Бумеранг операции «Президент»

01 июля 1984 года, 00:00

Бумеранг операции "Президент"

Уже много лет на Кипре тлеет очаг напряженности, порожденной враждебными происками внешних империалистических сил и агентуры спецслужб США и НАТО. На острове не раз проливалась кровь, здесь готовились реакционные заговоры, вспыхивал ультраправый террор. Не прекращаются попытки превратить остров в базу Пентагона и НАТО на подступах к арабской нефти.

Еще в конце марта 1982 года президент США Р. Рейган направил спикеру палаты представителей и председателю комиссии по иностранным делам сената США письмо, в котором затронул кипрский вопрос. «Я хочу снова подчеркнуть беспокойство моего правительства по поводу проблемы Кипра,— говорилось в письме,— и намерение Соединенных Штатов помогать Организации Объединенных Наций в ее усилиях по оказанию помощи в выработке справедливого, беспристрастного и прочного урегулирования кипрской проблемы».

Здесь — что ни слово, то фарисейство, двуличие, ложь. Каков в действительности был характер «помощи» вашингтонской администрации островной республике и Организации Объединенных Наций на всех этапах кипрского кризиса, в особенности в период драматических событий летом и осенью 1974 года, раскрыла санкционированная Белым домом операция «Президент». Она вписала еще одну зловещую — и до конца не расшифрованную — страницу в длинный список преступных тайных операций заокеанских «рыцарей плаща и кинжала».

В водоворотах бурной демонстрации, клокотавшей у ограды посольства США в Никосии, мелькали несколько человек, вооруженных автоматами. В толпе, насчитывавшей несколько сотен киприотов-греков, мало кто обратил на них внимание. Трехэтажный особняк дипломатического представительства Вашингтона стал для возмущенных никосийцев олицетворением всех бед, которые обрушились на республику в июле-августе 1974 года.

Сначала — антиправительственный мятеж, поднятый на рассвете 15 июля заговорщиками из национальной гвардии под командованием греческих офицеров и ультраправыми националистами по приказу афинской военно-диктаторской хунты; вслед за путчем — высадка на остров турецких войск. Мирные граждане испытали на себе и террор мятежников, и бесчинства оккупантов. Двухсоттысячный поток беженцев хлынул на юг, в отчаянной надежде избежать смерти, поругания, неволи...

Несколько демонстрантов перелезли через посольскую ограду и подожгли стоявшие во дворе легковые машины. Кто-то сорвал и сжег ненавистный звездно-полосатый флаг. Потрясая кулаками, люди скандировали слова «НАТО — убийца Кипра», и эти слова были повторены на транспарантах, поднятых высоко над головами.

Как только загорелись автомашины, посол Роджер Дэвис и остальные дипломаты отпрянули от окон, прекратив наблюдение за демонстрацией, и поднялись на второй этаж.

Полицейские и прибывшие на подмогу солдаты национальной гвардии безуспешно пытались рассеять демонстрацию. И тогда солдаты в зеленых комбинезонах и коричневых беретах дали залпы в воздух. В этот-то момент несколько автоматчиков из толпы и открыли огонь по зданию посольства. Один из них, воспользовавшись сумятицей, взобрался на строительные леса, в которые был одет угловой дом напротив посольства, и длинной очередью прошил окно со спущенными жалюзи на втором этаже особняка.

Одна из пуль, выпущенная автоматчиком с расстояния 80—90 метров, пробила жалюзи окна и поразила Роджера Дэвиса.

Узнав о случившемся, в посольство прибыл исполнявший обязанности президента Республики Кипр Г. Клеридис. Он назвал нападение на посла «гнусным преступлением» и отдал приказ полиции найти убийц. Но выполнить его не удалось. Отнюдь не по вине кипрских властей. Непосредственным исполнителям террористического акта удалось замести следы. Но кто стоял за их спиной?

В те августовские дни 1974 года я находился в Афинах. Вскоре после сообщения о гибели Р. Дэвиса мне удалось приехать в столицу Кипра.

В номере никосийского отеля я пытался суммировать разрозненные фрагменты очередного «покушения века».

