Карфаген не должен быть разрушен

01 августа 1971 года, 00:00

Карфаген не должен быть разрушен

Утро ворвалось в распахнутое окно торопливым птичьим гомоном. Он заглушил звонкие выкрики разносчиков хлеба и фруктов, уличных торговцев, гудки автомобилей, даже нескончаемый гул моря, невидимого за стенами белоснежных домов Туниса. Чистая и прохладная комната гостиницы была обставлена по безликому «общемировому» гостиничному стандарту, лишь на стене висела большая фотография древней глиняной маски — загадочная полуулыбка, спадающие на плечи пряди густых волос, четко очерченный разлет бровей над широко раскрытыми огромными глазами — фотография, которая могла висеть только здесь, в двенадцати километрах от Карфагена.

И хотя эта маска во всех научных изданиях и проспектах обозначается четко и академически однозначно: маска V века до нашей эры, найденная в финикийском захоронении при раскопках Карфагена, — я поверил надписи, сделанной под этой фотографией: «Прекрасная Дидона».

...Карфаген возник на несколько столетий раньше, чем маленький галльский поселок Лютеция, ставший затем Парижем. Он был уже тогда, когда на севере Апеннинского полуострова появились этруски — учителя римлян в искусствах, мореходстве, ремеслах. Карфаген был крупным городом уже тогда, когда вокруг Палатинского холма провели бронзовым плугом борозду, тем самым совершив ритуал основания «Квадратного Рима».

И как начало любого города, чья история уходит в полузабытую даль веков, основание Карфагена людская молва тоже освятила легендой.

Дочь правителя главного финикийского города Тира Дидона должна была вместе со своим мужем наследовать царский престол. Но брат Дидоны убил будущего наследника, и принцесса, опасаясь, что и ее ждет та же участь, бежала со своими приближенными в Африку. Ее корабль пристал к берегу недалеко от города Утика. Изгнанница обратилась к нумидийскому королю Гиарбу с просьбой выделить ей немного земли для постройки дома для себя и своей свиты. Гиарб разрешил Дидоне построить дом, но занимать места он должен не более того, что ограничит воловья шкура... И тогда Дидона на глазах пораженных советников Гиарба разрезала шкуру вола на тонкие полосы и оградила ими такую территорию, на которой можно было построить целый город. Так на северном побережье Африки возникла крепость Бирса, что означает «шкура». И вскоре у стен крепости раскинулся город Карфаген.

Как и большинство древних легенд, миф о Дидоне, видимо, отражает какие-то реальные события финикийской истории. Но все же слишком удачным оказалось место, выбранное для постройки Карфагена, чтобы приписать честь основания его лишь одному уму и случайности, — город в течение долгих столетий держал под своим контролем основные торговые пути между востоком и западом Средиземноморья. Через гавань Карфагена проходили суда из Этрурии и Испании, с Британских островов (даже туда, считают многие исследователи, ходили финикийские мореходы за оловом) и из Сицилии. И когда город Тир пал под натиском персов, столицей Финикии стал Карфаген.

...До Карфагена двенадцать километров. За стеклами машины мелькают дома слившихся в одно поселение прибрежных городков — Пуник, Крам, Саламбо. Когда-то они были составной частью Карфагена, теперь это тихие курорты. Сейчас в Северной Африке зима, и городки кажутся вымершими. Вот впереди мелькнуло маленькое, неправдоподобно голубое блюдце торговой гавани Карфагена.

А самого Карфагена нет...

Маска-амулет III века до нашей эры, найденная в погребении знатного карфагенянина. Реставрированный уголок Карфагена (справа).

К V веку до нашей эры новой столице были уже подчинены все финикийские колонии в Африке, многие земли Испании, Балеарские острова, Сардиния. Карфаген к этому времени стал одним из богатейших городов Средиземноморья.

Карфагенские купцы снаряжали экспедиции к неведомым землям с целью найти, говоря современным языком, новые рынки сбыта своих товаров. До нас дошло немного свидетельств античных авторов о карфагенских экспедициях, но даже то немногое, что мы знаем, поражает своим размахом и мощью.

«Карфагеняне решили, что Ганнон выйдет в море за Геракловы столпы и оснует карфагенские города. Он отплыл с шестьюдесятью кораблями, на которых было тридцать тысяч мужчин и женщин, снабженных припасами и всем необходимым», — повествует так называемый «Перипл Ганнона», дошедший до нас рассказ об одной из наиболее известных одиссей карфагенян.

Карфагенский флот не знал себе равных в то время во всем Средиземном море. Карфагенские боевые галеры «строились так, — пишет Полибий, — что могли двигаться в любом направлении с величайшей легкостью... Если враг, ожесточенно нападая, теснил такие корабли, они отступали, не подвергая себя риску: ведь легким судам нестрашно открытое море. Если враг упорствовал в преследовании, галеры разворачивались и, маневрируя перед строем кораблей противника или охватывая его с флангов, снова и снова шли на таран». Под защитой таких галер тяжело груженные карфагенские парусники могли без опаски плавать в «своем» море.

