«Хэйва» — «Мир»

01 марта 1983 года, 00:00

«Хэйва» — «Мир»В летний воскресный день в городке Хатано под Токио состоялся митинг за мир, организованный студентами университета Токай. Я стажировалась в этом университете и тоже туда пришла. Митинг был студенческий, но на него собрались и домохозяйки, и рабочие, и служащие. Митинг, в котором я участвовала, был одним из тысяч, прошедших по стране.

На втором этаже, в фойе перед входом в актовый зал, была устроена выставка, посвященная памяти жертв американских атомных бомбардировок Хиросимы и Нагасаки. С болью листала я страницы книги под коротким и страшным названием «Война». С ее страниц на меня смотрели солдаты, умирающие в окопах, до предела истощенные старики, женщины, дети. Это была жуткая правда войны, документальный рассказ о том, что она несет людям. А рядом на стене висели фотографии Хиросимы и Нагасаки, сделанные в 1945 году. Для Японии, единственной в мире страны, испытавшей атомную бомбардировку, для прогрессивных людей всего мира эти снимки — неопровержимое доказательство бесчеловечности и преступности войн, призыв к совместным действиям по предотвращению новой мировой войны. Недаром только японские сторонники мира собрали ко второй чрезвычайной сессии ООН по разоружению 30 миллионов подписей.

Глядя на страшные фотографии, я вспомнила передачу японского телевидения — рассказ о женщине, пережившей трагедию Хиросимы. Эта женщина собрала рисунки уцелевших жертв атомной бомбардировки и с ними объехала всю Японию, а затем привезла эти работы в США.

Однажды, когда она расставила рисунки на скамейках в парке, к ней подошел мальчик и спросил: «Почему они такие страшные?» Женщина побледнела и прошептала: «Потому что было очень жарко...»

«Нестерпимо хотелось пить, пересохло в горле, но вода покрылась словно пленкой жира. Поскольку очень хотелось пить, пили прямо так»,— написано на табличке в Парке Мира в Нагасаки, в самой западной части острова Кюсю. Это строчки из письма девушки, написанного в день, когда на город была сброшена атомная бомба. Каждый, кто приезжает в Нагасаки, брызгает на эту надпись водой, как бы давая напиться тем, кто в тот день из последних сил полз к спасительной влаге, не зная, что вода в реке заражена радиоактивными осадками.

...Зияет пустыми глазницами окон бывший Дом промышленности — Атомный дом, как называют его японцы, гирлянды разноцветных бумажных журавликов обвивают памятник детям — жертвам атомной бомбардировки, бьют десятки фонтанов, раздаются глухие звуки ударов набата, болью отдающиеся в сердце каждого, кто побывал в Хиросиме. Недавно центральные улицы этого города на западе острова Хонсю заполнили десятки тысяч демонстрантов — участники общенационального Марша мира со всех концов Японии. На многочисленных плакатах чаще всего встречаются иероглифы «хантай!» — «против!».

Против милитаристского курса нынешней администрации США, против действий японских правящих кругов, которые поддерживают опасную для мира политику Вашингтона.

Ширится, крепнет антивоенное движение в Японии. Его участники требуют от властей прекращения участившихся в последнее время совместных маневров вооруженных сил Японии и США, запрещения захода американских военных кораблей в японские порты, немедленной отмены решения правительства о размещении американских истребителей-бомбардировщиков F-16 на островах.

...Выступавшие на митинге в Хатано студенты высказались против гонки вооружений, за превращение Японского моря в безъядерную зону.

В молодежном фестивале за мир в огромном промышленном районе Кансай, состоявшемся весной 1982 года, приняло участие сто тысяч человек. Фестиваль завершился пирамидой из десятков спортсменов. Как всегда, у японцев это было исполнено смысла: живую шестиярусную пирамиду составить трудно, и это должно было напомнить зрителям о трудностях борьбы за мир и о том, что если люди действуют согласно и организованно, они добиваются успеха. Когда молодой парень победно вскинул руки на десятиметровой высоте, стадион взорвался аплодисментами. И на трибуне с живыми картинами, где только что зловеще поднимался ядерный гриб и бушевало пламя войны, появились громадные иероглифы «хэйва» — «мир».

Наталия Ерофеева, студентка Института стран Азии и Африки

Рубрика: Без рубрики
Просмотров: 5156