Явилась ли гибель Р. Дэвиса результатом слепого случая, рокового стечения обстоятельств? Или убийство посла стало конечным звеном чьей-то преднамеренной акции? — вот вопросы, на которые хотелось получить ответ.

Я оторвался от корреспондентского досье и распахнул окно. Столица Кипра, обычно ярко освещенная, вечерами была окутана тревожным мраком. Лишь в центре сиротливо горели два уличных фонаря. За чертой города зарницами вспыхивали отблески далеких взрывов. Оттуда доносились звуки беспорядочной стрельбы. Вопреки объявленному прекращению огня между высадившимися на остров турками и противостоявшими им греческими войсками и отрядом национальной гвардии то тут, то там вспыхивали скоротечные схватки.

Рядом с отелем, за углом, на главной торговой улице Лидра совсем недавно пролегал рубеж огневой конфронтации, по сути дела — «фронтовая линия». Сюда вплотную подошли танки с флагом, на котором был изображен полумесяц...

Итак, кто же стрелял? Демонстранты? Нет, конечно. Большинство иностранных журналистов, аккредитованных на Кипре, отводили от них свои подозрения. Непричастность демонстрантов к нападению на посла подтверждал и корреспондент американского журнала «Ньюсуик» Николас С. Проф-фитт, выяснявший подробности убийства Р. Дэвиса по горячим следам. «Группа автоматчиков... очевидно, воспользовалась начавшейся мирной демонстрацией, чтобы осуществить тщательно спланированное покушение»,— телеграфировал он из кипрской столицы в вашингтонское бюро журнала.

Маловероятно, что по посольству могли открыть огонь турки. Была ли необходимость кому-то в Анкаре или в турецкой общине на Кипре прибегать в той обстановке к физическому устранению посла Белого дома? Конечно, нет. Вашингтонская администрация заняла откровенно протурецкую позицию в самый острый момент «кипрского кризиса». Устами советника президента США по вопросам национальной безопасности, государственного секретаря Г. Киссинджера правящая Америка благословила высадку на остров турецких войск.

Не демонстранты, не турки и, разумеется, не кипрские власти, тогда кто же? В цепочке политических факторов очень подозрительны были два звена, тесно сомкнутые друг с другом: афинская хунта «черных генералов», давшая сигнал к мятежу, и подпольная террористическая организация на Кипре ЭОКА-2, связанная с ЦРУ.

Какова могла быть их роль в покушении на Р. Дэвиса?

Под рукой у меня было хотя и осторожное, но достаточно твердое утверждение журнала «Тайм»: «...как полагают, убийцами (посла.— В. М.), вероятно, являются члены организации ЭОКА-2, группы фанатиков, требующих объединения острова с Грецией».

Еще и еще раз изучаю графическую реконструкцию покушения. Она воспроизведена на страницах одного из журналов. На рисунке красной чертой отмечена трасса автоматной очереди, поразившей Р. Дэвиса. Автоматчик, казалось бы, вслепую стрелял по окну с опущенными тяжелыми деревянными жалюзи, и однако он был точно информирован, где находился в тот момент посол.

То, что пуля попала именно в Р. Дэвиса, а не в кого-либо из сотрудников посольства, сгрудившихся в дальней комнате второго этажа, можно было объяснить и случайностью. Но то, что убийцы в качестве главной мишени наметили именно посла,— несомненный факт. Это, кстати, подтверждали и срочно направленные в Никосию специальные корреспонденты американских журналов: «...Покушавшиеся, расположившись в строящемся доме напротив посольства, явно охотились за самим послом и тщательно целились по второму этажу, где он скорее всего должен был находиться».

В официальном Вашингтоне, на удивление, быстро постарались «позабыть» и похоронить в архивной пыли насильственную смерть одного из своих ведущих дипломатов. Уже сам по себе факт торопливого списания столь громкого и зловещего дела порождал немало подозрений. Недаром хорошо информированный о тайных операциях западных спецслужб журнал «Шпигель» назвал события, разыгравшиеся на Кипре в июле — августе 1974 года, «Уотергейтом Киссинджера».