Правители Карфагена свое могущество поддерживали союзом с этрусками, и этот союз был как бы щитом, преграждавшим движение древних греков к торговым оазисам Средиземноморья. Но под ударами римских легионов военная мощь этрусков стала клониться к закату, и Карфаген начал искать союза с Римом. Своим будущим убийцей.

Дворцы Карфагена славилась своими мозаичными полами. Финикийские, затем римские мастера воспроизводили мифологические сюжеты, изображали сцены пиршеств и охоты, создавали композиции по мотивам «Одиссеи» и «Илиады».

...Кроме строчек путеводителя, немногое напоминает о том, что здесь был один из крупнейших портов древности — в торговой гавани Карфагена, как говорят античные источники, могли одновременно бросить якорь 220 тяжело груженных парусных кораблей. Кажется, что стоишь на совершенно пустынном берегу. Запустение. Горький полынный запах сухой травы. Кучи мусора. Мраморного мусора: обломки колонн, куски капителей, блоки, детали каменной резьбы — сломанная, разбитая архитектура. В зеленой тени, под пальмами и кустарниками, лежат саркофаги — маленькие каменные ящики размером чуть больше скворечника. Это да развалины храма Эскулапа — все, что осталось здесь от финикийского Карфагена...

Впервые договор о союзе с Римом карфагеняне заключили в конце VI века до нашей эры. В это время Карфаген вел ожесточенную борьбу с Грецией за владычество на Сицилии. Эта борьба шла более трех веков — до IV века до нашей эры. Владея крупнейшим островом Средиземного моря и утвердившись в Испании, Карфаген был в конце VI века до нашей эры могущественнейшей морской державой древнего мира.

Но в 480 году до нашей эры в битве при Гимере в Сицилии объединенное греческое войско сокрушило доселе непобедимых карфагенян. Единовластие Карфагена на торговых путях Средиземноморья кончилось. Он, правда, еще боролся, боролся не одно столетие, и отдельные этапы этой борьбы были удачны для него. Карфагену удалось почти полностью вернуть себе Сицилию, он расширил свои владения в самой Африке — и нынешняя территория Туниса входила почти вся в состав карфагенской державы. Карфагенская армия, пополнившаяся африканскими воинами, вновь вернула себе Сицилию в начале III века до нашей эры. Но уже в середине этого века против Карфагена встал

Рим, не желавший ни с кем делить Средиземное море.

118 лет с перерывами продолжалась борьба Карфагена с Римом, борьба, вошедшая в историю под названием «Пунические войны».

После первой Пунической войны, длившейся двадцать три года — с 264 по 241 год до нашей эры, — Карфаген потерял Сицилию и уплатил 1200 талантов контрибуции. Карфаген решил взять реванш. Вторая война длилась семнадцать лет — с 218 по 201 год. Прославленный карфагенский полководец Ганнибал совершил со своей армией беспримерный переход из Испании в Италию, подошел к Риму, громя отборные римские легионы. Но и эта война в конце концов кончилась поражением. Карфаген потерял Испанию и уплатил 10 тысяч талантов контрибуции.

В 149 году до нашей эры началась третья Пуническая война. Она длилась всего три года. Ее трудно даже назвать войной. Как писал Ф. Энгельс, «это было простое угнетение слабейшего противника в десять раз сильнейшим противником».

И все эти три года римский сенатор Марк Порций Катон с фанатичным упрямством заканчивал свою речь, о чем бы она ни была, словами: «Кроме того, я полагаю, что Карфаген должен быть разрушен».

И Карфаген был разрушен. Шесть дней длилась агония обреченного города. Легионеры Сципиона Эмилиана захватили военный порт и постепенно заняли весь нижний город. В погибающем от голода и жажды Карфагене начались пожары. На седьмой день 55 тысяч горожан сдались на милость победителей.

...«Карфаген должен быть разрушен». Сципион Эмилиан выполнил приказ сената. Тяжелые плуги вспахали то, что осталось от его улиц, а в землю, на которой еще вчера были виноградники, рос хлеб и стояли деревья, была посеяна соль, дабы навечно обесплодить ее.

Легенда гласит, что сам Сципион плакал, глядя, как в небытие уходит великий город, и его свита слышала, что полководец шептал слова Гомера: «Будет некогда день, и погибнет священная Троя, с нею погибнет Приам и народ копьеносца Приама».

