ЗАКРЫТЬ
Пройти опрос
№5 (2500) | Май 1982
Рубрика «О странах и народах»

Карнавал победы

Карнавал победы

В Луанде гремит карнавал. В течение нескольких дней город живет в ритме разноголосых мелодий, на улицах то ли ярмарка, то ли цирковое представление. Поддавшись общей атмосфере карнавальной «фешты», все мы веселимся, чувствуем себя сопричастными к этому празднеству.

Карнавальное шествие, родившись на рабочих окраинах Луанды, течет по бесконечно длинной городской набережной имени Четвертого февраля. И нарядные приморские дома, и сам океан — как декорации. Бесконечным потоком идут карнавальные группы. Впереди каждой — музыкальный ансамбль.
Карнавал в Луанде, ангольский Карнавал победы! Он не похож ни на кубинский, ни на бразильский, которые я видел раньше. Есть, конечно, и что-то общее, но в целом он другой. Может быть, дело в его подчеркнуто африканском характере? В неумолчном бое барабанов?

...Был жаркий декабрьский день 1977 года. Первый президент страны Агостиньо Нето приехал к жителям столичного рабочего квартала Казенга. Здесь в годы борьбы против колонизаторов он скрывался в тростниковых хижинах — «санзалах». Беседуя со старыми товарищами, президент предложил:
— Почему бы нам не вспомнить африканские праздники, где хранители наших фольклорных традиций могли бы передать молодежи свое мастерство, посвятить их в магию песни и танца? Пришло время возродить традицию проведения карнавалов, чтобы все шестнадцать народностей, населяющих Анголу, могли показать свою культуру, истоки которой лежат в древности. Этот праздник мы назовем Карнавалом победы и проводить его будем ежегодно в тот день, когда с ангольской земли был изгнан последний солдат южноафриканских интервентов...

...Мощные динамики разносили над городом популярную мелодию на слова Агостиньо Нето «Мы вернемся!», написанные им в тюремной камере крепости Сан-Паулу.

Мы вернемся в Анголу,
к горячей земле,
к золотым пескам побережий —
вернемся!..
К звону маримбы,
напевам киссанжи,
к танцу
на празднике счастья —
вернемся!

Однако каждый год карнавал иной. Меняется репертуар танцевальных ансамблей, количество его участников.

Вот из района порта доносится призывный звук «мушимбу», духовых инструментов из огромных морских раковин. К нам приближается ансамбль «Илля» — «Остров». Здесь танцуют жители рыбацкой деревушки, раскинувшейся на остроконечном песчаном мысу у входа в бухту. Еще задолго до карнавала я много читал в ангольских газетах об «Острове». Знатоки утверждали, что в его составе целое созвездие танцоров, которые исполняют ритуальные пляски тех времен, когда в Анголе не было иноземцев.

Кстати, именно рыбакам этого острова обязана своим названием Луанда. В 1575 году, когда португальский мореплаватель Паулу Диаш ди Нова-иш бросил якорь в широкой естественной гавани вблизи рыбацкой деревушки, матросы стали расспрашивать чернокожих рыбаков, как называется это место. Те же, полагая, что чужестранцы хотят знать, кто они такие, отвечали: «Мушилуанда», что в переводе с языка кимбунду означало «рыбаки». Потом, когда начался захват страны, колонизаторы переиначили его на свой лад. Так «мушилуанда» превратилась в «Луанду». Примерно так же завоеватели поступили и при выборе названия страны. Тогдашнего правителя государства Ндонго звали Нгола Килуанжи. На языке кимбунду это означает «король Килуанжи». Португальцы, добавив к слову артикль, стали произносить «Нгола» как «Ангола». Этим именем они и назвали свою колонию.

Впереди ансамбля самозабвенно пляшет «прима-балерина». Ее шея, запястья рук и щиколотки ног оплетены целой паутиной нитей, унизанных мелкими ракушками «зимбу», которые в далекие времена очень высоко ценились в королевстве Ндонго. Мелкие — размером с кофейное зернышко,— яркой расцветки ракушки похожи на жемчужины. Их ловлей с большой опасностью для жизни в давние времена занимались самые красивые девушки. Из каждой сотни добытых «зимбу» шестьдесят направляли королю Нголе, тридцать шли в общую копилку совета старейшин острова, и лишь десять доставались отважным ныряльщицам.

Оттого ли, что я все это читал заранее, а скорее оттого, что пантомима, исполняемая танцорами «Илля», очень жива, но вся эта история проходит перед глазами. Извиваются тела нырялыциц, вот они сдают улов старейшинам, вот раковины в корзинах несут королю...

