Ветер заметал следы

01 сентября 1981 года, 00:00

Экипаж летающей лодки в тот день собирался идти в увольнение. Хотя незадолго до перевода эскадрильи под Астрахань морских летчиков переодели в сухопутное обмундирование, порядки в ней оставались флотские. Да и командир эскадрильи, подполковник Евдокимов, отпускал своих подопечных в город только во флотском. Может, за этим скрывалась какая-то заковырка военного времени, но он говорил, что на берегу каждый член экипажа должен чувствовать себя морским летчиком. Все в эскадрилье любили своего командира, в прошлом известного летчика-испытателя морских самолетов. Может, потому он пользовался каким-то особым авторитетом у подчиненных, каждому из которых было едва девятнадцать лет.

Стрелок-бомбардир Иван Зюзь быстро намазал свои клеши специально приготовленной мыльной пастой и взялся за ручку утюга, в утробе которого тлели красные угольки.

— Что ни говорите, а наше село самое авиационное — только до войны из него вышло семь десятков летчиков. А сколько еще добавилось? — Это продолжался давний спор между членами экипажа о том, кто, как и почему пошел в авиацию.

— Да ведь и с нашего Дона летчиков немало,— протянул старший сержант Павел Заруднев.— Тоже нашел, чем хвастаться. Своим селом... Был бы ты сам знаменитостью...

Стрелок-радист Гриша Латун, слушая разговор друзей, только неопределенно хмыкнул.

На улице прозвучал протяжный удар о подвешенный рельс. Отправляясь на обед, во дворе ребята встретили пожилого капитана с петлицами железнодорожника:

— Вы не подскажете, как найти вашего командира?

Павел Заруднев кивнул головой Зюзю:

— Проводи капитана к подполковнику.

Только летчики поели, как в столовую вошел дежурный по эскадрилье:

— Ребята, вас срочно вызывает командир.

Подполковник Евдокимов был один. Выслушав доклад Заруднева о том, что экипаж «тройки» по его приказанию прибыл, он показал на лавку:

— Садитесь, товарищи...

Раздвинув занавески, за которыми висела крупномасштабная карта, склеенная из нескольких листов, комэска задал летчикам несколько неожиданный вопрос:

— Если я не ошибаюсь, вы все трое родом из казаков и в прошлом сельские жители?

— Так точно, товарищ комэска!

— Вот и хорошо. А теперь расскажите мне, человеку несведущему, какие бывают овцы и что нужно для их содержания?

Все три старших сержанта несколько опешили: «Чудит, что ли, наш командир?» Но после минутного замешательства охотно выложили все, что знали об овцах, их породах, содержании. Когда же Павел Заруднев сказал, что главное для овец — хорошая, чистая вода, подполковник оживился:

— Это просто чудесно, что овцы не могут обойтись без чистой воды.— Комэска обратился к Зарудневу:— Вы вместе с Зюзем подберите карты на перелет по маршруту Астрахань — Кизляр и сразу приходите с ними ко мне. Радист пусть готовит данные к полету.

Минут через двадцать Заруднев и Зюзь с рулоном карт зашли в кабинет комэска. На штабной карте простым карандашом был проложен довольно замысловатый маршрут перелета.

— Перенесите это на свои карты, да побыстрее!.. Учтите, времени в обрез. Через полчаса вылет.

— Товарищ комэска, какое задание будет на вылет?

— Разве вам непонятно? Придется искать овец.

— Искать овец? — удивился командир летающей лодки Заруднев, лицо которого моментально приняло пунцовый оттенок.

— Товарищ комэска! Мы же боевые летчики...— не выдержал он.

— Вот я поэтому вам и доверяю это задание, что вы боевые летчики. Кстати, если вы не будете возражать, я полечу вместе с вами...

Комэска пока не мог сообщить экипажу о своем разговоре с капитаном. Дело в том, что для снабжения участников обороны Кавказа железнодорожники проложили ветку в направлении Кизляр — Астрахань. По этой новой линии нужно было перегнать несколько десятков тысяч вагонов порожняка — обратно они должны были вернуться с боеприпасами.

Гитлеровцы сразу поняли значение новой коммуникации и предприняли ряд воздушных налетов, от которых, правда, дорога почти не пострадала. А потом воздушные налеты неожиданно прекратились. Но зато после этого начались загадочные происшествия: по ночам на некоторых участках — дорога в основном проходила по песку — стала исчезать насыпь, рельсы повисали в воздухе. Таинственные диверсанты не оставляли ни малейших следов. И это несмотря на то, что охрану ветки Кизляр — Астрахань несли две кавалерийские дивизии, три дивизиона бронепоездов, усиленных пехотными десантами и подвижными отрядами, действующими вдоль полотна. Железнодорожники буквально сбились с ног в поисках диверсантов...