...Лидера партии ЭДЭК (ЭДЭК — левоцентристская партия социал-демократического типа.) Вассоса Лиссаридиса я нашел в его врачебном кабинете. Лиссаридис — дипломированный медик, терапевт, занимается частной практикой.

— «Шпигель» намекал не только на фиаско, которое потерпел шеф госдепартамента США в своих интригах вокруг Кипра,— сказал мой собеседник.— Западногерманский журнал имел в виду и неприкрытый цинизм, и холодный, жестокий расчет, готовность дать приказ ЦРУ совершить самые гнусные тайные операции. Все это в полной мере свойственно вашингтонской политике на Кипре. Хотя, конечно, на нашем острове, как и всюду, ЦРУ предпочитает самые отвратительные преступления совершать чужими руками...

Незадолго до нашей встрече Вассос Лиссарндис, который был, ко всему прочему, еще и личным врачом президента Макариоса, стал жертвой, как писали газеты, «террористического акта со стороны правых экстремистов». Автомобиль, в котором ехал Лиссаридис вместе с женой и коллегой по партии, был обстрелян из автоматического оружия. Хозяин машины получил легкое ранение, а его жена — тяжелое. Водитель и сидевший рядом товарищ Лиссаридиса были убиты.

— Покушение — дело рук боевиков из ЭОКА-2,— убежденно говорил мне Лиссаридис.— А сама эта террористическая организация — инструмент в руках ЦРУ и спецслужб НАТО.

— Не следует ли полагать, что убийство Дэвиса отвечало интересам тех, кто за пределами Кипра держит поводки от ЭОКА-2? И случайно ли один американский корреспондент из тех, как он выразился, «диких слухов», что циркулировали в Греции в связи с убийством посла, в первую очередь привел следующий (я достал журнал, специально прихваченный с собой, и процитировал): «Посол США на Кипре Роджер Дэвис был послан в Никосию для координации путча и затем был убит Центральным разведывательным управлением, чтобы прикрыть роль США».

— Подобные слухи представляются не столь уж дикими, как изображают их американские журналисты,— услышал я в ответ.— Особенно если проследить не только последние шаги американской дипломатии на Кипре, но и приоткрыть некоторые страницы истории многолетнего заговора НАТО и США против Кипра и его президента, архиепископа Макариоса.

...Возвращался я в отель вдоль откоса крепостного рва. Он опоясывает самую старую часть Никосии. По пути то и дело попадались бездомные, отощавшие породистые собаки. Их бросили хозяева, западные дипломаты, когда покидали Кипр, боясь ненароком обжечься о пламя разгоравшегося здесь военного пожара...

Итак, подвел я итог услышанному, смерть Р. Дэвиса давала Вашингтону (хотя бы на время) «моральное право» заявить о «непричастности» США к заговору против законного правительства президента Макариоса. Посол, казалось некоторым господам в Вашингтоне, навсегда унес в могилу тайный шифр этой грязной операции. Раскодировать его, однако, помогла реконструкция некоторых шагов Р. Дэвиса в разгар кипрского кризиса.

Например, Р. Дэвис оказался единственным из видных дипломатов, аккредитованных в Никосии, который принял так называемого «министра иностранных дел» из «правительства», сформированного самозваным «президентом Кипра» террористом Самсоном. Кстати, администрация США первой (и единственной, если не считать афинскую хунту) поспешила поднять вопрос об официальном признании «правительства» никосийского узурпатора.

Не подлежит сомнению, что посол США на Кипре был информирован о рекомендации, данной по телефону из Вашингтона новому правительству в Афинах, которое было сформировано Караманлисом после провала хунты. Не кто иной, как Киссинджер, воздав хвалу новым людям в гражданском правительстве Греции как «старым друзьям Америки», в то же время порекомендовал принять турецкое предложение о разделе острова. Информирован был никосийский посол США, разумеется, и о том, что Вашингтон, надев маску «друга» новой власти в Афинах, вел себя крайне цинично. «Вашингтон,— сообщала лондонская «Санди таймс» в часы, когда турецкие войска, нарушив соглашение о прекращении огня, начали вторую фазу «операции Аттила» на Кипре, завершившуюся оккупацией двух пятых территории острова,— явно пришел к выводу, что Турция (для США) более важный союзник, чем Греция».

