«Ястреб» бьет по тучам

01 декабря 1982 года, 00:00

«Ястреб» бьет по тучам

— Я «Марица», вызываю «Ястреб-115».

— Вас слышу...

— «Ястребу-115» готовность «два»!

Пока по радиотелефону шел этот диалог, в командном пункте Пазарджикского противоградового полигона кипела работа. Только что лучик локатора на зеленоватом экране заискрился, словно бы наткнувшись на помеху: верный признак, что где-то вдали объявилось высоко летящее плотное облако. Мгновенный анализ показал: градоопасное. Координаты рассчитаны, и тогда дежурный специалист командует:

— Азимут 255, шестью «Алазани» — ОГОНЬ!

И взвивается ввысь стайка небольших серебристых ракет, они вонзаются в зловещую тучу. И из нее пойдет град, столь, впрочем, мелкий, что, пока падает на землю, обернется безобидными водяными каплями. Осушенное облако понесется над нивами и садами, не причиняя им никакого вреда...

Кто знает Болгарию только по иллюстрациям в журналах, уверен, что в этом райском уголке воткнешь в землю прут — он зацветет. Болгария и вправду не обделена природой. Но из-за гористой местности здесь остается не так уж много пригодных для обработки земель. Да и над теми вечно висит дамоклов меч недобрых стихий.

Он отчаянно капризен, здешний климат. В новогодний праздник случалось иной раз такое тепло, что люди ходили без пальто. Зато в канун Первомая этого года я наблюдал буран: обильный снег запорошил зелень листвы, слился с яблоневым цветом. Выглядело это красиво до неправдоподобия, но многие фруктовые деревья остались не-опыленными, и Болгария потеряла больше половины урожая черешни.

В истории городка Трын, что лежит в нескольких десятках километров к юго-западу от Софии, однажды был зафиксирован воистину сибирский мороз: 38° ниже нуля. Случилось это чудо 35 лет назад, но вспоминают об этом с ужасом и по сей день. Я этого не застал, зато со здешними снегопадами сталкивался не раз. В начале 1981 года намело сугробы четырехметровой высоты. Множество населенных пунктов осталось без электричества, застряли в пути десятки железнодорожных составов и сотни автомашин...

Проходит зима, настает время весенних забот, а с ним новые капризы балканской розы ветров. К примеру, пылевая буря. Периодически налетая на Болгарию, ветры разрушают плодородный слой почвы, захватывая, как правило, те районы, где условия для земледелия наиболее благоприятные,— Дунайскую равнину, Черноморское побережье, Добруджу. В реестр ветроопасных в Болгарии занесено около сорока процентов всех обрабатываемых земель.

Если ветровая эрозия приходится обычно на март—май, то в разгар лета плодородной Добрудже грозит суховей. Черный ветер способен сжечь злаки в самый канун жатвы.

Климатических подвохов болгарский крестьянин ждет в любой сезон. Ранней весной он озабоченно хмурится не только в случае затяжной распутицы, мешающей машинам выходить на поля, но и при слишком быстром потеплении. Ведь плодовые деревья, преждевременно зацветая, становятся уязвимыми для частых в этих краях весенних заморозков.

Потому-то здесь испокон веку формировались сложные обряды; слабый человек видел в них единственное средство умилостивить или запугать злых духов, командующих стихиями. Маски устрашения и оглушительные бубенцы кукеров родились в свое время отнюдь не ради чистого искусства.

Чаще всего в старом болгарском селе можно было увидеть церемониал вызова дождя, ибо на каждое третье лето, как правило, приходится засуха. А единственным эффективным средством против нее была и остается ирригация.

Понятно, что крестьянину-одиночке она была не под силу. И в 1944 году искусственное орошение в Болгарии охватывало лишь тридцать семь с половиной тысяч гектаров. В 1982 году в стране земли орошали в тридцать раз больше — четвертую часть всех обрабатываемых площадей. По количеству орошаемой земли на душу населения Болгария вышла на третье место в Европе, уступая лишь Италии и Франции. Все это — и многие тысячи километров каналов, сотни насосных станций, плотины, шлюзы, дренажные канавы. А поскольку Болгария не располагает (кроме Дуная) большими реками, то потребовалось еще построить две тысячи больших и малых водохранилищ общим объемом около пяти миллиардов кубометров.

А в тех районах, куда еще не дошли каналы, у земледельца в летнюю сушь одно на уме: «Дождя бы, дождя!»

С Хинко Хинчевым, первым секретарем общинного комитета партии в Хлебарово — это городок близ Разграда,— мы стояли у кромки пшеничного поля. Хинко сокрушался:

— Сорок пять дней ни капли!

Тучку бы сейчас! Ох, как нужен дождь! Только не ливневый, только без града.

...Пожалуй, ни одна из стихий, периодически опустошающих болгарские поля, не сравнится по своему коварству с градом.

В июне 1978 года, проезжая мимо Шумена, я ужаснулся, увидев виноградники вдоль обочины: оголенная лоза чернела, как на пожарище. И вспомнились тогда строки болгарского классика Пейо Яворова из его стихотворения «Град».

Гроза свирепая прошла.
Скосила разом эта жница
все: просо, рожь, ячмень, пшеницу
и цвет людских надежд дотла...
Да, град в этих краях — главный бич.

