«Я предложу мир…»

01 августа 1982 года, 00:00

«Я предложу мир…»

Если подсчитать, какому первобытному племени, уцелевшему пока на нашей планете, за последние десять лет было посвящено больше всего книг и статей, яномама оказались бы на одном из первых мест.

Чем заслужили такое внимание эти люди сельвы — вопрос сложный. Может быть, современного человека тешит сознание, что в одно время с ним живет дикое племя каменного века? И воин с выбритым теменем, испещренным шрамами от ударов вражеских палиц, стал не менее притягательным для обложек западных иллюстрированных журналов, чем рекламные красотки. Но хотя можно найти фото индейца во многих журналах и книгах, он остался тем же диким яномама (на его языке — «настоящим человеком»), тем же гуахарибо, что на языке не понимающих его речи сопредельных индейцев значит «верещащий человек».

Я работал руководителем геологоразведочной экспедиции в Венесуэле шесть лет. И хотя имел возможность посетить труднодоступные области страны, однако никогда не встречался с яномама в сельве.

Место обитания яномама — территория чуть больше Чехословакии, и расположена она примерно на границе бассейнов рек Ориноко и Амазонки. Более точно — рек Ориноко и Урарикуэры в верхнем течении. По одним оценкам, яномама тысяч пятнадцать, по другим — тридцать. Один из последних венесуэльских источников приводит цифру в шестнадцать тысяч, а бразильцы в 1981 году подсчитали, что «своих» яномама у них тысяч девять.

Яномама — народ лесной и сухопутный. Они никогда не пытались освоить крупные реки, как их соседи макиритаре — речное индейское племя. Яномама не привлекают саванны, они умеют прокормиться там, где люди, несравненно лучше оснащенные и приобщенные к благам цивилизации, не в силах выжить из-за отсутствия пищи.

Кто-то из антропологов дал землям яномама название «остров». Это и есть остров тропических экваториальных джунглей, водораздел, с которого воды стекают и к амазонским низменностям, и к оринокским саваннам, и к гвианским порогам.

Многие путешественники стремились попасть на «остров». Первый серьезный исследователь, который упоминает яномама, Александр Гумбольдт, путешествовал по Ориноко в 1800 году. До яномама он не добрался, но записал, что они производят на соседей устрашающее впечатление.

Роберт Шомбургк, немец на службе британской короны, в 1839 году дошел до Окамо, верхнего притока Ориноко. Дальше вести его проводники из племени макиритаре отказались, боясь яномама.

Истока Ориноко достигла только хорошо оснащенная венесуэльско-французская экспедиция в 1951 году. Экспедиция пережила несколько опасных встреч с яномама. Все, впрочем, остались живы. В это же самое время с бразильской стороны к устью одного из притоков реки пришел катер с четырьмя «гаримпейрос» — искателями алмазов. На берегу они увидели группу индейцев, которые осыпали пришельцев градом стрел. Спасся только один гаримпейро. Яномама тогда же впервые познакомились с ружьем и вскоре убедились, что белые располагают еще более сильным оружием. Карательная экспедиция на двух самолетах подвергла обстрелу несколько индейских селений, обнаруженных в верхнем течении реки Урарикуэра, поблизости от места первой перестрелки. Погибли десятки яномама.

С венесуэльской стороны к границам «острова яномама» подобрались миссионеры.

С течением времени к яномама попали ученые. Американец Н. Э. Шаньон провел среди этих первобытных людей несколько лет. Он выяснил, что племя делится на группы, то враждующие, то объединяющиеся,— саматари, пиксааситери, кахошитери, ижевеитери и множество других. Француз Жак Лизот довольно долго прожил среди яномама и даже составил словарь их языка.

Но самые ценные свидетельства о жизни яномама дала полуграмотная венесуэльская метиска Елена Валёро.

В 1933 году двенадцатилетняя Елена плыла с родителями по Димити, притоку Рио-Негро. На их лодку напали яномама, и Елена, раненная стрелой, попала в плен. Зеленый занавес джунглей опустился за ней. В 1956 году лесоруб Ногера привез в венесуэльский город Сан-Фернандо-де-Атабало женщину, которую встретил в джунглях. Женщина — по виду лесная индеанка — еле говорила по-испански и просила помочь ее мужу-индейцу и четырем сыновьям.

История Елены, рассказанная с поразительной точностью и детальностью, составила содержание двух книг. Их записал итальянский этнограф Этторе Бьокка (Одна из них «Яноама», издана на русском языке в 1972 году в издательстве «Мысль». Существуют три написания названия племени: яноама, яномамо и яномама. В научной литературе сейчас утвердилось последнее.— (Примеч. ред.)). Обе стали самым подлинным и убедительным описанием жизни первобытных людей.

