Благочестивый многоженец

01 марта 2002 года, 00:00

В 1341 году Ибн Баттута после долгих лет оседлой жизни вновь пустился в странствие. Его сопровождение состояло из 15 китайских посланников, а багаж — из сокровищ, предназначенных в дар императору Поднебесной. Тогда еще никто не знал, что ждет каждого в предстоящем путешествии...

Караван, едва покинувший Дели, был атакован индуистскими повстанцами. Несмотря на численное превосходство нападавших, отряд воинов, сопровождавший караван, расправился с ними. Но, к несчастью, Баттута в ходе сражения был отрезан от своих спутников и взят в плен повстанцами. За ночь, проведенную в пещере, он совсем уже было приготовился к смерти, но наутро ему каким-то чудом удалось убедить злоумышленников обменять свою свободу на одежду. Измученного и почти нагого Буттуту спас отряд мусульман, которые к тому же помогли марокканцу вновь присоединиться к посольству.

Благополучно добравшись до побережья Камбейского залива, он и его спутники на четырех кораблях отплыли в порт Каликут. Но в этом городе путешественника настигла новая беда, обернувшаяся для него в итоге благословенным спасением. Пока Баттута в мечети возносил молитвы Аллаху, поднялся сильный шторм и капитан принял решение срочно выйти в открытое море. Когда же Баттута пришел на берег, то с ужасом увидел, как разбушевавшаяся стихия погубила практически все корабли — как с посольством, так и с ценнейшими дарами императору. Единственный же уцелевший корабль — тот, на котором находилась рабыня, носящая во чреве его ребенка, уплыл со всем имуществом в неизвестном направлении. О их судьбе Баттуте суждено будет узнать лишь через некоторое время, когда он доберется до Индонезии. Здесь его будут ждать печальные известия о том, что его недавно родившийся ребенок мертв, а рабы и имущество, оставшиеся на уцелевшем корабле, перешли в собственность короля Суматры. Он, конечно, понимал, что все происходящее в этой жизни в руках Аллаха, но бесконечные потери и неудачи все больше и больше ранили его душу. Но все это ожидало его в будущем, а пока ответственнейшая миссия была под серьезной угрозой, Баттута же был не из тех, кто позволяет себе менять планы даже в том случае, если Судьба сталкивает его с самыми неблагоприятными обстоятельствами.

Не рискнув вернуться в Индию, он принял решение продолжить свой путь в Китай в одиночестве. По дороге ему пришла мысль посетить Мальдивские острова. Там он пришелся вполне ко двору — его познания были крайне ценны для этого небольшого государства. Щедрые подарки, преподносимые ему во множестве, и редкие по красоте женщины убедили его в необходимости... остаться. На сей раз он женился на близкой родственнице королевы, а значит, у Баттуты вновь появилась возможность стать судьей и принять самое непосредственное участие в политике Мальдивского королевства. Почти 9 месяцев, проведенные на островах, изрядно утомили его бесконечными интригами и заговорами. Единственное, что его утешало в этой безрадостной обстановке, — это браки, ставшие для него своеобразным хобби. Вскоре после первой женитьбы он взял еще трех жен, но через некоторое время развелся с ними, затем еще двух, но и их постигла та же участь. Окончательно разочаровавшись не только в политике, но и в семейной жизни, он отправился на Цейлон. На этом острове находилась одна из почитаемых святынь мусульман — Пик Адама, или Серендиб. По легенде, на этом месте Адам оставил след своей ступни, буддисты же убеждены, что этот след, длиной 1,5 метра и шириной 80 см, оставил не Адам, а Будда.

По прибытии Баттуты на Цейлон здешний король, заинтересовавшись рассказами о необыкновенных странствиях, устроил в его честь роскошный пир, продолжавшийся три дня, после чего щедро вознаградил драгоценностями и многочисленными рабами.

И Баттута отправился дальше. Вскоре путешественнику вновь пришлось испытать на себе превратности судьбы. На небольшое судно, на котором он плыл, напали 12 пиратских кораблей. Разбойников, к счастью, интересовало только недавно полученное Буттутой в дар ценное имущество. Потому они и сохранили марокканцу жизнь, а также надежду на то, что все еще может перемениться к лучшему. Но мысли о Китае по-прежнему не давали Баттуте покоя.

Достигнув бенгальского города Читтагонга, он, отметив, что этот город полон всяческой еды и более чем дурных запахов, отправился в Силхет на поиски некого благочестивого мужа, обладающего способностью предсказывать будущее. Очевидно, Баттута надеялся уяснить для себя, какие еще сюрпризы преподнесет ему Судьба и стоит ли вообще продолжать свои странствия. Он был несказанно удивлен тем, что ученики старца вышли ему навстречу в совершенно определенное время — именно по предсказанию учителя о прибытии странника из Северной Африки. У них он отдыхал и пировал несколько дней. После возвращения в Читтагонг Баттута отплыл на Суматру, где султан оказал ему теплый прием, после чего на собственном судне отправил его в Китай, куда тот наконец прибыл в 1345 году.