Неудивительно, что попытки создания зенитной обороны против него предпринимали здесь еще в начале века — в то самое время, когда Пейо Яворов сочинил свое знаменитое стихотворение. В 1901 году с усадьбы плевенского училища виноградарства и виноделия попробовали разогнать грозовые тучи артиллерией. Опыты продолжались четверть века, пока не были запрещены как «абсолютно бесполезные».

— Пушечный снаряд для грозовой тучи,— рассмеялся Ангел Арабаджийский, начальник Пазарджикского противоградового полигона, с которого начался наш рассказ,— что слону дробинка. Тучу им не прошибешь. Тут хитрость требуется...

— К стрельбе по облакам мы вернулись уже в наше время, но на совершенно иных принципах. Мы не пытаемся разогнать тучи, а, наоборот, провоцируем преждевременное образование града,— включается в разговор сотрудник Института гидрологии и метеорологии Болгарской академии наук Петко Боев. Он в Пазарджике, можно сказать, местный: каждый год переселяется сюда на лето для работы на полигоне.

С 1969 года в Болгарии действует национальная система защиты от града на основе методики, разработанной грузинскими геофизиками. Точно направляемая ракета высевает в облаке химический реагент — фальшивые ядра града. В результате образуются льдинки, но мелкие и неопасные, и туча уже не грозит полям. Девять полигонов оборудованы советской техникой. Они охраняют почти пятую часть всей обрабатываемой земли республики. Их деятельностью руководит специальное управление, созданное при государственной хозяйственной организации «Агрохимическое обслуживание».

— Люди часто как рассуждают: мол, коли созданы полигоны, значит, града уже и быть не должно,— говорит Арабаджийский.— Однако полностью победить это зло людям вряд ли удастся до конца XX века. Но ведь какой урон мог бы приносить град, не будь наших ракет! Статистика свидетельствует, что ущерб, доставляемый болгарскому земледелию градом, сейчас на шестьдесят процентов меньше, чем до создания полигонов. Хотя ущерб все еще значительный.

В природе образования града и градоносных облаков до сих пор немало загадок. И на Пазарджикском полигоне наряду с оперативной работой ведутся серьезные научные исследования.

В микрофизической лаборатории я увидел советскую камеру «САЛЯ-2» — своеобразный холодильник, внутри которого моделируют процессы наподобие атмосферных, чтобы понять закономерности концентрации, распределения и движения ледяных ядер. Работа ведется во взаимодействии с Центральной аэрологической обсерваторией СССР. Показали мне и комнату, в которую даже в самый жаркий день входят в меховых полушубках и теплых унтах: здесь с помощью микроскопов и ряда приспособлений болгарского производства изучают градинки, подобранные с земли. Чтобы они не таяли, температуру приходится поддерживать на уровне минус 15—20 градусов. Здесь Боев показал мне фотоснимки градины почти в три сантиметра диаметром, что была подобрана неподалеку отсюда в июне 1981 года...

Пазарджикский полигон пока единственный в стране, где с успехом проверяется видоизмененная методология воздействия на тучи.

— Формирование градоносных облаков в наших краях порой происходит столь стремительно, что на командном пункте полигона каждая секунда на счету. Причем палить по каждой тучке без разбора — удовольствие дорогое. Вот мы и попробовали сократить количество показателей, по которым распознается градоносное облако, с прежних семи до четырех. Судя по шестилетней проверке, это сулит немалую экономию материальных средств при сохранении надежности...

— Ну а что же это такое — «Ястреб-115»? Вы вызывали его, когда я вошел.

...Мы едем в село Априльцы, близ которого расположена одна из восемнадцати ракетных площадок Пазарджикского полигона. На огороженном участке зачехленные ракетные установки — ни дать ни взять наши знаменитые «катюши». Рядом склад с советскими противоградовыми ракетами типа «Алазани» и «Облако».

— Мы и есть «Ястреб-115»,— представляются мне дежурные стрелки Лазар Бараков и Борис Зашев.

Оба местные жители, в недавнем прошлом сельские механизаторы.

— Дежурство здесь круглосуточное, без выходных,— рассказывает Бараков.— Зато зимой отдыхаем. Каждый час сеанс связи. Днем и ночью. А заслышатся вдали раскаты грома, наши сменщики — вторая пара стрелков — прибегают на помощь... Случалось, ракет по пятьдесят за какие-нибудь сорок минут, пока гроза, запускали!

— Знаете,— добавляет Зашев.— В нашем краю люди не ведали врага страшнее града. Бороться с ним — дело чести. И представьте, пока существует наша площадка, у Априльцев ни льдинки не упало. Понятное дело, уважают нас. Первыми парнями на деревне считают...

Многолетними наблюдениями установлено: град чаще случается в июне, а самый опасный в июле. Эти месяцы Зашев и Бараков проводят как на войне, даже ночевать домой не уходят.

Прекрасная природа в Болгарии.

С капризами погоды ведь можно бороться. Было бы упорство. А его болгарам не занимать. Прекрасная природа в Болгарии, но цветущей ее сделал человек.

Упорный и трудолюбивый болгарин.

Андрей Крушинский, корр. «Правды» — специально для «Вокруг света»

Пазарджик — София

Просмотров: 4672