Две жизни царя царей

01 сентября 1992 года, 00:00

Две жизни царя царей

По соседству с пирамидами долины Гиза полуразрушенная фигура сфинкса выглядит так же привычно, как безоблачное и знойное небо и пустынная земля вокруг. История его поражала воображение и вдохновляла не одно поколение ученых, писателей, поэтов. Не дает она покоя и нашим современникам. Вооруженные новыми достижениями науки, все глубже проникают они в толщу веков, пытаясь восстановить то, что казалось уже утраченным навсегда, и несокрушимая твердыня прошлого нехотя, но поддается их натиску.

Ветер пустынь особенно жесток: мириады песчинок, подобно абразивному порошку, микрон за микроном обтачивают скальные поверхности. Судьба же песчаника, из которого вырезан сфинкс, более печальна. Ветровая эрозия, став соавтором творчества древних, за три с половиной тысячелетия изменила фигуру до неузнаваемости, придав ей вид памятника природы. И сегодня никто, кроме ученых, достаточно точно не сможет представить первоначальные очертания этого грандиозного сооружения. И уж совсем трудно предположить, что между двумя передними лапами божества с телом льва находилась фигура воина, молодого наследника фараона Сети I, великого Рамзеса II, личность которого известна нам благодаря многочисленным изображениям, воспроизводящим его подвиги на стенах гробниц и храмов.

Правление Рамзеса II, или Великого, длилось более 60 лет, за которые он не только стал отцом 90 детей, но и утвердил в своей империи мир, сделал ее процветающей, а по количеству гигантских сооружений различного назначения время его правления осталось непревзойденным в истории Древнего Египта.

Скончался он в возрасте 90 лет, опередив и в этом почти всех своих прошлых и будущих «коллег». Последним пристанищем его стала усыпальница в Фивах, древней религиозной столице Египта. Жрецы, владевшие в совершенстве искусством бальзамирования, и сухой воздух законсервировали его тело так хорошо, что спустя три с половиной тысячелетия мы можем лицезреть останки «царя царей». Именно так называли его подданные. До 1980 года 26 мумий древнеегипетских фараонов демонстрировались в Египетском музее в Каире. Но по распоряжению тогдашнего президента Египта Анвара Садата эта выставка, как позорная и недостойная памяти великих предков, была запрещена. Однако коммерческий интерес сегодняшних руководителей оказался выше призрачных нравственных критериев, и, похоже, запрету Садата осталось жить недолго. Уже подготовлены специальные герметические саркофаги, которые позволят не только возобновить прерванную экспозицию, но и защитить хрупкие экспонаты от губительного воздействия среды.

Эта неэстетичная на вид и противоестественная восприятию человека коллекция, безусловно, вызовет новую волну интереса к истории Египта и особенно к периоду роста его могущества. Тут нельзя обойти вниманием имена предшественников Рамзеса II, фараона Тутмоса III, чьи владения простирались вплоть до четвертого порога Нила. Его потомок Аменхотеп IV — он же Эхнатон и его прекрасная жена Нефертити были, однако, озабочены не расширением жизненного пространства для своих подданных, а яростной борьбой с культом бога Амона и охранявшим его могущественным кланом жрецов. В годы их правления была построена новая столица. Но внутренние неурядицы ослабляли страну, и набеги племен хеттов, враждовавших тогда с Египтом, становились все более и более успешными. Возможно, эти факторы и повлекли за собой внезапный конец их правления, а возвратившиеся к прежней власти жрецы сделали все, чтобы имена богопротивных навсегда были стерты со «скрижалей» истории, роль которых выполняли в стране монументы и храмовые сооружения.

Восстанавливать былую славу пришлось другим поколениям фараонов, среди которых особое место занимает Тутанхамон. Но в 1295 году до нашей эры династической цепочке правителей суждено было прерваться, и на трон взошел представитель бюрократической сановной верхушки Прамес, основатель XIX династии правителей, под именем Рамзеса I. Но не прошло и 16 месяцев, как бремя руководства страной принял на себя его сын — могучий воин Сети, скульптурный портрет которого был воплощен в сфинксе. Маленькому Рамзесу II было всего 8 лет, когда произошло это событие, но возраст высокородных чад во все времена не являлся препятствием для занятия высочайших постов, и уже десятилетним он «командует» армией, а в 14 вместе с отцом участвует в битве у города Кадеш с племенами хеттов и одерживает победу, правда кратковременную, но зато первую в жизни.

Постепенно интересы Рамзеса становятся шире, и отец начинает подбирать молодому наследнику гарем для скорейшего воспроизведения потомства — мера отнюдь не лишняя в то жестокое время, и вскоре его первая жена, красавица Нефертари, дарит ему сына, вторая жена, которая осталась в истории как наиболее умная из всех жен, — Истнофер — не отстает, и вот Рамзес уже отец двоих наследников. В течение десяти лет каждая из них родила не менее пяти сыновей и нескольких дочерей. Другие его жены тоже внесли свой вклад в пополнение потомства. Похоже, во дворце Рамзеса было довольно многолюдно и отнюдь не спокойно, ведь дети всегда дети. Главу же семьи редко можно было застать дома. Большую часть времени он проводил на строительных площадках, следя за возведением гигантских сооружений, задуманных его отцом. Такое пристрастие к супергромадным объектам, как полагают некоторые ученые, явилось не столько желанием сохранить свое имя на веки вечные, сколько вполне обыденным стремлением во что бы то ни стало убедить всех в своем божественном происхождении. Ведь Египет представлял собой мощную империю с хорошо разветвленным и развитым бюрократическим аппаратом, который, в свою очередь, обладал сильным влиянием в стране. Тут, как говорится, надо всегда держать ухо востро, а не то... Короче говоря, статус божества вполне устраивал фараонов, и на его поддержание не жалели средств. Эту истину усвоили еще предки Рамзеса, а он превзошел их всех.