К тому моменту, когда в посольстве США в Никосии раздался телефонный звонок и неизвестное лицо предупредило о готовившейся антиамериканской демонстрации, в дипломатическом багаже Р. Дэвиса и его памяти накопилось слишком много обременительных для Вашингтона компрометирующих материалов...

Для американского посла не могло быть секретом, что главной мишенью на всех этапах заговора внешних и внутренних врагов против Кипра оставался его президент — архиепископ Макариос, последовательно проводивший политику неприсоединения.

«В годы, предшествовавшие кипрскому кризису и падению режима полковников,— подтверждают составители и комментаторы книги документов «Заговоры ЦРУ» Д. Антонель, А. Жобер, Л. Ковальсон,— в хорошо информированных кругах часто приходилось слышать, что генерал Иоаннидис, шеф греческой военной полиции и доверенное лицо ЦРУ, пытался организовать убийство главы государства Кипр архиепископа Макариоса».

В курс подготовки этого зловещего замысла был посвящен узкий, но чрезвычайно влиятельный круг лиц в высших эшелонах власти Соединенных Штатов. Нет никаких оснований исключать из него тогдашнего главу Белого дома Р. Никсона, его «серого кардинала» Г. Киссинджера, шефа ЦРУ У. Кол-би, наконец, посла США на Кипре Р. Дэвиса.

Прелюдия к кипрской трагедии — подавление антихунтовского восстания в Афинах в ноябре 1973 года.

Уже летом 1973 года правительство Кипра располагало неопровержимыми данными, говорившими о том, что именно ЭОКА-2, подпольная террористическая организация греческого генерала Гриваса, нелегально заброшенного на Кипр афинской хунтой «черных полковников», вынашивала замыслы физического устранения президента Макариоса. Роль США в этом теперь ясна. Американская линия заключалась в том, чтобы добиться решения кипрского вопроса любой ценой. Например, ценой расчленения острова между Грецией и Турцией. Такое «решение» приобрело бы в глазах Вашингтона дополнительную выгоду, а именно — появилась бы возможность включить Кипр в НАТО и в дальнейшем использовать его порты для своего шестого флота.

В качестве мишени для ожесточенных нападок избрал президента Кипра и генеральный секретарь НАТО Й. Луне, снискавший недобрую славу стойкого приверженца «холодной войны» и нагнетания напряженности в таких горячих точках планеты, как Восточное Средиземноморье и Ближний Восток. В начале июля 1972 года Лунс обрушился с грубой бранью и враждебными вымыслами в адрес главы Республики Кипр.

Вскоре на острове резко активизировались вооруженные вылазки террористов из подпольной пронатовской агентуры. Участились налеты на полицейские участки, готовились и новые покушения на президента страны. Буквально за несколько дней до фашистского мятежа органы безопасности Кипра арестовали свыше двухсот заговорщиков. В руки полиции попали списки членов террористической организации ЭОКА-2, собравшихся на тайное совещание для согласования последних деталей мятежа. Во время обыска были обнаружены важные документы, раскрывавшие связи террористов. Они вели в Афины — в резиденцию главаря хунты генерала Иоаннидиса и в казармы национальной гвардии на Кипре — главного оплота путчистов на острове. Национальная гвардия Кипра находилась под полным контролем греческих офицеров, безоговорочно выполнявших приказы афинских диктаторов. И поэтому, когда Макариос потребовал их немедленного отзыва с Кипра, клика Иоаннидиса поторопилась упредить нежелательное для заговорщиков развитие событий. В поддержке Вашингтона Иоаннидис не сомневался. «...У военных правителей в Афинах не осталось бы другого выхода, кроме как отозвать 650 греческих офицеров,— обронила примечательное признание на другой день после мятежа газета «Нью-Йорк таймс»,— если бы Вашингтон добавил свой веский голос в поддержку требования президента Кипра. ...Если бы эти греческие офицеры покинули Кипр, то самозваное «правительство» во главе с садистом Никосом Самсоном не продержалось бы и 24 часов».

