Ожившее время

01 февраля 1974 года, 00:00

Для мальчишки с берегов реки Сепин ботинки заезжего антрополога — экзотика. Праздничный наряд взрослых односельчан — для него вещь привычная. (Фото вверху из журнала «Нэшнл джиографик», США.)

Для того чтобы сказка, притча, легенда или даже анекдот приобрели характер и права документа (мы имеем в виду, разумеется, документ научный), необходимо в начале этой легенды или в конце ее поместить точные данные о рассказчике. Надобно указать его адрес, возраст, занятия. После этого на притчу (сказку, легенду) можно опираться в споре и даже приводить в качестве доказательства. В связи с тем что легенда, которую мы собираемся привести на этих страницах, имеет немалое значение для нашего рассказа, мы начнем, как положено, по порядку. Итак...

Легенда об Акамбепе Солнечном

(Записано со слов папуаса Анджома, примерно 70 лет, старейшего жителя деревни Копар, район устья реки Сепик, о. Новая Гвинея.)

«...Очень давно, очень-очень давно Женщина-Предок, Мать всех людей, дала жизнь сыну. Она спрятала ребенка в скорлупу кокосового ореха, где хранила краски для раскрашивания тела, и положила скорлупу на остров, который в то время всплывал из морской пучины.

Через некоторое время ребенок — это был Акамбеп Солнечный — пробил скорлупу изнутри и посмотрел вокруг. Море понравилось ему больше, чем земля, и он стал раскачивать скорлупу, пока та не скатилась в море. Волны стали его ласково баюкать, а сами уносили скорлупу все дальше и дальше от острова.

Плыл и плыл Акамбеп Солнечный по морю, пока не приплыл к земле, где живут белые люди. Акамбеп Солнечный хотел отдохнуть от плавания и вышел на берег, а потом так там и остался.

В горы, где живут люди племени ялё, не проникли еще ни очки, ни скаутские шляпы, которые на побережье стали давно уже предметами первой необходимости, из журнала «Нэшнл джиогрэфик», США.)

Он научил белых людей магии, чтобы они знали, как делать подвесные моторы и всякие другие чудесные вещи, а также научил быть богатыми.

Потом Акамбеп Солнечный поднялся на небо и стал Солнцем. Красками, которые оставались в кокосовой скорлупе, он нарисовал солнечные лучи. Он очень хочет, чтобы его братья и сестры в деревне Копар увидели его. Тогда он сможет и их научить делать деньги и подвесные моторы. Но тучи закрывают Акамбепа от людей деревни Копар, и мы не можем увидеть нашего брата. Так что вся магия остается пока у белых людей...» (Записано в 1972 году этнографом Малколмом С. Кирком.)

Мы привели легенду потому, что она наглядно показывает особенности мышления папуасов Новой Гвинеи. Впрочем, слово «папуасы» в данном случае не совсем верно. Ведь этим словом обозначаются все коренные обитатели огромного острова, говорящие на папуасских и меланезийских языках, люди, привычки и нравы которых разнятся не меньше, чем быт турецкого скотовода от быта норвежского рыбака.

Как известно, остров Новая Гвинея делится на принадлежащий Индонезии Западный Ириан и управляемые Австралией территории Новая Гвинея и Папуа. В данном случае нас интересует «австралийская» часть острова. Дело в том, что меньше чем пять лет осталось до дня, когда законодательное собрание территории Папуа и Новой Гвинеи провозгласит независимость. (По крайней мере, так записано в законодательном акте и утверждено в Канберре.)

Как это произойдет и какое будущее ждет людей, живущих на Новой Гвинее, представить себе невозможно, не зная, как живут эти люди сейчас.

Участник советской экспедиции на Берег Маклая В. И. Басилов уже писал в нашем журнале (1 См. № 12 за 1973 год.) о жизни прибрежных папуасов, давно вошедших в соприкосновение с европейцами. Но — иначе бы не называли Новую Гвинею «островом, где время остановилось», — есть на острове места, жители которых по-прежнему живут в каменном веке (таких особенно много в недоступной горной, внутренней, части острова: враждующие между собой племена, быт и нравы которых загадочны даже для папуасов с побережья или из низин).