Фивы, древний религиозный центр Египта, можно сравнить со своеобразной ареной, на которой соревновались поколения владык, пытаясь во что бы то ни стало превзойти своих предшественников в грандиозности своих сооружений. Одним из ярких достижений в этом состязании можно считать храм в честь бога Амона, на культ которого смели посягнуть Аменхотеп и его супруга. Сети и его жрецы соорудили огромный зал с 12 колоннами в виде стволов папируса, высотой около 21 метра. На вершине каждой из них могло бы уместиться 50 человек. По обе стороны от них — 61 колонна поменьше. Юный Рамзес, безусловно, принимал участие в воздвижении этого грандиозного храма.

Рамзесу было 20 лет, когда умер отец, и первый его шаг в новой роли — подготовка и участие в торжествах Опета. Этот ритуал был одним из основополагающих и проводился раз в год. Посвящался богу Амону, единому в двух лицах. Одна часть его находилась в Карнаке, вторая в трех километрах от него в Луксорском замке.

Жрецы Амона возглавляли процессию, шедшую с золотой статуей умирающего небесного бога Амона, чья смерть повергала мир в хаос, из святилища в Карнаке к специальной барже, которая направлялась в Луксор, где в течение двух недель проходили тайные церемонии возрождения умершего бога. А фараон, непосредственно возглавляя этот ритуал, тем самым восстанавливал свою божественную силу, которая заверялась жрецами и давала ему исключительное право на пост посредника между богами и человечеством. Следующим пунктом назначения правителя был город Абидос — обиталище бога смерти Осириса.

А масштабы строительства становились все более грандиозными. В дельте Нила возникает большой город, название которого — Пи Рамзес, то есть «Дом Рамзеса». Окончание строительства колоссального зала в Карнаке он прочно связывает со своим именем, несмотря на то, что эта задумка его принадлежала отцу, который и начал воплощать ее в жизнь. Одним из замечательных творений древнего монарха стал храм Абу-Симбел. Даже сегодня, испытав разрушительное воздействие стихий, он вызывает у созерцающих его священный трепет, так что можно только догадываться об изначальной силе воздействия сего сооружения на души подданных Рамзеса. Он расположен таким образом, что первые лучи дневного светила, падая на четыре высеченные в скале из розового песчаника фигуры, как бы подчеркивали особые отношения фараона с богом Солнца и, вне всякого сомнения, высекали в душах сограждан искры священного трепета и безмерного почитания к его персоне.

Тем же целям служил и храм в Абидосе. Рисунки и иероглифы так плотно украшают стены его, что порой воспринимаются как затейливый узор. Именно из этих надписей стало известно о подвигах в войне с хеттами в битве при Кадете, где 20 тысячам египтян под предводительством Рам-зеса пришлось противостоять 40-тысячному воинству короля хеттов Мутавали. Когда противник стал теснить подданных фараона и почти обратил их в бегство, бесстрашный военачальник, вскочив в свою боевую колесницу, ринулся на врага, воодушевив собственным примером отчаявшихся бойцов. Подразделения хеттов были остановлены, но ни они, ни египтяне не смогли больше продолжить наступательные операции, и предводитель египетского воинства, объявив свою победу, гордо удалился восвояси, где еще в течение года восстанавливал силы, а затем вновь предпринял ряд походов в Азию. К своему 40-летию, несколько поостыв, он избавился от привычки устраивать каждый год кампании против хеттов, а постарался заключить с ними мир. Всю оставшуюся жизнь Рамзес посвятил строительству новых храмов. Угождая таким образом богам, он, как видно, очень хотел обрести бессмертие и... теплое местечко в потустороннем мире. Ведь считалось, что земное существование — только прелюдия к жизни небесной, которую получат те, кто более всех будет угоден богам.

Может быть, это так и есть, и именно провидению обязаны мы своим интересом к далекому прошлому, и поэтому даже безжалостные ветры, почти было умертвившие каменную плоть, отступили перед стремлением человечества восстановить, казалось, безвозвратно утерянное. Новое орудие археологов — компьютер наряду с лопатой и кистью становится неотъемлемой частью любой экспедиции. Едва приметные выступы вместо того, что раньше было скульптурным изображением, сила и направление преобладающих ветров, количество осадков, даже данные о климате на планете за несколько десятков тысяч лет — все идет в дело, накапливаясь в памяти ЭВМ. И вот, когда закончена эта многотрудная работа, происходит чудо, и на экране машины проступают контуры «старины глубокой». Отпавшие и выветрившиеся части сфинкса послушно занимают свои места, и также отчетливо проступает между его лапами фигура молодого воина Рамзеса Великого. Великое таинство совершается на глазах ученых. Плоды его достанутся нам всем, ибо реконструированное машиной изображение ляжет в основу реставрационных работ, которые уже проводятся. Обновленная фигура сфинкса и Рамзеса II еще долго будут существовать на земле и вместе с ними память о могущественных предках, и, значит, вторая жизнь их будет длиться, пока жив хотя бы один человек.

По материалам «Нэшнл джиогрэфик» подготовил А.Стрелецкий

Просмотров: 8842