Аджимушкай, август 1973

01 ноября 1973 года, 00:00

Аджимушкай, август 1973

Керчь — город-герой. Здесь, в центральных аджимушкайских каменоломнях, работала вторая комплексная экспедиция, организованная журналом «вокруг света» и цк влксм.

В состав экспедиции входили: ветераны аджимушкайской обороны, сотрудники керченского историко-археологического музея, подразделение саперов и связистов одесского военного округа, группа из отряда «поиск» при одесском гк лксму, группа комсомольцев-керчан, врач, специальные корреспонденты «вокруг света». Большую помощь в работе экспедиции оказывали промышленные предприятия керчи.

Каждый день на выжженном от солнца склоне каменного карьера у «Сладкого» колодца Центральных Аджимушкайских каменоломен, где расположен наш палаточный лагерь, появляется военная машина со связистами и саперами.

Вооружившись миноискателями и аккумуляторными фонарями, саперы в касках, с лопатами и ломами спускаются в каменоломни, в лабиринт подземных залов и штолен. Мы идем вместе с ними. Связисты тянут связь...

— Войково? Дай мне «Звезду»!

— «Звезда»? Отвечайте! Вы слышите меня?

Телефонистки коммутатора завода имени Войкова уже привыкли к этому слову. «Звезда» — позывные нашего лагеря.

Черный телефон, который стоит на каменной «тумбе» в углу штабной палатки, соединяет нас с Керчью. Удивительно это чувство связанности со всеми: прямо отсюда, из-под скалы, из палатки, в пяти метрах от которой дышит прохладой темная дырка полуобвалившегося хода, можно позвонить в Москву, в редакцию, и рассказать о последних находках...

Рядом с городским телефоном — военный полевой. Он обеспечивает связь лагеря в карьере с основным подземным местом работы. Бежит, пропадает в поблекшей траве и снова четко выделяется на выгоревшей от пожаров земле двужильный бело-синий ручеек «полевика». (В этом году небывало дождливая весна совершенно изменила поверхность каменоломен. Везде в рост человека стояли заросли донника и чертополоха. Но летняя жара быстро высушила траву, начались пожары. Наш лагерь в карьере напоминал островок среди дыма и огня. Приходилось окапывать лагерь, косить пересохшую траву и сорняки, чтобы отстоять связь, имущество, палатки.)

...К телефонному проводу подползает, извиваясь, черная прорезиненная плеть электрического кабеля. Несколько сот метров связь и свет — сначала по земле, потом под землей — текут вместе, чтобы разойтись в самом конце пути. Бело-синий «полевик» оканчивается телефоном. Кабель — «усами» и фонарями с оплеткой. Они освещают место работы.

Второй год мы ищем архив подземного гарнизона. Тот архив, который, по многочисленным воспоминаниям аджимушкайцев и некоторым документальным подтверждениям, остался в каменоломнях после обороны 1942 года (Публикации о героической обороне Аджимушкайских каменоломен были в следующих номерах журнала «Вокруг света»: № 3 за 1969 год, № 8, 11 за 1972 год, № 5 за 1973 год.).

Работаем в основном в районе подземного колодца и восточных штолен со стороны Царского кургана. Уже осмотрены полтора десятка завалов. С помощью лебедок и автомобильных домкратов приподнимаем и сдвигаем большие каменные глыбы. Их еще никто не трогал, за ними могут быть находки.

На днях работали у завала «Всадник». (В этом месте на стене нарисован всадник с копьем.)

Позавчера — у завала «Матрос». (Здесь еще в прошлом году обнаружили останки краснофлотца, нашли полуистлевшую бескозырку и звездочку.)

Вчера и сегодня — у завала «Два смертника». (А здесь первыми находками были два черных солдатских медальона. Один принадлежал Владимиру Ивановичу Костенко, другой — Василию Семеновичу Козьмину. Костенко — известный участник обороны, человек, о котором пишет в своих воспоминаниях Николай Филиппов (1 Воспоминания Н. Филиппова опубликованы в книге «В катакомбах Аджимушкая». Симферополь, изд-во «Крым», 1970.). Но рассказ о Костенко требует отдельной страницы, и мы предполагаем это сделать в дальнейшем.)

В наших дневниках, на кроках и схемах каменоломен, как на картах с «белыми пятнами», проявляются новые условные обозначения пройденных нами участков. Названия, не сговариваясь, даем по характерным приметам или первым находкам.