Мирные граждане Кипра испытали на себе и террор мятежников, и бесчинства оккупантов. Накануне кипрского мятежа в Элладе действовали в качестве постоянных резидентов около шестидесяти сотрудников Центрального разведывательного управления (не считая нескольких тысяч тайных агентов, завербованных из числа местного населения).

ЦРУ поддерживало тесный контакт с главарем хунты полковником Г. Пападопулосом. Этот диктатор, захвативший власть в результате военного переворота 21 апреля 1967 года, «был в числе многих греческих политиков и военных, на протяжении многих лет получавших персональные субсидии от ЦРУ», сообщала в 1974 году «Интернэшнл геральд трибюн». Поначалу

Центральное разведывательное управление разрабатывало операцию «Президент» (кодовое название плана мятежа и убийства президента Республики Кипр Макариоса) совместно с Пападопулосом, а когда его сместил в ноябре 1973 года ближайший напарник, шеф военной полиции ЭСА, бригадный генерал Иоаннидис, то в сферу разработки заговора был включен и этот лидер хунты ультраправых генералов.

Любопытная деталь: один из высокопоставленных представителей ЦРУ признал, что «агенты Центрального разведывательного управления следовали (в Греции и на Кипре.— В. М.) приказам, одобренным на самом высоком уровне в Вашингтоне». Уже через час после того, как путчисты радировали в штаб-квартиру афинской хунты, «...операция «Президент» началась», копия дешифровки легла на стол директора ЦРУ в Лэнгли и незамедлительно была препровождена Киссинджеру для оповещения хозяина Белого дома.

Известно, что в клинике «Кианус ставрос» («Голубой крест»), принадлежавшей зятю диктатора Иоаннидиса и расположенной на афинской улице Леофорос Вассилиссис София, прямо напротив американского посольства, конспиративно встречались главарь хунты и представители ЦРУ. Разумеется, там обсуждался и согласовывался план операции «Президент». Вряд ли кого может обмануть наивная версия, будто заговорщики обсуждали вопрос, как бы отсрочить мятеж,— и это в тот момент, когда Вашингтон дал на него «добро» главарю афинской хунты через спецкурьера ЦРУ!

Достоверно установлено: и об этой детали заговора знал Р. Дэвис. Не она ли явилась той последней каплей в чаше «чересчур глубокой осведомленности» кипрского посла США, которая и предрешила подписание ему смертного приговора?

Вернемся, однако, к эпилогу заговора. Заговора, который, к счастью, полностью не удался. Направленный против президента Макариоса, он обернулся бумерангом и смертельно ударил также и по послу США на Кипре Роджеру Дэвису.

15 июля 1974 года. На рассвете части национальной гвардии под командованием присланных из Афин греческих офицеров подняли мятеж. Ожесточенная перестрелка вспыхнула в районе президентского дворца в Никосии, завязались бои и в других районах страны. Однако своей главной цели — расправиться с Макариосом — путчисты не достигли.

Примерно через полтора месяца после провала июльского мятежа западногерманский журнал «Шпигель» опубликовал интервью с президентом Кипра. Макариос назвал конкретные адреса организаторов заговора и тех, кто стоял за спиной мятежников.

— О путче на Кипре часто говорили,— сказал президент.— Я только не мог серьезно поверить в это. Я полагал, что активизируются лишь попытки убить меня. Но неправда, что американцы предостерегали меня... Я не хочу исключить вероятности того, что ЦРУ заранее знало о заговоре, но у меня нет доказательств. Я чувствовал — что-то замышляется. Видите ли, хунта планировала экспорт диктатуры на Кипр, а я был неподходящим покупателем для такого экспортного товара. На пути хунты я был препятствием, которое следовало устранить.

— Кто организовал акцию против вас? — спросил Макариоса корреспондент «Шпигеля».

— Бригадный генерал Иоаннидис вместе с другими офицерами, часть из которых находилась в Афинах, но большинство — на Кипре. Тех, кто специально направлялся на Кипр для участия в путче, он лично провожал на аэродром.