Краснофлотцы осторожно скатили на перекатном шасси по дощатому гидропуску летающую лодку. Течение подтащило самолет к месту, где положено проверять исправность бортового оружия. Короткая команда Павла Заруднева: «Огонь!» — и оба пулемета ШКАС, именуемые летным составом просто «кнутами», исправно хлестнули двумя короткими очередями.

Прогрев мотор, летчик дал полный газ, и летающая лодка после небольшого пробега по воде поднялась в воздух.

Очень уж непривычной была для морских летчиков желтая пустыня под крылом. Правда, картина оказалась несколько красочнее, чем на карте: берега озер расцвечены густым бордюром из зарослей камыша и осоки. Стрелок-бомбардир Зюзь, устроившись поудобнее в своей турели, внимательно рассматривает в бинокль проплывающую под лодкой земную поверхность. Там же сидит и стрелок-радист Латун. Командир эскадрильи, встав на сиденье правого летчика, открыл фонарь и тоже наблюдает за обстановкой.


В глазах у всего экипажа добило от мелькания синих, желтых, зеленых и коричневых пятен... Иван Зюзь уже обратил внимание, что маршрут летающей лодки был проложен на карте с учетом местонахождения колодцев с питьевой водой. Первым он обнаружил и гурт овец — их гнали по дороге конные пастухи.

Развернувшись в Кизляре, летающая лодка продолжала полет, держась на этот раз вдоль правой стороны дороги. Картина под самолетом стала совсем безрадостной. Кругом одни пески, местами глина и солончаки. У наблюдателей давно слезятся глаза от напряжения и обдувающего их в открытых кабинах воздуха. Прошло уже порядочно времени, когда Иван Зюзь в одном месте заприметил, что песок чуть вроде темнее окружающего фона — словно бы дорожку кто-то проложил посреди барханов. Он поднес микрофон переговорного устройства к губам:

— Командир, сделайте левый вираж. Похоже, тут что-то есть.

Гидросамолет оказался над балкой, в которой стоял большой гурт овец.


— Вот они! Только чего затаились? — раздался в переговорном устройстве голос Зюзя. И действительно, овцы не двигались, словно их в балке кто-то спрятал. Иван отметил на карте место и обвел его кружком, проставив рядом время обнаружения гурта.

Морской разведчик продолжал следовать ломаным маршрутом, проложенным от одного колодца к другому. В одном месте Зюзь разглядел слева под крылом углубления в песчаном грунте. Что такое? Снизились. Полетели над следом и в ближайшей балке обнаружили гурт посолидней, голов эдак тысяч в пять или шесть. И эти овцы вели себя очень смирно.

Солнце садилось все ниже, а морской разведчик продолжал, как громадный шмель, кружить над песками. К тому времени, когда солнце было готово исчезнуть за горизонтом, экипаж летающей лодки обнаружил еще два гурта, которые так же смирненько отстаивались в степных балках.

Когда наконец впереди уже показалась Астрахань, подполковник Евдокимов уселся на сиденье, расстегнул шлем и, пользуясь тем, что на малой скорости с летчиком можно разговаривать без переговорного устройства, обратился к командиру экипажа:

— Павел Иванович, работа закончена, пора к дому. Давайте полный газ, может, еще успеете получить увольнение и попасть на последний сеанс в кино.

Зюзь быстро рассчитал курс к гидроаэродрому, и летающая лодка устремилась к своей базе, благо, до нее было рукой подать...

Через несколько дней в эскадрилью на катере прибыл тот самый капитан-железнодорожник. С катера солдаты вытащили на берег двух живых овец со связанными ногами.

— Зачем это? — спросил железнодорожника командир эскадрильи.

— Как зачем? Доставили к вам виновников диверсий. Приговорены к съедению летчиками.

Вскоре командир эскадрильи приказал всему летному составу собраться у катера. Перед летчиками с коротким словом выступил капитан железнодорожных войск.

— Большое вам спасибо, товарищи. Трудно сказать, что было бы, если бы не вы... Мы обращались к армейским летчикам; те, вероятно, из-за того, что у их машин скорость большая, ничего подозрительного не обнаружили. Лишь только после того, как слетал ваш гидросамолет, мы убедились в истинной причине исчезновения насыпи. Оказывается, диверсантами были овцы. Правда, их направляла опытная рука врага. Стоило на небольшом участке пути перегнать три-пять тысяч голов овец, как песчаная насыпь быстро осыпалась, да так, что рельсы зависали в воздухе, Потом ветер моментально заметал все следы...

А. Григорьев

Просмотров: 4545