Осторожно: анаконда

01 октября 1986 года, 00:00

Хармут Шуберт, кинооператор из ФРГ, был близок к отчаянию. За месяц пребывания в Бразилии он так и не сумел отснять заказанный ему ролик о ловле крупнейшей в мире змеи, легендарной анаконды. И даже не представлял, удастся ли это сделать. Из Белена его послали в Манаус, оттуда в Карвуэру, однако никого из профессиональных охотников не оказалось на месте. Теперь Шуберт направлялся в Табатингу. Там, заверили его, неподалеку от колумбийской границы живет пятидесятилетний Майк Чаликис, для которого болота в верховьях Амазонки что дом родной, а поймать анаконду не труднее, чем курицу.

...Крохотный самолетик, на котором летел оператор, стремительно пошел вниз сквозь белые облака навстречу потокам горячего влажного воздуха, поднимавшегося над джунглями. Внизу, насколько хватал глаз, расстилался густой ядовито-зеленый лес, прорезанный множеством узких извилистых речушек в дымке испарений. Даже с высоты чувствовалось, что земля насыщена влагой, как губка.

Точного адреса Майка Чаликиса Шуберт не знал. К счастью, тот, очевидно, был местной знаменитостью, потому что шофер первого же такси в маленьком аэропорту вызвался отвезти его к охотнику, жившему, как выяснилось, не в самой Табатинге, а в небольшом поселке, довольно далеко от города.

Хозяин, кряжистый мужчина неопределенного возраста, встретил приезжего довольно сдержанно. Да, он ловит всякую живность, в том числе и анаконд. Завтра он покажет, как это делается.

Утром Шуберт натянул высокие резиновые сапоги, принесенные охотником, и последовал за ним. В полумиле от поселка на опушке леса протекал небольшой ручеек. Прямо в воде был устроен довольно просторный вольер из сетки, частично захватывавший оба берега. Через калитку Чаликис ввел туда оператора и сказал, чтобы тот приготовился снимать.

— Но кого мне снимать?— удивился оператор.

— Ты же хотел анаконду.

Приглядевшись, Хармут действительно обнаружил лежавшую в ручье змею длиной по крайней мере метров пять. В прозрачной воде можно было разглядеть пестрое тело, растянувшееся на илистом дне. Охотник ткнул анаконду шестом, после чего та зашевелилась, подняв клубы мути, совершенно скрывшей ее. Тем не менее оператор достал кинокамеру, и, как оказалось, не зря. Вскоре между пучками водяных растений из грязноватой пены показалась плоская черная голова. Словно завороженный, Шуберт смотрел на черно-желтую змею, выползающую из воды и свертывающуюся кольцами на берегу.

Кольца эти были толщиной в бедро взрослого мужчины.

— Теперь нужно заставить анаконду поднять голову, чтобы можно было схватить ее за шею,— объяснил Чаликис и шагнул в ручей, держа шест наперевес.

Чаликису пришлось раз шесть ткнуть шестом гигантского удава, прежде чем над кольцами вдруг взметнулась голова и широко раскрытая розовая пасть попыталась схватить палку, которую ловец моментально отдернул назад. Анаконда трижды повторила свой выпад, но Майк не спешил вступить в единоборство, давая оператору возможность во всех деталях снять первую фазу схватки.

Наконец Шуберт крикнул Майку, что тот может заняться анакондой вплотную. Однако героиня будущего ролика была в очень плохом настроении — потом Хармут узнал, что анаконды редко бывают в каком-либо другом,— и поэтому отведенная роль явно не доставляла ей удовольствия. Во всяком случае, вместо того чтобы продолжать поединок, она неожиданно стала быстро уползать в гущу росших на берегу кустов.

Чаликис схватил анаконду за хвост и вытащил обратно. Но стоило ему отпустить противника, как тот опять устремился в убежище. Так повторялось несколько раз. Наконец, убедившись, что удрать не удается, зловредная змея свернулась в клубок, спрятав голову под кольца.

— Сегодня ничего не выйдет,— объявил Майк, утирая с лица обильно струившийся пот.— Анаконда не в настроении, да к тому же устала.

— А нельзя ли снять настоящую ловлю анаконды? — поинтересовался Хармут у охотника.

— Можно. Но это будет стоить вам недешево.

...Рано утром на следующий день из поселка вышла маленькая экспедиция: Майк Чаликис, двое молодых парней, которых он взял в помощники, и Хармут Шуберт. Продравшись сквозь заросли колючего кустарника за ручьем, они миновали густой лес и очутились на краю заросшего травой болота. Время было уже около десяти, солнце нещадно палило, и Шуберт совсем выбился из сил, бредя по колено в воде. Часа через два группа вышла к маленькому островку с купой невысоких деревьев. Чаликис объявил привал.

— Можете передохнуть, а я пока посмотрю вокруг,— сказал он.— По моим расчетам, анаконда должна была находиться где-то здесь, но, видно, уползла дальше, чем я предполагал.

Лежа в тени раскидистого дерева, Хармут лениво следил, как охотник бороздит болото, медленно прокладывая дорогу в плавающих водорослях. Когда ярдах в тридцати из воды в сторону Чаликиса взметнулась темная лента, в первую секунду оператор даже не сообразил, что произошло. И, лишь разглядев, как обнаженное до пояса тело охотника обвивают пятнистые кольца, вскочил на ноги. «Быстрей! Сюда!» — донеслось до него.

Пока Шуберт дрожащими руками доставал из кофра камеру, помощники Майка опередили его. Увы, первые же шаги показали, что бежать по вязкому дну невозможно. Так что, пока он доберется, толку от него все равно не будет. Поэтому Хармут остановился и поспешно нашел в видоискатель фигуру Чаликиса.

Сначала оператор подумал, что тот лишь специально разыгрывает для него сцену борьбы. Но потом убедился, что она идет не на шутку. Стиснутый железными объятиями анаконды, Чаликис потерял равновесие и опрокинулся в воду. К счастью, его руки остались свободными. Схватив змею позади головы, Майк с трудом удерживал ее перед собой. Но удав все сильнее сдавливал кольца. На лбу Чаликиса вздулись жилы, лицо побагровело. Было ясно, что ему удастся продержаться совсем немного. А стоит потерять сознание, как он тут же захлебнется в болотной жиже.

В этот момент к месту схватки подоспели помощники Майка. Один перехватил голову змеи из слабеющих рук охотника. Второй ухитрился нащупать в воде хвост анаконды и принялся тащить его в сторону. Мало-помалу кольца удава распустились, и Чаликис поднялся на ноги. Держа побежденного противника на весу, змееловы притащили его на остров и упрятали в брезентовый мешок.

Только после этого Шуберт оторвался от видоискателя. Ролик должен был получиться без всякого обмана или инсценировки. Анаконда подтвердила установившуюся за ее родом репутацию свирепости и мощи.

С. Барсов

Просмотров: 9133