Яномама воинственны по необходимости. Их вынуждает к этому вековой опыт племени, которое более развитые соседи всегда вытесняли в дебри, где труднее всего добыть пропитание. Воевать приходится и потому, что у яномама не хватает женщин: по неизученным причинам в племени рождается намного больше мальчиков, чем девочек. Поэтому при нападениях на соседнюю группу яномама убивали юношей и захватывали девушек.

Елена была свидетельницей такого побоища в начале своего долгого пути в джунглях. Захватившие ее индейцы вскоре потерпели поражение от саматари — наименее исследованной группы яномама. Девушка бежала от них, когда поняла, что ей грозит смерть. Вновь раненная стрелой, на грани голодной смерти, семь месяцев скиталась Елена по сельве. В конце концов ее приняла яномамская группа вождя Фусиве, который взял ее в жены. Она родила вождю двух сыновей.

Пятнадцать лет спустя вождь был убит в стычке, и Елена лишилась защиты. Снова бегство, скитания в джунглях. Другой индеец, Акаве, взял ее к себе. Он оказался жестоким и грубым человеком. В ссоре он однажды убил нескольких мужчин из соседней группы и, опасаясь мести, решил бежать с Еленой к белым. К тому времени с начала скитаний Елены прошло уже почти двадцать четыре года.

Когда я в 1974 году приехал в Каракас, Елена находилась там. Хоть к тому времени она уже восемнадцать лет жила под опекой миссионеров, а по ее рассказам написаны были книги, чувствовалось, что она никак не привыкнет к жизни среди белых. Может быть, читателям это покажется невероятным, но в ее рассказах чувствуется некая тоска по жизни в лесу и даже мечта вернуться назад, к яномама.

Мне все-таки удалось встретиться с яномама. Правда, я увидел их не в сельве.

Группа ижевеитери считается «наиболее мирной» из венесуэльских яномама. Они чаще всех входят в контакт с белыми. Более того, позволили основать на своих землях миссию Санта-Мария-де-лос-Гуайкас и стали как бы посредниками между венесуэльскими властями и другими яномама.

В октябре 1981 года венесуэльское правительство устроило в столице провинции Амазонас встречу с представителями индейских племен. От яномама явились ижевеитери. Согласно конституции все индейцы — полноправные венесуэльские граждане, правда, обычно сами они об этом не знают.

Мне и раньше приходилось встречаться с «окультуренными» индейцами, и я ожидал увидеть низкорослых людей в хлопчатобумажных брюках и грязноватых белых рубахах. Однако яномама не изменили себе. Одежда их состояла из шнурка, завязанного у пупка. Это мужская одежда, ибо в племени яномама одеваются только мужчины. Лицо и тело их расписаны растительными красками, в волосах и ушах яркие птичьи перья. Женщины тоже разрисованы, на шеях ожерелья, в ушах серьги. Нижняя губа и нос проколоты и туда вставлены палочки. Нижняя губа у них сильно оттопырена — яномама закладывают за нее рулончик табака и не вынимают его даже на ночь.

Яномама часто меняют свои стоянки. При переходах мужчины несут только оружие. Все остальное — за спиной и в руках женщин. Обосновавшись на новом месте, индейцы строят «шапоны» — круглые строения из кольев и пальмовых листьев. В одном шапоне помещается целая группа.

Причина частых переселений — голод, постоянный враг племени. Когда основа жизни — собирательство и охота, на одном месте долго не задержишься. Яномама не пренебрегают ни личинками насекомых, ни даже жирным илом, но все это — пища малокалорийная. Голодные периоды затяжные, группы яномама редеют, сливаются, принимают новые названия. Потому так труден их подсчет.

Соседние племена утверждают, что яномама — людоеды. Но исследования показали, что каннибализма яномама не знают. Вопрос этот не носил чисто академического характера: встреча была организована в связи с нашумевшим «делом Эн-би-си».

Группа операторов американской радиотелевизионной корпорации Эн-би-си отправилась в сельву с целью сделать фильм, который должен превзойти все, что доныне было снято о первобытных народах. Алан Йэйтс, Джек Андерс и Марк Томазо судили так: зрителей притягивает насилие, значит, покажем его в максимально возможной степени. В поисках жестокости они побывали на полях боев Вьетнама, в африканском буше и наконец добрались до сельвы Ориноко. Их сопровождали подруга Йэйтса Фэй Дэниэльс и бразилец-проводник.