И есть места, где каменный век только-только кончился, а никакой другой еще не начался. Например, многочисленные племена бассейна реки Сепик, где тысячи квадратных километров болот густо поросли непроходимым лесом...

Цветы и рабочие делают деньги

Еще не так давно обязанности мужчин и женщин в папуасских деревнях на берегах реки Сепик были четко разделены. Женщины возделывали огороды, собирали хворост для костров, заботились о детях, ловили рыбу сетью, кормили поросят, готовили пищу для всей семьи — список можно продолжать и продолжать. Мужские обязанности перечислить куда проще, зато работа была, так сказать, основательнее: защищать родную деревню от нападения соседей, нападать на соседей, вырезать в целях ритуально-магических маски для церемоний, строить каркас хижины и добывать рыбу луком со стрелами или острогой. Из всего перечисленного остались лишь мирные занятия; войны между деревнями прекратились, а с введением вертолетов для полицейских патрулей контроль усилился настолько, что вести войну «подпольно» тоже стало невозможно. Нарушение традиционного образа жизни внесло в духовный мир обитателей сепикских берегов немалую сумятицу. Рушится на глазах привычная племенная система ценностей, где вершину социальной пирамиды занимали воины — чем заслуженнее, тем выше, а нижние этажи — невоеннообязанные члены племени

Все это произошло в самые последние годы, когда австралийская администрация стала осваивать болотистую, малярийную долину реки Сепик, и для людей, которые сейчас в расцвете сил, прежние условия — еще не «далекое прошлое». Возможно, для их детей все будет привычным: чужие непохожие люди, странная сила денег, неизвестно как сделанная (но оттого не менее привлекательная) одежда и главное мерило богатства и могущества — подвесные моторы для лодок. Но нынешнее поколение взрослых людей находится сейчас в странной ситуации, для которой наука изобрела специальный термин: «культурная ничья земля», положение между рухнувшим, но отнюдь не забытым старым и непонятным и загадочным новым. Ситуация — ни нового, ни старого. Такие моменты состояния общества необычайно благодатны для возникновения поверий, новых религий, для появления «пророков», вестников конца света, проповедников «пути спасения» и всего тому подобного.

Так происходит «промывание денег» на «фабрике денег» близ деревни Марамбанджа. (Фото из журнала «Нэшнл джиогрэфик». СШA.)

Сказка, которую мы, постаравшись придать ей достоверность научного документа, привели в самом начале, показывает нам душевное состояние обитателей бассейна реки Сепик. Как вы помните, коварное море (а именно из-за моря всегда приходили белые) отнесло Акамбепа Солнечного к земле, где живут белые. И Акамбеп передал им все, что знал, всю магию, которая предназначалась папуасам. Следовательно, если постичь эту магию, можно получить такое же богатство.

Известно, что, владея, скажем, транзисторным радиоприемником, можно совершенно не представлять себе, что же там, внутри, происходит, отчего из него доносятся голоса, музыка, непонятные и понятные слова. Папуасы же, не обладая никаким образованием, внезапно стали владельцами (очень, конечно, небольшого количества) транзисторов, подвесных моторов, ножей, мотыг, увидели вертолеты. Ничто из этого не растет на огороде или в лесу, не рождается, не вырезается из дерева и не плетется из пальмовых волокон. Но есть вещь, назначение которой само по себе загадочно, полезность крайне сомнительна, но за которую можно получить любой нужный предмет. Речь идет о деньгах. Известно, что деньги можно получить за деревянные резные маски, за шкуры, за кокосовые орехи. Но откуда же они берутся? Очевидно, в далекой земле белых есть фабрика, которая делает деньги.

Американский этнограф Малколм Кирк записал беседу с одним из папуасов.

— У вас в стране есть фабрика, где делают деньги? (Кстати, выражение «фабрика денег», на пиджин-инглиш «мони-фактари», по всей Меланезии превратилось в синоним-слово «могущество», «богатство».) Откуда вы берете деньги, моторы и всякую пищу? Почему же вы не научите нас, как построить «мони-фактари»?

