Копьеборцы из морской пучины

01 января 1985 года, 00:00

Копьеборцы из морской пучины

Стефано Мариоттини, тридцатипятилетний химик из Рима, как обычно, проводил отпуск на побережье Калабрии. Отплыв от берега метров триста, любитель подводной охоты заметил на глубине семи-восьми метров какой-то темный предмет. По форме он напоминал человеческую руку.

«То ли коряга, то ли камень»,— подумал Мариоттини, подгребая поближе. И вдруг... На дне моря, почти полностью затянутая песком, лежала большая статуя.

Едва выбравшись на берег, Мариоттини бросился в ближайшее селение Риаче звонить в полицию. Сообщение передали в управление по делам античных памятников Калабрии. Вскоре на место происшествия прибыли отряд карабинеров и водолазы.

Археологи во главе с профессором Фоти извлекли из-под воды бронзового гиганта. И тут же заметили вторую скульптуру... Через несколько часов поиска на палубу катера подняли последнее, что удалось найти,— свинцовые кольца, какими в древности крепились корабельные снасти.

Наблюдавшие за работой специалистов по подводной археологии местные мальчишки в один голос утверждали, что именно они первыми заметили статую в воде и даже установили над ней что-то вроде буя — он-то, по их словам, и привлек внимание ни о чем не подозревавшего пловца. Однако премию в несколько десятков миллионов лир вручили везучему химику из Рима, так как тот первым сообщил властям о неизвестных скульптурах.

Фоти было достаточно первого впечатления, чтобы безошибочно определить — перед ним уникальные произведения античного искусства. Быть может, единственные в своем роде.

При таких, будто проигранных по приключенческому сценарию, обстоятельствах была сделана одна из самых замечательных археологических находок последних лет. По своему значению она сопоставима, пожалуй, лишь с открытием в 1820 году на острове Милос статуи Афродиты — так называемой Венеры Милосской.

Скульптуры изображали греческих воинов. Голову одной фигуры венчал шлем, волосы второго стягивала повязка. Специалистов удивило неожиданное сочетание различных материалов: помимо бронзы, древние мастера использовали красную медь — для губ, серебро — для зубов и ресниц. Глаза инкрустировались особой пастой и, как предполагают, янтарем.

Оба атлета в левой руке держали некогда щиты, в правой — копья. Эти атрибуты, как и драгоценную инкрустацию, тщательно разыскивали поблизости от места находки, но так и не нашли. Вполне возможно, что оружие и украшения были сняты со статуй еще до того, как те пошли на дно.

Копьеборцы из морской пучиныРеконструируя события, разыгравшиеся у берегов Калабрии много веков назад, итальянские археологи пришли к выводу, что скульптуры скорее всего сбросили во время кораблекрушения или бегства от пиратов. Тем самым команда, по-видимому, стремилась облегчить судно: ведь вес каждого бронзового исполина — при высоте метр девяносто восемь и два метра — около четырех сот килограммов.

В воде бронза сохраняется лучше, чем в земле, но все же две с лишним тысячи лет сделали с древними памятниками свое дело. Реставрация двух уникальных скульптур заняла почти десять лет. И только сравнительно недавно они заняли свое место в музее Реджо-ди-Калабрия.

Большинство экспертов, изучив подробно находки, заключили, что «бронзы из Риаче» — греческие оригиналы, созданные в период расцвета классической Эллады, в 460— 450 годах до нашей эры.

Кто был автором этих шедевров? Мирон? Пифагор Регийский? А быть может, великий Фидий, руководивший художественным оформлением античных Афин? С уверенностью отнести найденные статуи к школе того или иного ваятеля не представляется возможным. Ни одного подлинного произведения этих мастеров до нас не дошло, мы судим о них лишь по римским копиям, выполненным с греческих бронзовых оригиналов. Последних вообще сохранились единицы — знаменитый «Дельфийский возничий», «Посейдон» с мыса Артемиссион и несколько других работ эллинских скульпторов. Никто сегодня, в сущности, не знает, какими были в подлиннике «Дискобол» Мирона или «Дорифор» Поликлета...

Некоторые исследователи античности считают, что безыменные войны изображают победителей Олимпийских игр. Другие видят в одной из фигур легендарного Аякса. В доказательство ссылаются на эпитеты, какими описывает Гомер идеального древнегреческого мужа — «меднобронный», «шлемоблещущий», «многостойкий», «копьеборец», «легконогий», «прекраснолодыжный», «среброногий»... Кажется, все это сказано про воина, голову которого венчают «кудри густые, цветам гиацинта подобные».

Не исключено, что статуи происходят из Дельфийского мемориала, воздвигнутого в память победы греков над персами при Марафоне. Согласно свидетельству древнего автора Павсания, мемориал окружала скульптурная группа из тринадцати фигур, образующих полукруг, где, кроме Афины, Аполлона и Мильтиада — полководца, разгромившего персов,— были еще десять героев. Найденные бронзы не без основания могут отождествляться с теми скульптурами, которые принято считать бесследно исчезнувшими.

Вероника Стародубова, кандидат искусствоведения

Рубрика: Без рубрики
Просмотров: 5627