Рождественский вертеп

01 декабря 1989 года, 00:00

Рисунок автора

В каждой чешской семье в канун рождественских праздников принято ставить бетлем. Так называют здесь кукольную сценку рождения Иисуса Христа. Фигурки лепят из пластилина, сшивают из цветных тряпочек, склеивают из соломки, вырезают из дерева... Многие предпочитают покупать готовые изображения библейских персонажей, напечатанных типографской краской на широких листах плотной бумаги. Дома достаточно взять ножницы, аккуратно вырезать по контуру, наклеить на картонные подставки — и бетлем готов!

Название, как вы уже догадались, происходит от города Вифлеема, где по преданию родился «Ёжишка». Подходящее русское название этой рождественской игрушке подобрать затруднительно. Ведь такой обычай распространен в основном среди католиков. Нечто подобное называли раньше вертепом без оттенка какого-либо осуждения. В своем забытом ныне значении это русское слово означало балаганный ящик с марионетками, служивший местом кукольных представлений. Чехи гордятся, что самый большой по размеру и числу фигур бетлем находится в их стране. Он стоит в маленьком восточночешском городке Тршебеховице-над-Оребом, что неподалеку от областного центра Градец Кралове.

В Тршебеховицах мне указали на одноэтажное здание в углу уютной мощеной площади. Перед входом толпились школьники. Из-за низкой двери, которая вела в зал, доносилось слабое шелестение и глухие удары, как будто катались бильярдные шары. Ступив за порог, я увидел барьер и деревянное сооружение размером с футбольные ворота.

Покрытая лаком древесина тускло мерцала в отсветах ярких электроламп. На нескольких уровнях ползали деревянные фигурки. Верно передавая движение людей, они передвигались каждая по своему маршруту на фоне диких скал, тучных виноградников и стройных кипарисов, домиков с островерхими крышами, зубчатых башенок и причудливой архитектуры дворцов. Деревянные фигурки появлялись и исчезали в маленьких окошках, поднимали и опускали руки, качали головами.

Я быстро распознал главную сцену в верхнем ярусе — среди овец и коров лежал спеленатый младенец. Над ним склонилась молодая женщина — Богородица, а рядом стояли волхвы, а вернее — по католической версии евангельской легенды — три короля из восточных стран. Коленопреклоненный старик в горностаевой мантии, юноша, осаживающий вздыбленного коня, и третий, в чалме и с кривой саблей. Короли принесли новорожденному богатые дары... Ярусом ниже разворачивалась в действии картина последних дней земной жизни Христа. Вот он, согбенный под тяжестью креста, бредет к месту казни. Мимо проносятся всадники с поднятыми копьями, идут тесными рядами легионеры. Далее воины воздвигают крест и один из них ударяет распятого человека деревянной спицей-копьем. Еще правее группа женщин снимает с креста бездыханное тело, покрывает его саваном и совершенно натурально заламывает руки.

Чуть ниже проходят в другом направлении крестьяне, сборщики грибов и ягод, пастухи и охотники, коробейники со своим товаром и даже трубочист с лестницей. В другом углу разместился целый духовой оркестр. По взмаху дирижерской палочки музыканты поднимают инструменты, играют что-то беззвучное и вновь вытягивают руки по швам. Возвращаясь на новый и новый круг, вся сцена повторяется несчетное число раз. Невозможно определить, где ее начало и где конец.

Начинаю считать движущиеся фигурки, но моментально сбиваюсь.

— В нашем бетлеме более двух тысяч вырезанных из дерева предметов,— приходит на помощь директор музея Мария Вацликова.— Это здания, деревья, звери, домашние животные. Кроме того, пятьдесят человеческих фигурок передают движения людей, еще сто перемещаются на деревянных лентах и, наконец, двести — не двигаются...

Идея построить самый большой в мире бетлем родилась сто лет назад у скромного тршебеховицкого мещанина Иозефа Пробошта. Вместе с местным резчиком Иозефом Капуцианом он стал мастерить огромные деревянные ясли длиной семь метров и высотой три метра. Образцами для бетлема служили гравюры из итальянских книг эпохи Возрождения. Когда с фигурками библейских персонажей было покончено, мастера не успокоились и принялись изображать соседей — сапожников, портных, седельников, трубочистов, мельников, приезжающих на рынок крестьян и пастухов.

Механизм, приводящий бетлем в движение, публике не виден. Мария Вацликова сделала исключение и разрешила войти за деревянный барьер. Следом за ней я протиснулся в узкое пространство, заполненное вращающимися деревянными колесиками и шестеренками. Сквозь щели в задней стенке видны бегущие с внешней стороны фигурки и восхищенные лица детей по ту сторону барьера.

Чтобы десятки фигурок бетлема пришли в движение, немало потрудился вместе с Пробоштом и Капуцианом еще один Иозеф по фамилии Фримл. Он умел чинить мельничные механизмы, и этот опыт помог ему сконструировать куда более сложный механизм рождественской игрушки. Фримл вырезал из прочного бука сотни шестерен и валов, соединил их в замысловатую систему передач, которая приводилась в движение вращением колеса с ручкой.

Было время — это деревянное чудо едва не пропало. Когда перед первой мировой войной умер Иозеф Пробошт, жители Тршебеховиц убрали бетлем с площади и вскоре позабыли об этом. Больше тридцати лет простоял он в амбаре среди старой рухляди и, наверное, пошел бы на дрова, не узнай о нем молодой учитель Франтишек Скршиван. Он купил бетлем у наследников мастера, и починил его. Ручной привод заменил маленьким электромоторчиком. Все это громоздкое сооружение Скршиван поставил на большую телегу и стал возить по стране.

Перед второй мировой войной тршебеховицкий бетлем увидели в Праге и Брно, Братиславе и Коши-цах. А потом его пришлось прятать от немцев...

— После войны,— заметила Мария Вац-ликова, — жители Тршебеховиц построили для вертепа специальное здание. Оно не получилось богатым, ибо наши возможности невелики. Бетлем вкатили в зал прямо на телеге. С тех пор лишь три раза вывозили из музея — на Всемирную выставку в Монреаль и на детские фестивали в Голландию и Англию.

Мы вернулись в зал, где не видно неустанного труда сотен зубчатых колес. Здесь казалось, что фигурки библейских персонажей и предков современных жителей Тршебеховиц перемещаются сами по себе.

Качалась люлька с Христом. Кланялись три короля. Кузнец обрушивал тяжелый молот на наковальню. Бондарь стучал по пузатой бочке. Крестьянка била масло.

Эта простодушная картина дарила всем радость встречи рождественских праздников.

Михаил Ефимов

Тршебеховице-над-Оребом Восточночешская область

Рубрика: Без рубрики
Ключевые слова: Рождество, традиции
Просмотров: 7387