...Под ногами огромные, изъеденные временем каменные плиты. Сейчас это дорога в никуда — древняя карфагенская дорога из Северной Африки в Ливию и дальше, в Египет. По ней проносились золоченые колесницы триумфаторов и проходили римские легионеры, здесь лилась кровь карфагенских наемников, восставших в конце второй Пунической войны против своих господ, кровь лигуров, лузитанцев, балеарцев, лидийцев, греков, египтян. А поодаль, у самого моря, белеют светлые стволы римских колонн...

Через двадцать четыре года после уничтожения Карфагена на том месте, где в последний день последней Пунической войны прошли римские плуги, римляне отстроили новый город. Все, что осталось от финикийского Карфагена, пошло как строительный материал для зданий и храмов Карфагена римского. Карфаген очень быстро стал административным, экономическим и культурным центром всей африканской римской провинции. В 29 году нашей эры император Август даровал Карфагену права, которые были у него до Пунических войн. Город на севере Африки вновь стал богат и могуч. Вновь были застроены белокаменными домами, храмами, дворцами сбегающие к морю холмы, вновь многоязычно зашумел невольничий рынок.

Карфаген не должен быть разрушен

Шесть веков Карфаген был римским. В V веке его завоевали вандалы, и он стал столицей их королевства. В VI веке Карфаген оказался под властью Византии. В VII захвачен и вновь разрушен арабами. В IX веке на месте Карфагена был лишь маленький поселок, в котором проживало всего около тысячи жителей. А в XVI веке Карфаген — финикийский, римский, византийский — был окончательно разрушен испанцами.

...А в наши дни над Карфагеном, над тем, что осталось от Карфагена, нависла угроза третьей гибели.

Значение, которое сыграл Карфаген — его архитекторы, художники, ювелиры, скульпторы, ремесленники — для всей Северной Африки, особенно для Туниса, огромно. Находясь на перекрестке международных путей, Карфаген как губка впитывал в себя культуры всех народов и племен. Древнейшее из найденных археологами в Карфагене украшение имеет сирийские черты, некоторые статуэтки финикийской богини-матери выполнены явно в греческом стиле, в карфагенских поселениях Туниса находят статуэтки, весь облик которых разительно схож с древнеегипетскими сфинксами. И все это богатство тесно переплелось на протяжении тысячелетий с местными, африканскими традициями в искусстве и культуре. Один из крупнейших тунисских исследователей, Джелаль Эль-Кафи, пишет, что «в истории Туниса — района, где издавна встречались и скрещивались цивилизации всего средиземноморского мира, — Карфаген предстает как одна из вершин в величественной панораме культурной традиции, насчитывающей не одно тысячелетие». Карфаген был убит дважды, но он был слишком велик, чтобы исчезнуть без следа.

...Большой куст бледно-сиреневых цветов, а в нем, как бы сросшаяся с ним, стоит белоснежная коринфская капитель. Ее не разрушил, не разбил человек, а время, ветер, песок и вода сняли с нее ту резкость, что неизбежна в любом изделии, только вышедшем из-под руки мастера, — она стоит легким эскизом в камне, легким и прекрасным. А рядом, прямо на земле, в обрамлении ажурной зелени вьющихся растений вспыхивает на обломке древней стены кусок фрески. О Карфагене напоминают не только изделия его мастеров, открытые археологами, выставленные в многочисленных музеях мира. Во многих городах и поселках Магриба мечети, ханские дворцы, жилые дома были построены из его развалин: часто видишь то камень с полустершейся надписью из Карфагена, вставленный в стену обычного дома, то тумбу, сделанную из блока античной колонны.

Но главное, что сохранило Карфаген в веках, — это земля. Земля Карфагена стала заповедным полем археологов. Кто может взять на себя смелость сказать, на какие шедевры мирового искусства наткнется завтра заступ исследователя в этой земле?

И это заповедное поле находится под угрозой уничтожения.

На этот раз окончательного. Растет город Тунис, ему уже тесно в старых стенах, в старых границах, и он пошел приступом на Карфаген.

Дороги, стоянки машин, кемпинги, виллы, отели, мотели — рядовая застройка, без плана, хаотическая, начинает закрывать эту землю. Эль-Кафи пишет, что, «если дело и дальше пойдет так же, как сейчас, кирпич и бетон современных жилых массивов неизбежно погребут под собой землю Карфагена».

Сейчас правительство Туниса совместно с ЮНЕСКО ищет пути спасения Карфагена. Создается проект «Карфаген — Тунис». Выискиваются оптимальные варианты городского развития Туниса, с тем чтобы выделить значительные площади будущего города под археологические зоны.

«Карфаген не должен быть разрушен» — такой эпиграф можно предпослать проекту «Карфаген — Тунис». И хочется верить, что над землей древнего города не взметнутся последним надгробием сталь, стекло и бетон XX века нашей эры.

Ю. Тихонов

Ключевые слова: Карфаген
Просмотров: 10603