«Ракетная осень» в Гамбурге

01 мая 1984 года, 00:00

Осень в прошлом году запоздала, и гамбургские парки и скверы к ноябрю не успели окраситься в привычные красно-желтые тона. Небо было затянуто блестящей, словно атласной, лазурью, ничто в природе не напоминало, что год подходит к концу, что близится зима.

Но вот, как предвестье бури, как раскат грома, вырываясь из каменных теснин города, в небо взлетело многократное эхо гортанного «найн!». И стало понятно, что на улицах Гамбурга осень — не та календарная, что с обязательностью приходит на смену лету, а та осень, которую расписали по особому численнику и которую с тревогой и страхом ждали миллионы людей в Западной. Германии.

Словно волны реки, вспененные неистовым штормом, текли по мостовым города колонны демонстрантов, словно листья, сорванные ураганным шквалом, неслись над толпой желтые, красные, зеленые шары, унося высоко в небо написанные на них слова: «Нет — ракетам! Мы хотим жить!»

Это была самая массовая манифестация сторонников мира, которую видели улицы Гамбурга.

Еще один раскат — «найн!» — и голуби стаями срываются с крыш домов, чтобы, обогнав разноцветные шары, исчезнуть в золотисто-голубой бездне неба.

Продвигаясь к центру города, толпа продолжает скандировать: «Нет — смерти! Мир! Жизнь!»

В тот день среди демонстрантов были люди разных поколений. Угроза, нависшая над миром, сплотила всех. Оставив круг привычных проблем, люди вышли на улицы, чтобы заявить о своем праве на жизнь.

— Гамбург не помнит такого выступления,— говорит убеленный сединами рабочий порта.— В страшные тридцатые годы по этим улицам топали сапоги штурмовиков. Но тогда их гнал вперед слепой фанатизм, ненависть... Сегодня люди вышли, чтобы сказать другие слова — мир! Жизнь!

Опустив голову, старик тихо вопросил, обращаясь в пространство:

— Куда мы идем?

Этот вопрос тревожит сегодня многих жителей ФРГ. «Куда мы идем? Что будет завтра?»

— Если бы можно было поставить рядом с нами наше желание жить,— сказал в тот день один из участников манифестации,— то на земле для войны не хватило бы места...

Словно угловатые плоскости, выхваченные из «Герники» Пикассо, вздымаются над толпой кричащие плакаты и транспаранты: «Нет — войне!», «Уберите ракеты!» Когда демонстранты скандируют «нет!», кажется, что даже воздух пропитывается протестом людей.

Колонны стекались к центру города. Здесь, на одной из площадей, состоялся митинг. На трибуну мог выйти каждый желающий.

Среди участников много детей. Двое мальчишек некрепкими еще руками держат транспарант: «Не дадим повториться Хиросиме!»

— Наш чудовищный век изуродовал все на свете,— говорит стоящий рядом с ними пожилой человек.— Надо же — детство под знаком Хиросимы!.. Видя вот таких сорванцов с серьезными лицами, хочется плакать...

«Ракетная осень» заставила задуматься многих западных немцев. Раньше, когда угроза войны лежала в области абстракций, обыватели предпочитали не вспоминать о ней, уповали на случай, руководствуясь привычным штампом: мол, забота о мире — дело политиков. Сегодня все иначе. Говоря словами газет, «походный котел дьявольской кухни Пентагона ввезен в страну», и реальная опасность заставляет действовать всех мыслящих людей.

Неуверенность, отчаяние проникли в души жителей ФРГ. Страхом скованы поступки людей, неуверенность лишает планов на будущее.

— Мы с женой очень хотим иметь детей,— признается молодой участник манифестации Альфред Хаммер,— но мы боимся: ракеты перечеркнули наше будущее...

Эта фраза хорошо отражает нынешнее состояние умов в Западной Германии. «Ракеты перечеркнули будущее...» Люди не могут думать ни о чем, кроме мира, они хотят только мира, который им обещали защитить. И вот — «защищают»: американскими «Першингами».

— Нас призывали к разуму,— возмущенно говорила гамбургская студентка Марта Клюге,— нам вдалбливали в головы стереотипы о «красной угрозе», об избавительной миссии Америки. Теперь мы видим, куда завели эти «избавители»: они украли у нас из жизни все, оставив только тошноту и страх...

В рядах манифестантов в тот день были и представители церкви. Осеняя толпу крестом, священнослужитель призывал людей приложить все усилия, «чтобы апокалипсический конь не вздыбился над планетой».

Солнце клонилось к закату, но манифестанты не расходились. На трибуну выходили все новые и новые люди.

Говорили о необходимости активных действий, вносили конкретные предложения, подтверждали, что пассивность — это смерть, что спокойная, уверенная жизнь, которую обещали политики в «обмен» на размещение американских ракет, на деле оказалась кошмаром.

С приходом темноты на улицах Гамбурга заиграли оркестры. Плавные мелодии танго уносились в вечернее небо. Танго в последнее время самый популярный танец в Германии. И это не случайно: «золотой период» для танго всегда наступал во времена кризисов. Рожденный в далекие времена в бедных кварталах Буэнос-Айреса, этот танец — в ФРГ его называют «танец кризиса» — взлетал на гребень музыкальной волны, когда в сердца людей вселялась тревога.

Играли оркестры, толпа редела, оставшиеся продолжали танцевать. Прожекторы выхватывали фигуры оркестрантов и танцоров. Длинные тени падали на стены домов, изгибаясь на выступах, призрачно скользили по шероховатому серому камню. Вот на площадке осталась последняя пара. Музыка стихла, но юноша и девушка все стояли, прижавшись друг к другу. Словно боясь потерять последнюю поддержку...

А. Мудров

Просмотров: 3930