Трое в океане

01 сентября 1971 года, 00:00

«28 апреля 1971 года. 3400 миль к западу от Панамы. В 16.03 вахтенный матрос Казаченко заметил красную сигнальную ракету. Объявлена тревога «Человек за бортом». Делаем поворот на ракету. Бот № 2 подготовлен к спуску на воду. 16.08. Мотобот на воде, отошел по направлению к двум плавсредствам. 16.14. Три человека, маленькая спасательная шлюпка и надувной спасательный плот подняты на борт мотобота... Трое пострадавших, граждане ФРГ Эрих Нейдхард, Зигфрид Швайгхофер и Вольфганг Штельтинг, приняты на борт судна, им оказана необходимая медицинская помощь. 16.52. Дали полный ход вперед».

Эта выписка из судового журнала советского теплохода «Шота Руставели» вместе с фотографиями была прислана в редакцию капитаном А. Назаренко. Описанный в ней эпизод завершил необычное происшествие, которое чуть не закончилось трагически. 12 июля 1970 года от причалов Гамбургского порта в кругосветное плавание вышла десятиметровая яхта «Бичкамбер».

Плавание «Бичкамбера» протекало спокойно. После посещения Испании. Азор и островов Вест-Индии яхта через Таманский канал вышла в Тихий океан.

Беда пришла, когда ее меньше всего ждали. 5 апреля стояла ясная безветренная погода. Наступила ночь. В лунном свете застывший океан отсвечивал тусклым серебром. Вдруг сильный удар в корпус сбросил путешественников с подвесных коек. Снизу в большую пробоину хлынула вода. «Мелькнула мысль: «Наскочили на рифы», — вспоминал позднее Швайгхофер. — Но откуда взялись они здесь, на многокилометровой глубине?»

В этот момент с палубы донесся отчаянный крик Вольфганга: «Киты!» Выскочившие наверх мореходы успели разглядеть исчезающие во тьме спины двух морских исполинов, которые, видимо, и протаранили яхту. Судно быстро наполнялось водой. О том, чтобы заделать почти метровую пробоину, нечего было и думать. Путешественники едва успели спустить на воду спасательный плот и пластмассовую шлюпку да погрузить на них пару канистр с водой и кое-какие припасы, как «Бичкамбер» затонул.

Утром было принято решение добираться до Маркизских островов, держа курс по солнцу и звездам. Лодчонка под парусом едва тянула неуклюжий плот. Скудость рациона — стакан воды, 50 граммов сухарей и 20 граммов консервов — и начавшееся сильное волнение, когда приходилось грести по многу часов подряд, быстро отнимали силы. А с ними уходила и надежда на спасение.

«И вот на 24-й день, когда казалось, что все кончено, божественное провидение сжалилось над нами, — писал в своей телеграмме с борта теплохода «Шота Руставели» Зигфрид Швайгхофер. — Заметили судно. Пустили ракету. Оно поворачивает к нам. Слезы душат нас... Помещены в лазарет. Чувствуем себя заново родившимися. Находимся в белоснежных кроватях и в раю. Плывем домой».

Фото А. Глазкова

Рубрика: Без рубрики
Просмотров: 3806