...Это был один из обычных дней работы экспедиции. Группа солдат вместе с военным историком майором Всеволодом Валентиновичем Абрамовым работала у одного пока еще безымянного завала в глубине штолен. Луч фонаря высветил остатки железной кровати с фигурной короной на спинке. Эта необычная кровать в комнате-нише уже попадалась нам на глаза во время обследования штолен. Некоторые участники обороны рассказывали, что на ней отдыхал начальник подземного гарнизона полковник Павел Максимович Ягунов.

Поиск в самой комнате ничего существенного не дал. Но вот на углу штольни, ведущей к комнате-нише, под сдвинутыми глыбами рядовой Масхут Галимов обнаружил первый небольшой клочок бумаги. За ним второй, третий, (И все в одном месте!) Отставлены лом, лопата и даже маленькая саперка. Теперь мягкий слой каменной крошки-тырсы, которая осталась от распиловки камня, разгребаем руками. Время от времени попадаются листки бумаги, карандаши. Большие двухцветные командирские карандаши «Тактика». Можно прочесть и год их изготовления: 40-й, 41-й. И снова листки бумаги... (Такие карандаши «Тактика» и «Зарево» уже встречались нам. Они были верными предвестниками находок.)

Попадаются наставления и уставы. На некоторых из них ясно видны карандашные пометки и даже кое-какие записи на полях.

— Похоже, это была чья-то личная библиотечка уставов и наставлений, — говорит Всеволод Валентинович. — Но вот чья? Удастся ли нам узнать руку?..

Вот лучи нескольких фонарей скрестились в одной точке. Осторожно обкапываем синий четырехугольник тетради в сыроватой корке-обложке, перемешанной с тырсой и землей...

«Синяя тетрадь из района комнаты Ягунова» — так условно записываем эту находку. Но что в ней? Раскрывать ее мы пока не имеем права. Тут же, в штольне, при той же температуре воздуха, мы бережно опускаем найденную тетрадь в черный фотографический пакет. Пакет прячем в полиэтиленовый мешок. Мешок тщательно заклеиваем и оставляем в условленном месте, здесь же, в каменоломнях. Эта тетрадь, так же как и другие находки, напоминает нам тяжелобольного, которого срочно нужно класть на операционный стол. Иначе он просто погибнет и ничего не расскажет людям о тех, кто сражался здесь тридцать один год назад.

Аджимушкай, август 1973

...В этот день все поисковые бригады вернулись в лагерь с находками. Группа из одесского отряда «Поиск» нашла бумажник с документами и партийный билет. Миниатюрный карманный календарик с иллюстрациями обнаружили комсомольцы-керчане...

Каждый день растет опись находок.

«Толстая, свернутая на углах тетрадь. Состояние удовлетворительное...»

«Удостоверение командира Красной Армии. Хорошо сохранился цвет на обложке. (Удостоверение не раскрывали)».

По строгому правилу, уже ставшему в экспедиции законом, мы не можем тут же, на месте, исследовать найденные документы. Их ждут экспертиза, консервация и восстановление.

И еще один волнующий рассказ прочитали мы, производя кропотливые раскопки на трехметровой глубине совсем недалеко от входов и щелей со стороны Царского кургана. И здесь, как в районе «комнаты Ягунова», сначала стали попадаться лишь маленькие клочки бумаги. Это были, судя по отдельным словам, обрывки писем. Одни письма! Почему письма? Постепенно клочков становилось все больше и больше, пока, наконец, не стали встречаться почти целые, хотя и сильно обгоревшие солдатские треугольники. На некоторых были слова: «Действующая Красная Армия». А по штемпелям можно было судить, что они прошли гражданский и военный узел связи, пришли на полевую почту и даже были прочитаны военной цензурой.

Другие, наоборот, имели только штемпель полевой почты и отметку военной цензуры.

И те и другие — письма к солдатам и письма от солдат родным и близким — сошлись в одном месте, на узле связи. Они не дошли до тех, кому были написаны. В самые тяжкие дни обороны их вместе с другими документами решили сжечь. Но они не все сгорели. И вот мы наткнулись на десятки и сотни непрочитанных писем из военного 1942 года. Это была находка! Наверно, многие из этих писем были последними письмами людей, отдавших жизнь за Родину...

Экспедиция продолжает работу.

А. Рябикин, Г. Князев (фото), наши специальные корреспонденты

Просмотров: 6953