Жизнь Анголы до прихода португальцев.

Зрители повторяют движения танцоров, оживленно комментируют происходящее, незаметно переходя с португальского на язык кимбунду.

Около двух часов дня, когда раскаленный воздух стал прозрачным и по голубому небу поплыли первые редкие облака, по широкой дороге, ведущей из квартала Рамжел, подошел к набережной ансамбль «Волны Кванзы». Магическое исступление, казалось, проникло в тела танцоров. Выступление этого ансамбля меня особенно интересовало. Я давно был его поклонником и не раз присутствовал на репетициях, познакомился со многими артистами. Естественно, что заинтересовался и историей этого коллектива. Впервые, это было в 1964 году, ансамбль исполнил песню «Касанже». Сочинил ее руководитель и режиссер ансамбля Мануэл Фелипе Фернандеш. Она была посвящена жертвам расправы португальцев над хлопководами долины Касанже. Начальник местного полицейского поста запретил «Касанже», а группу велел разогнать. Но по вечерам в глиняных хижинах вновь звучала грустная песня о народных героях. По доносу предателя певцов арестовали. Одних избили шомполами, других послали на принудительные работы в район реки Кванзы. Здесь их заставили строить укрепленный форт в том самом месте, где когда-то укрывалась от колонизаторов национальная героиня Нзинга Мбанди, дочь короля Килуанжи. Там группа получила название «Волны Кванзы», а покровительницей ансамбля провозгласили легендарную королеву.

Путешествуя по стране, я не раз замечал, что, подъехав к мосту через Кванзу, ангольцы-водители обязательно останавливаются, чтобы полюбоваться рекой. Вряд ли в стране можно найти другое место, настолько связанное с природой и историей Анголы. Кванза для ангольцев то же, что Волга для русских. В честь ее названы нынешняя национальная монета Анголы, две наиболее важные в экономическом отношении провинции страны — Северная и Южная Кванза.

Танец, с которым проходит группа «Волны Кванзы», рассказывает о борьбе королевы Нзинги.

Одна из легенд гласит, что королева Нзинга Мбанди жила в верховьях Кванзы. Ее отец был величайший воин и вождь народа бамбунду. С высот горных хребтов Матамбы Килуанжи и его воины спустились вниз по течению реки Кванзы и в порту Тамбо после ожесточенных сражений одержали победу над португальскими войсками. Первую победу в истории Анголы.

После смерти Килуанжи власть перешла в руки Нзинги. Мудрая королева понимала, какая опасность нависла над ее народом, если племенные вожди будут продолжать враждовать между собой. Она предприняла первую в истории Африки попытку объединить народ, положить конец межплеменным распрям. Ей это удалось. Услыхав о могуществе королевы, к ней стали приходить воины из других племен и народностей.

И все же силы были явно неравны, так как у португальцев было огнестрельное оружие, а у воинов Нзинги — копья и луки. Борьба длилась сорок лет. Армия Нзинги не давала колонизаторам покоя. Когда португальцы наконец окружили ее армию, храбрая королева бросилась, чтобы не попасть в руки врага, в пропасть. В местечке Пунго-Андонгу я видел огромный валун со впадиной, похожей на след человеческой ноги. Мои спутники утверждали, что это след королевы Нзинги Мбанди...

Солнце уже клонится к закату, а карнавальное шествие кажется неиссякаемым. На головах у ансамбля «Рабоче-крестьянский союз» из района Голфе я увидел «мазамба» — головные уборы, сплетенные из сизалевых веревок. На самой макушке были искусно прикреплены факелы.

Бьют барабаны: цилиндрические «клугуинга», «мукупела», «кинуина», «тсонгу-киконго», изготовленные из стволов пальмы и обтянутые шкурой антилопы. Барабаны народности лун-да-чокве — с двойным дном. У них слегка приглушенный звук.

Поют струны «жунсу», похожей на балалайку. Только резонансная чаша ее сделана не из дерева, а из огромной тыквы. На ней виртуозно играет знаменитый певец Паулу Каштру из народности овимбунду. Идут музыканты гереро и овамбо, в их руках «мбу-лумбум» — что-то вроде охотничьего лука с несколькими тетивами из стеблей «слоновьей» травы.

Аплодисментами встретили и проводили мы «маримбейруш» из провинции Маланже. «Маримба» — изогнутый ксилофон, изготовленный из лыка, дощечек красного дерева и высушенной тыквы. Число клавиш самое разнообразное. Знаменитая маримба «жикгаш» из местечка Каландула насчитывала двадцать клавиш, к каждой из них были подвешены звонкие колокольчики.

