Тунгусская Нефертити

01 июля 1986 года, 00:00

Тунгусская Нефертити

Все племя, от мала до велика, хоронило вождя. Самые сильные и смелые воины несли на скрещенных пальмах (так тунгусы называли копья) его большое тело. Место для погребения выбрали на вершине обрыва, мимо которого неслись холодные воды самой могучей, самой красивой, самой рыбной реки тунгусов — Ангары.

Загудел, закричал, заплясал в руках раскрашенный, разнаряженный собольими и беличьими хвостами бубен. Вождя опустили в могилу. Невдалеке пылал костер, в который были положены лук и рогатина, принадлежавшие вождю. Когда они стали обугливаться, их вытащили из огня, загасили и положили рядом с телом... Отломили рукоять у кинжала... Наконечники стрел надломили. А потом, прежде чем засыпать могилу землей, лицо вождя накрыли берестой, и один из богатырей поднял на вытянутых руках огромный камень...

Андрей Черняховский шел подножием обрыва по песчаной отмели, торопясь в лагерь. Он был доволен тем, как прошли каникулы: его, Олю Токмакову и Сережу Мерзлякова, учащихся красноярского СГПТУ № 20, сам Василий Иванович Привалихин, научный сотрудник Красноярского краеведческого музея, пригласил в археолого-этнографическую экспедицию. Они уже несколько лет занимались у него в краеведческом кружке. На что, казалось бы, ему и Сереже, будущим сварщикам, или Оле, будущему штукатуру-маляру, изучать неолит, эпохи ранней и поздней бронзы, заучивать замысловатую историческую терминологию? Да разве не интересно узнавать как можно больше о той земле, где родился и вырос!

Сколько стоянок древних обнаружила уже экспедиция Привалихина на берегах Подкаменной Тунгуски, на ангарских островах Сергушин и Отика! А недавно Василий Иванович сказал, что у него появилось ясное предчувствие — они найдут нечто значительное. Словно для него, Андрея Черняховского, сказал. А он руководителю своему верил. И вот...

Две с половиной тысячи лет пролежал в могиле вождь тунгусского племени. Сменялись века, засыпали могилу бесчисленные снега, проносились над нею большие и малые пожары, тревожили землетрясения. А однажды чуть не рухнула вершина обрыва в Ангару — когда промчался над тайгой и огласил окрестности чудовищным ревом, ужаснул все живое гигантским взрывом Тунгусский метеорит. Было это 30 июня 1908 года. «Мертвый проснется»,— говорят в таких случаях. Но мертвый не проснулся. Лишь осыпалась по склону обрыва мерзлая земля с изголовья могилы, обнажив череп. Его-то жарким июльским днем и обнаружил Андрей Черняховский.

Привалихин и его юные помощники тщательно и осторожно расчищали могильник. И вот объявилась находка, которая заставила поволноваться всех: овальное скульптурное изображение женщины-шаманки. Поражали тонкие, очень женственные, просто-таки нежные ее черты: разлет бровей, узкие прорези глаз, тщательно очерченный овал лица.

Вечером ребята сидели у костра, глядя, как багровые отсветы пламени играли на скульптурке в руках Василия Ивановича, и слушали своего руководителя.

— Жаль,— задумчиво говорил Привалихин,— что творение рук древних мастеров дошло до нас не в полной сохранности. И все равно с уверенностью можно сказать, что в V—III веках до нашей эры, с точки зрения художественно-эстетической, изделия из рога и кости были весьма и весьма совершенны. Эту скульптурку вполне можно отнести к шедеврам первобытного искусства. Аналогов ей, насколько я знаю, пока нет. По своему художественному исполнению, думаю, она не имеет себе равных.

— Но почему,— недоумевала Оля,— здесь непременно изображена шаманка?

— Посмотрите внимательно на эти миниатюрные рожки,— улыбнулся Василий Иванович.— В прошлом только у наиболее влиятельных эвенкийских, якутских шаманов существовали головные уборы в виде рожек оленей или изюбров. Кроме того, на лбу выше бровей у этого скульптурного изображения мы видим небольшое углубление-ямочку — третий шаманский глаз. В отличие от простых смертных шаманы, как все были уверены, видели то, что происходило во всех трех мирах: верхнем, где находились добрые духи, среднем — где жил человек со всеми его заботами и хлопотами, и в нижнем — обиталище духов смерти.

Привалихин ненадолго смолк, а потом, окинув всех прищуренным взглядом, вдруг спросил:

— А вас не удивило, что череп погребенного был укрыт берестой и оказался проломленным массивным камнем? В том-то и дело, что обнаруженное нами захоронение и его исследование помогут уточнить некоторые детали древнего погребального обряда. Можно предположить, что, боясь умершего, сородичи укрыли его слоем бересты и «вторично умертвили»: ударили камнем по голове. А предметы, найденные в захоронении, вы заметили, преднамеренно испорчены. Обычай ломки предметов, которыми почивший пользовался при жизни, существовал у многих народов Сибири, в частности, у эвенков. И здесь наконечники сломаны. Кинжал оказался без рукояти, к тому же на его лезвии мы обнаружили пять зарубин. Считалось, что если этого не сделать, то душа покойного могла выйти на поверхность и использовать свое оружие во вред живым соплеменникам. Поэтому после смерти хозяина полагалось «умертвить» все его вещи, которыми он пользовался при жизни...

Василий Иванович задумчиво посмотрел на изображение шаманки.

— Да,— тихо произнес он с удивлением, прямо тунгусская Нефертити.

— Может, так и назовем? — загорелся Андрей Черняховский.

— Имеешь право,— засмеялся Привалихин.— Ты первооткрыватель.

Андрей оторвался от воспоминаний и прибавил шаг. Он думал о том, что «Тунгусская Нефертити» его первая, но, скорее всего, не последняя находка.

Красноярский край

Б. Барышников

Просмотров: 4365