Несколько лет назад Матиас Яливан, папуас из деревни Марамбанджа, научившийся читать в миссионерской школе, создал религиозную организацию «Ассоциация пели» (смысл слова «пели» выяснить не удалось). За неполный год адепты «пели» появились во всех деревнях. Недалеко от деревни Марамбанджа построена «фабрика денег». «Фабрика» внешне напоминает фабрику с рекламного плаката, с той лишь разницей, что построена из привычных и подручных материалов. На собранные деньги приобретена была обстановка для «директорского кабинета». Несколько десятков девушек и юношей — «цветов» и «рабочих» по терминологии «пели» — постоянно живут на «фабрике». Ни одному из этнографов не удалось до сих пор увидеть обряды «пели». Кроме одного — промывание денег.

...Рабочий кладет в таз пригоршню монет, заливает их водой и через некоторое время начинает переливать воду и пересыпать монеты в другой таз. Время от времени деньги пересчитывают. Если возле «фабрики» удается найти какую-нибудь монетку, она служит лучшим доказательством силы магии «пели».

Окончательно убедившись в том, что австралийцы отказываются сообщить папуасам свои секреты, Матиас Яливан отправил письма о помощи в Америку, по многим адресам различных магических, астральных и колдовских обществ (благо в Америке таких организаций хватает!).

И Америка — вот оно, доказательство силы «пели», — откликнулась. Присланы были книги: «Семь шагов к власти», «Власть, рожденная верой», «Великий человек религии воду в Библии» и «С богом всего достичь можно».

(Кстати, с точки зрения во многом еще первобытных людей, и тот факт, что брошенная в ящик бумага превращается через некоторое время в толстые многоцветные книги, не менее загадочен, чем колдовство.)

Книги стали священными, лежат в кабинете «директора» и выполняют важную роль в обрядах...

Мы уделили рассказу об «Ассоциации пели» столько места потому, что подобные вещи наиболее часто и полно описываются участниками приезжающих на Новую Гвинею экспедиций.

Когда мужчины племени яле — может быть, самого отсталого на Новой Гвинее — уходят в поход, женщины прячутся в горных зарослях.

Некоторые же сведения, однако, позволяют нам сделать вывод, что даже в долине реки Сепик есть люди, которые разбираются в современной ситуации яснее, чем «пророк» Матиас Яливан и его последователи. После каждого выступления по радио Майкла Сомаре, главного министра самоуправления территории Папуа — Новой Гвинеи, в большинстве деревень горячо его обсуждают. Сомаре, сам папуас родом из прибрежной деревни, получивший в Австралии высшее образование, регулярно выступает по радио на доступном большинству папуасов языке пиджин-инглиш и рассказывает о том, что такое независимость, самоуправление и т. д.

«Самоуправление хорошая штука. Майкл Сомаре, наш главный министр, сказал по радио, что он хочет, чтобы европейцы делились с нами своими доходами. Ведь это неправильно, что у белых столько денег. Мы тяжело работаем, а получаем всего доллар в день. А пожалуешься — тебя выгонят» (Нггару, 41 год. деревня Ямбон.)

«Выше по реке Эйприл есть богатые копи. У компании, которая их разрабатывает, есть вертолеты, лодки и куча денег. Они работают на земле нашего племени, рубят деревья, перерывают землю. А на работу нанимают людей с побережья. Говорят, что на наших людей нельзя положиться: чуть устанут, уходят домой. Они выкапывают из нашей земли богатство, но мы за это ничего не получаем».

(Нджам, 32 года, деревня Ямбон.)

«Белые нас совсем не понимают. Правда, у них есть лекарства и они построили дорогу. Но нам нужно гораздо больше. Я очень боюсь, что люди могут снова начать воевать, когда белые уйдут...» (Бели, 50 лет. деревня Ямбон.)

Согласитесь, что между «промыванием денег» и этими вполне здравыми суждениями немалая дистанция.

...По-прежнему учат школьники, что Новую Гвинею населяют папуасы. И в это понятие включаются и жители деревни Бонгу, что на Берегу Маклая, и потерявшие связь со старым, но не нашедшие пока места в современности люди из долины реки Сепик, и серьезно, со знанием дела обсуждающие проблему независимости мужчины из деревни Ямбон, и голые люди племени яле, живущие в горах, где не кончился еще каменный век...

Но время, которое еще совсем недавно прекращало свой ход на Новой Гвинее, уже не стоит на месте...

Л. Мартынов

Рубрика: Без рубрики
Просмотров: 5944