В те времена в Китае правили потомки Чингисхана и представители монгольской династии Ян. И Поднебесная придерживалась политики «открытых дверей», что позволяло многочисленным мусульманским купцам создавать там свои общины, строить мечети и базары. И хотя в Китае Баттута вполне мог рассчитывать на гостеприимство, не опасаясь при этом за свою жизнь, встреча с чужой культурой на восточной окраине мусульманского мира не принесла ему надлежащего удовлетворения. А объяснялось это прежде всего религиозным рвением путешественника, желавшего, чтобы весь мир был обращен в ислам.

Пребывание в этой огромной стране принесло Баттуте множество удивительных открытий. Он был потрясен тем, что там даже самые последние бедняки носят шелковую одежду и едят на фарфоровой посуде. А поскольку в Поднебесной в то время царил мир, эта страна произвела на него впечатление самой безопасной и гостеприимной в мире, во всяком случае, здесь ему не грозили бессовестные и жестокие разбойники, готовые отобрать у несчастного мусульманина последние сбережения. Здешние единоверцы приняли его крайне радушно. В Фучжоу ему даже удалось встретить человека, с которым он был знаком еще в Индии. Баттута от души порадовался его нынешнему богатству, а его старый знакомый в свою очередь не преминул наградить путешественника щедрыми дарами. Баттута наслаждается великолепными образцами китайского искусства, так же как, впрочем, многочисленными пирами, устраиваемыми в его честь. А потому дни, проведенные в Китае, он впоследствии вспоминал как самые приятные в жизни. В своей книге, написанной гораздо позже, он описал собственное путешествие из Ханчжоу по Большому каналу до самого Пекина, однако современные исследователи предполагают, что на самом деле он вряд ли мог его совершить, а приведенное им описание было, скорее всего, заимствовано из каких-то других источников. Так оно было или иначе, но, достигнув пределов Поднебесной и в полной мере насладившись ее прелестями, Баттута, наконец, решил вернуться домой. То ли он устал от долгих странствий, то ли осознал, что, изучая другие страны и восхищаясь ими, он до сих пор еще не видел красот собственной родины. Но после года, проведенного в Китае, он все-таки отплыл... в Индию.

Там он долго не задержался. Султан Туглак воевал тогда на севере с повстанцами, и Баттута счел целесообразным не испытывать лишний раз судьбу, так как султан, бывший его прежним повелителем, отличался крайней эксцентричностью и в принципе мог как простить неудавшегося посла, так и казнить его. И тогда Баттуте никогда бы уже не пришлось увидеть родной Танжер.

По дороге домой он решил совершить хадж в четвертый раз. Теперешний его путь в Мекку лежал с восточного побережья Аравийского полуострова через Хормуз и Багдад. Попав в Персию, он обнаружил, что могущественная империя, в которой он побывал более 10 лет назад, распалась на части, а султан Абу Саид, оказавший ему в прошлый раз гостеприимство и дружеское расположение, отравлен собственной женой.
 
Все это не вызвало у Баттуты желания оставаться здесь даже ненадолго. Пустившись снова в путь из Багдада после утомительного перехода через Сирийскую пустыню, он достиг Дамаска зимой 1348 года. Там он узнал от караванщиков, что 15 лет назад умер его отец, так же как и его 10-летний сын, которого он, правда, никогда не видел.

Баттута прожил в Дамаске около года, пока чума, ежедневно косившая тысячи жителей, не заставила его спасаться бегством. Эпидемия Черной Смерти бушевала на Востоке уже несколько лет, и именно оттуда спустя некоторое время была занесена в Европу. Жуткие картины повальных смертей, увиденные им в непосредственной близости, еще больше укрепили его в желании вернуться домой. Но перед этим он должен был совершить очищение. Посетив Мекку и уже в четвертый раз за свою жизнь поклонившись ее святыням, Баттута, покинув священный город, добрался до Египта, а оттуда отплыл в Тунис, затем у берегов Сардинии попал в плен к пиратам, третировавшим Средиземноморье. Но ему снова удалось откупиться. И, наконец, после долгих лет отсутствия он достиг Северной Африки.

В Танжере Баттута узнал о том, что его мать, так и не дождавшись возвращения сына, умерла всего за несколько месяцев до этого дня. Побывав на ее могиле и отдав дань памяти той, которая дала ему жизнь, весной 1350 года он отправился в Андалусию, еще входившую тогда в состав арабского Магриба. И снова в путь его влекли благочестивые помыслы.