Неожиданно грянула медь военного духового оркестра. Из-за поворота сначала показалась колонна красно-блузых ангольских комсомольцев — членов молодежной организации МПЛА — Партии труда, потом четким строем прошагали ополченцы из Организации народной обороны. И лишь вслед за ними перед центральной трибуной появились танцоры в форме бойцов Народной армии освобождения Анголы.

— Герои Кифангондо,— заговорили вокруг.

...Поселок Кифангондо, расположенный в двух десятках километров от Луанды, весь в цветущих акациях. К их терпкому запаху примешивается аромат трав, кустарников, цветов. Там, где узкая тропинка сбегает к реке, установлен скромный обелиск. Это памятник павшим борцам. Каждый год 11 ноября у его подножия ложатся букеты, перевитые лентами в цветах национального флага. Именно здесь бойцы народных вооруженных сил освобожденной Анголы остановили рвавшихся к столице интервентов.

Земля Кифангондо. Знаменитый холм, на котором до сих пор еще видны следы боев шестилетней давности, В первый месяц весны, которая начинается в южном полушарии в сентябре, после тропических ливней холм покрывается разноцветьем трав. В зимний период сухой шелест выгоревшей саванны делает холм суровым, неприступным.

Освещенный ярким солнцем, под нами лучится белокаменный город. Громады зданий отражаются в синеве залива. Замерли на рейде океанские корабли. У берегов медленно парят в воздухе чайки, чуть поводя распластанными крыльями. По расположенному рядом шоссе бесконечной вереницей идут автомашины. Но когда всматриваешься в разрушенные временем окопы и укрепления на холме, слышишь далекий рокот моря, перед взглядом невольно всплывают видения недавнего прошлого. Впервые на этом холме я побывал в январе 1976 года, когда здесь еще стояли искореженные броневики и пушки, а земля была усеяна стреляными гильзами.

Именно отсюда, от берегов реки Бенго, началось наступление Народной армии на северном направлении.

По расчетам ангольцев, для завершающей атаки на Луанду противник должен был сконцентрировать свои силы именно на этом участке. А холм Кифангондо — идеальное место для организации обороны.

Сражение началось 23 октября 1975 года и завершилось только 11 ноября.

10 ноября враг предпринял отчаянную попытку выбить ангольцев с позиций на холме Кифангондо.

Операцией руководил Сантуш де Карлуш, полковник португальской армии, который отлично знал местность. Из захваченных позже документов оперативного отдела стало известно, что Сантуш намеревался форсировать реку Бенго и захватить комплекс сооружений, обеспечивающих Луанду водой.

Бой начался около 5 часов утра. Вражеские истребители-перехватчики начали обстрел позиций ракетами «воздух—земля». Противник, располагая дальнобойными 130- и 140-мм пушками, вел огонь прямой наводкой, прикрывая продвижение своих войск. До полудня ангольская артиллерия не отвечала, дав возможность пехоте интервентов выйти почти к рубежу обороняемых позиций.

Командование приказало открыть огонь лишь после того, как основные силы противника сосредоточатся на изгибе шоссе, пристрелянном артиллеристами ФАПЛА — Народной армии. Для этого на небольшой холм, расположенный с другой стороны дороги, перебазировались батареи безоткатных орудий. Противник продолжал наступление разомкнутым строем под прикрытием бронеавтомобилей, в которых находились португальские наемники. Как только первый взвод попал в сектор обстрела, прозвучал залп, и бронеавтомобиль заполыхал. Затем был подбит другой броневик. Пехота замедлила темп продвижения, а затем остановилась. В этот момент ударили гвардейские минометы. Спрятаться от их мощного огня врагу было негде. И вплавь через реку Бенго переправились единицы...

11 ноября была провозглашена независимость Народной Республики Анголы, и остатки разгромленных марионеток, южноафриканских и заирских интервентов бросились в паническое бегство.

Может быть, именно во время битвы солдаты ФАПЛА — и баконго, и овимбунду, и бамбунду, и чокве, куаньяна и гереро — почувствовали себя прежде всего ангольцами, сыновьями одной матери-родины, у которых один путь и одна цель...

И ансамбль «Герои Кифангондо» танцами и музыкой напомнил всем, кто собрался на набережной Луандыг об этих героических днях.

Валерий Волков, корр. «Правды» — специально для «Вокруг света»
Луанда — Москва
развернуть | Обсудить статью в форуме
Самое интересное на "Вокруг света"
Наши партнёры
RedTram.com

24СМИ. Новости

Журнал "Вокруг Света"
Фестиваль "Золотая Черепаха"
Конкурс на лучший кадр месяца!