Сельва сомкнулась за ними, и они исчезли. Спустя четыре месяца за ними послали спасательную экспедицию. Вначале спасатели нашли труп проводника — почему-то с одной ногой. Потом наткнулись на группу нагих лесных людей. Руководителю экспедиции — знатоку индейцев — удалось установить с ними контакт. В шапоне, где обитала группа, спасатели нашли несомненные доказательства того, что именно здесь завершился путь операторов: остатки одежды, камеру и нетронутую коробку с негативами.

После возвращения спасательной экспедиции оказалось, что кассеты с пленкой выдержали в сельве испытание влагой и жарой. Но как только на Эн-би-си просмотрели отснятый материал, было издано распоряжение: ленты подлежат уничтожению. Но сотрудник, которому это поручили выполнить, воспользовался случаем и продал их конкурирующей фирме за четверть миллиона долларов.

Жаждущая сенсаций публика в начале 1981 года увидела потрясающее зрелище. В фильме есть сцены, которые группа снимала для себя, но которые раскрыли технику работы охотников за сенсациями. А заключалась она в том, что драматические сцены насилия киношники просто провоцировали.

Началось с того, что их бразильца-проводника укусила змея. Американцы пытались спасти его — ампутировали ему ногу. Проводник умер, и группа продолжала путь без него, не зная ни сельвы, ни индейцев, ни их наречий. Когда они вышли на яномама, те приняли их мирно, но интереса к более тесным отношениям не проявили. А сценарий требовал драматических ситуаций. Что же сделали трое мужчин из страны высокоразвитой цивилизации? Сначала они схватили отставшую в лесу от женщин, собиравших плоды, молодую индеанку и сняли с ней сцену избиения и привязывания к позорному столбу. На пленке она должна была засвидетельствовать жестокость дикарских ритуалов.

Но этого им показалось мало. Ночью операторы подожгли круглую хижину и азартно снимали, засев в зарослях, голых индейцев, спасающих детей в багровых языках пламени и клубах дыма. Отсняв пожар, американцы ушли подальше в сельву: теперь у яномама был повод мстить.

Набрав таким образом достаточное количество нужного материала, киногруппа решила тронуться в обратный путь. Но не тут-то было: яномама окружили их. Засвистели стрелы, в ответ полетели пули. Это не устрашило лесных людей. У белых кончились патроны, продукты. Американцам пришлось выйти из укрытия.

Наступил последний этап. Сначала яномама убили Фэй Дэниэльс, отставшую на тропе. Трое операторов сняли всю сцену — это просто просилось на пленку...

Один за другим операторы гибли под ударами палиц яномама. И смерть каждого была зафиксирована на пленке.

Но может ли эта история служить доказательством природной кровожадности яномама? Ведь та же самая группа индейцев вполне гостеприимно приняла незнакомых белых, предоставила им кров. И лишь на насилие индейцы ответили насилием.

Все же яномама изучены далеко не так уж подробно, невзирая на обилие посвященных им публикаций. Долгое время считали, что это вымирающее племя, однако недоступность леса прекрасно их защитила: в наше время яномама — самое многочисленное гвианское племя. Племя, которое сохранило свое своеобразие и свои тайны.

Но как долго сможет оно выжить? Сказать трудно. Бразильские этнографы бьют тревогу по поводу проектируемой автострады, которая должна пересечь южный выступ яномамских земель. Уже после первых встреч со строителями яномама познакомились с алкоголем. А ведь племя относится к числу немногих, никогда не знавших одуряющих зелий. Потому-то действие алкогольных напитков для них губительно. Но дело не только в этом. Генерал Фернандо Рамос Перейра, бывший губернатор бразильской территории Рорайма, где живут яномама, печально прославился изречением: «Страна, столь богатая золотом, алмазами и ураном, не может позволить себе роскоши содержать полдюжины индейских племен».

В Венесуэле положение яномама пока лучше. Когда венесуэльская авиакомпания «Вьяса» выпускала на линию свой первый суперлайнер, названный «Ориноко», в числе приглашенных на торжественный полет в Рим был и вождь ижевеитери, одетый в шнурок и раскрашенный.

— Что вы скажете людям в Европе? — спросил его на аэродроме один из журналистов.

— Я скажу, что не хочу с ними воевать,— ответил яномама.

На его языке это означает: «Я предложу им мир».

Владимир Плешингер, чехословацкий геолог

Перевел с чешского Вл. Могилев

Рубрика: Без рубрики
Просмотров: 6573