Этот, уже вполне зрелый и много испытавший в жизни 45-летний мужчина, узнав о том, что кастильский правитель Альфонсо XI угрожает Гибралтару, решил принять участие в священной войне — джихаде. Но этому порыву не суждено было осуществиться — испанское войско поразила чума и угроза войны отступила. Баттута провел некоторое время в Гранаде и вскоре возвратился домой, но на месте ему никак не сиделось. Решив, наконец, познакомиться со своей родиной, он в течение целого года путешествовал по Марокко, пока, наконец, осенью 1351 года не остановился в столице страны Фесе.

Из Феса Баттута снова пустился в дорогу, ко двору короля Мали — Манса Муса, который в 1324 году совершил паломничество в Мекку, «буквально наводнив город своей щедростью». В XIV веке в Мали добывали две трети мирового объема золота, и потому эта страна, в представлении современников, являла собой едва ли не рай на земле. К тому же для Мали тот период был временем особой приверженности исламу — здесь во множестве строились мечети и минареты, а сам король получил религиозное образование.

На этот раз Баттуте предстояло преодолеть почти 2 500 км. Его путь пролегал через горы и пустыню, и уже немолодому путешественнику пришлось собрать все свое мужество, чтобы выдержать тяготы этого пути. Перезимовав в оазисе Тафилалт, он в феврале 1352 года отправился в глубь Сахары. После 25 дней пути в условиях изнуряющей жары и раскаленного песка он наконец достиг поселения Тегазза, расположенного в Западной Сахаре. Здесь добывали соль, ценившуюся в средневековом мире на вес золота. Безусловно, Баттута был впечатлен увиденным здесь «Стенами домов и мечетей служат соляные глыбы, а крыши сделаны из верблюжьих шкур. Там нет деревьев, лишь сплошной песок, в котором находятся огромные глыбы соли, нагроможденные одна на другую». После двухмесячного перехода по безводной пустыне караван, вместе с которым путешествовал Баттута, достиг Валаты. Здесь его, правоверного мусульманина, привыкшего к тому, что женщины всегда закрыты от взглядов посторонних на своей половине дома, ожидало потрясение. Сначала в доме кади его встретила женщина, оказавшаяся возлюбленной хозяина, а затем в жилище другого ученого мужа он обнаружил его жену за абсолютно свободной беседой с незнакомым мужчиной.

Покинув город недостаточно целомудренных, с его точки зрения, женщин, он отправился дальше на юг. Здесь он проводит некоторое время в гостях у короля (младший брат скончавшегося Манса Муса, Манса Сулайман), а затем отбывает в Томбукту — город, бывший в те времена процветающим центром ислама. Собираясь в обратный путь, он получил приказ марокканского султана, предписывающий немедленно прибыть в Фес, и в сентябре 1353 года Баттута отправился в путь в сопровождении «каравана» из 600 черных рабынь. По дороге ему вновь пришлось заплатить выкуп вождю одного из берберских племен, напавших на путников, но впереди его ожидало еще одно тяжелое испытание. Заснеженные перевалы алжирских гор стали серьезным препятствием для продвижения каравана. Впоследствии Баттута опишет это путешествие как самое тяжелое в своей жизни. Однако и это испытание было благополучно завершено, и весной 1354-го Баттута, прибыв в Фес, предстал перед султаном Марокко. Поведав правителю о своем путешествии в Мали и рассказав о бесчисленных диковинах мусульманского мира, которые ему пришлось увидеть за почти тридцать лет странствий, он получил приказ обосноваться в столице. Султан посчитал, что подобные приключения должны быть запечатлены для будущих поколений. Молодой историк Ибн Джузайе, с которым Баттута познакомился в Гранаде, взялся записать рассказы путешественника под диктовку, и через два года на свет появилась книга под названием «Подарок созерцающим о диковинах городов и чудесах путешествий», в которую помимо подлинных событий, происходивших с главным героем, были включены описания Мекки, Медины и Дамаска, заимствованные из описаний путешественника XII века Ибн Джубайры. Некоторое время спустя эта книга была почему-то забыта, и вновь обнаружить ее удалось лишь в XIX веке. Она привлекла самый широкий интерес множества людей и вскоре была переведена на французский, немецкий и английский языки.

Сам же Баттута прожил еще немало лет. Точная дата его смерти до сих пор неизвестна. Одни считают, что он умер в 1368 году, другие — в 1377-м. Известно только, что провел он их, наслаждаясь покоем и достатком, как, видимо, и положено человеку, долго исследовавшему мир с самыми благочестивыми намерениями.

Елена Александрова

Рубрика: Архив
Просмотров: 6434