Мало кто видел такое... — продолжал хозяин. — Нам тоже могло не посчастливиться, если бы не преждевременные роды. Не успела дойти...

Слоны, удалившиеся при нашем появлении, обычно выполняют в некотором смысле роль акушеров и нянек. Они никогда не покидают слониху во время родов и даже готовят для нее землю: разрыхляют ее, делают какое-то подобие подушки. Когда начинаются схватки, «няньки» массируют хоботами живот слонихи, стараясь облегчить боли...

Давно кончился чай, а мы все не расходились. Мерещилось, что слоны где-то здесь, рядом, только скрыты мраком тропической ночи. Может быть, даже стоят вокруг нашего бунгало и, слушая рассказы де Ливьеры и Садериса, одобрительно покачивают хоботами.

Илья Сучков

Ключевые слова: слоны
Просмотров: 4570