— Были ли у Иоаннидиса контакты по этому поводу с ЦРУ? — спросил корреспондент.

— Иоаннидис,— ответил президент Кипра,— наверняка поддерживал контакты с ЦРУ.

Факты, обнародованные позднее, полностью подтвердили обвинения, выдвинутые президентом Республики Кипр в адрес внешних врагов его страны. В течение нескольких недель, предшествовавших началу путча 15 июля, заговорщики разрабатывали план мятежа в соответствии с приказом, полученным от Димитриоса Иоаннидиса.

13 июня 1974 года хунта утвердила главный пункт плана: президент Кипра архиепископ Макариос должен быть убит.

Были ли информированы об этом приказе Соединенные Штаты?

Ответ — и достаточно ясный — дал не кто иной, как инспиратор июльского мятежа, экс-диктатор «генеральской хунты» Иоаннидис.

В сентябре 1975 года западногерманский журнал «Шпигель» опубликовал интервью, взятое у бывшего шефа военной полиции ЭСА, который отбывал пожизненное заключение в пирейской тюрьме «Каридалос».

«Шпигель» задал экс-диктатору такой вопрос: «Не кто иной, как президент Форд (сменивший в Белом доме Р. Никсона, в самом конце правления которого и разыгрался кульминационный акт «кипрской трагедии».— В. М.), возложил на вас ответственность за кипрский путч и турецкое вторжение. Форд сказал: «Тогдашнее греческое правительство попыталось свергнуть Макариоса и убить. Результатом явилось вторжение Турции, которая, к сожалению, стала хозяином положения».

Не отрицая своей ответственности за организацию путча и попытку убийства президента Макариоса, экс-диктатор без всяких обиняков заявил, что США были в курсе планировавшегося раздела Кипра между Грецией и Турцией. «Американцы,— утверждал Иоаннидис,— хорошо знали, в особенности после сессии НАТО в Брюсселе в 1974 году, о предстоявшем вмешательстве Турции в дела Кипра». (В данном случае очевидна попытка Иоаннидиса снять с хунты ответственность за события, которые привели к высадке турецких войск на Кипре в августе 1974 года.) «Независимо от этого заявление американского президента,— добавил Иоаннидис,— показывает степень зависимости тогдашнего греческого правительства от американцев».

Итак, полное подчинение хунты политике, планам и намерениям Вашингтона. При таком освещении фактов не остается места для предположения, будто бы Белый дом (не говоря уже о ЦРУ) в критический момент развития кипрского кризиса летом 1974 года не знал об отданном Иоаннидисом приказе физически устранить главу Республики Кипр.

Так в действительности выглядела «помощь» США Организации Объединенных Наций в «урегулировании кипрской проблемы» в период, непосредственно предшествовавший июльскому мятежу 1974 года. Не отказались от своей антикипрской позиции и последующие хозяева Белого дома. И уж никак не отказался от нее нынешний президент США, резко усиливший эскалацию агрессивной политики США на Ближнем Востоке и в Восточном Средиземноморье.

Виталий Меньшиков

Осенью прошлого года внимание всего мира снова было приковано к Кипру. 15 ноября руководство турецкой общины Кипра провозгласило «независимость» той части острова, где проживает турецкое население: таким образом, было заявлено о создании «Турецкой республики Северного Кипра» и сделан шаг, противоречащий резолюции Совета Безопасности по Кипру. В Заявлении ТАСС от 18 ноября 1983 года по этому поводу говорилось:

«Не вызывает сомнения, что эта сепаратистская акция подрывает основы справедливого политического урегулирования, которое учитывало бы должным образом законные интересы обеих общин на острове, и ведет к опасному обострению обстановки на Кипре и в этом районе в целом.

Обращает на себя внимание, что указанные события на Кипре произошли в условиях общего усиления международной напряженности в результате действий сил, разжигающих очаги конфликтов в различных районах земного шара, стремящихся посеять недоверие и враждебность между государствами и народами. Происшедшее на Кипре — прямое следствие таких действий».

Просмотров: 6548