Второе решение. А.Ван Вогт

01 сентября 1993 года, 00:00

Невысокий худощавый парень самоуверенно заявил:
 — По-моему, нам не нужны Эдисоны, Паладины, листеры и прочие выдающиеся ученые. В любом направлении исследований неизбежно возникает масса предположений и идей. Именно на этой почве произрастают изобретения и идеи отдельных индивидуумов. Рано или поздно эти решения должны прийти кому-то на ум, независимо от рождения или ранней смерти того или иного так называемого гения. Всегда существует второе решение задачи.

Кто-то из присутствующих не согласился:
 — Открытия изменяют ход истории. Новое оружие приводит к победе, если оно изобретено во время войны. Опоздай изобретатель на год, и будет слишком поздно.

Крупный мужчина прокашлялся, прочищая горло и привлекая к себе внимание. Я заметил его несколько минут назад, когда он ленивой походкой вышел из бара и остановился, прислушиваясь к беседе со скучающим презрительным видом, обычным для многоопытного космолетчика дальних рейсов по отношению к «пескарям». Его ястребиное лицо было покрыто космическим загаром. По-видимому, у него возник перерыв в полетах, и он не знал, чем заняться.

 — Не люблю ввязываться в отвлеченные дискуссии, — сказал он,— но так уж получилось, что я могу предложить вашему вниманию любопытный аргумент. Все ли помнят о происшествии с профессором Джеймесоном и взрослым эзвелом в океане джунглей на Эристане II? Тогда они еще обнаружили неповрежденный спасательный корабль раллов и, овладев секретом антигравитации, в конечном итоге спаслись и остановили резню на планете Карсона?

Да, мы все помнили об этом. Рассказчик продолжил:
— Так вот, в тот визит на планету Карсона профессор Джеймесон поймал двух эзвелов. Одного из них — самца — он взял на свой корабль, который затем и потерпел крушение на Эристане II. Другая особь была самкой, ее он отправил на Землю более ранним рейсом. В пути у нее появился детеныш — самец размером с крупного льва. В течение полета малыш подрос еще на фут с небольшим, что, впрочем, само по себе не имеет значения. Катастрофа разразилась у самой Земли из-за несовершенства прежних антигравитационных преобразователей — произошла утечка высвобождаемой энергии... с этого все и началось.

— Так это доказывает мою точку зрения или его? — не удержавшись, встрял тот же худощавый паренек.
Космолетчик недовольно поморщился, и тишина вновь воцарилась в маленьком холле. Он начал свой рассказ...


Командир корабля Мак-Леннан обернулся помрачневшим лицом к двум офицерам:
— Корабль совершенно вышел из управления! — объявил он.— Мы врежемся в Землю через пятнадцать минут в районе лесного заповедника Тоганны на севере Канады.
На мгновение задумавшись, он продолжил:
— Карлинг, соберите людей в спасательных катерах и свяжитесь с руководством заповедника. Объясните, что у нас на борту находятся два эзвела с планеты Карсона, которые, возможно, выживут после аварии. Предупредите суперинтенданта, чтобы он готовился к наихудшим последствиям и что я прибуду на место катастрофы через полчаса после посадки. Бренсон!

— Да, сэр! — вытянулся в струнку молодой бледнолицый офицер, когда Карлинг уже исчезал в дверном проеме отсека управления.
— Спуститесь и убейте обоих эзвелов — и самку и детеныша. Мы не имеем права предоставлять этим зверям шанс оказаться на воле на Земле. Если они обретут свободу, то убьют тысячи людей, прежде чем удастся их прикончить! Вы сами знаете, что это за чудовища. Всякий, кто побывал на планете Карсона...— Он яростно тряхнул головой.— Будь проклят Джеймесон, пожелавший привезти эзвелов на Землю. Я с самого начала был против этого... Итак, Бренсон, вы должны возвратиться к спасательным катерам через семь — нет, через шесть минут, если хотите успеть. Даже если они еще не издохнут! Бегом!

Молодой офицер побледнел еще больше.
— Да, сэр! — отчеканил он и рванулся к выходу, на ходу заряжая оружие.
Мак-Леннану необходимо было сделать немало дел, в том числе эвакуировать ценные документы. За всем этим время пролетело мгновенно. Наконец он и сам нырнул в люк спасательного катера и спросил:
— Бренсон уже здесь?
— Нет, сэр!
Они подождали. Пробежала минута. Две. Затем Карлинг прошептал:
— Надо убираться, сэр. Он сможет воспользоваться запасным катером, если вернется. Пора!
Мак-Леннан побледнел.
— Он — сын старика Рока Бренсона. Что я скажу старому другу?

Мак-Леннан крикнул в глубину коридора и прислушался. Ни звука в ответ... Когда он вывел катер в спасительный простор космоса, то услышал раздраженный приглушенный голос одного из членов команды:
— Посылать вниз Бренсона было ошибкой. Он заболел манией убийства. Причина задержки именно в этом — эзвелов сразу не прикончишь. Он увлекся расстрелом...

 

Молодой эзвел услышал яростное рычание своей матери, а затем в мозг вторглись ее мысли — четкие и твердые, как кристалл: «Быстро ко мне! Один из двуногих идет убивать!»

Он молнией метнулся к ней из своего угла клетки — пятисотфунтовое синее чудовище. Бритвы когтей с металлическим визгом проскрежетали по стальному полу, и он укрылся в темноте огромной туши, вжимаясь в выемку наподобие пещеры, которую тело матери тут же создало для него. Он так цепко ухватился за стенки спасительного укрытия всеми шестью руками, что бешеные броски матери не могли выбросить его из складок ее невообразимых мускулов.

Вновь появились ее мысли:
«Помни все, что я тебе говорила. Наша раса может надеяться лишь на то, что люди по-прежнему будут считать нас животными. Если они догадаются о нашей разумности, мы погибнем. Даже если об этом догадается лишь один из них. Если они узнают об этом, наш народ обречен!»

Далее ее мысли потекли поспешнее:
«Помни: твои нынешние слабости — плод твоей молодости. Победи в себе страх, ибо это — лишь страх. Не бойся смерти, если тебе выпадет случай послужить интересам нашей расы такой ценой».

Ее мозг замолк. Она успокоилась. Он смотрел на окружающее вместе с ней, соединившись с ее разумом так же неразрывно, как слился с ее телом. Он видел толстые четырехдюймовые стальные прутья клетки и наполовину скрытую решеткой фигуру человека. Он видел мысли человека:
«Будьте вы прокляты,— метались мысли.— Если бы не вы, я бы уже оказался вне опасности. Я...»

Рука человека сделала торопливое движение, и между прутьями блеснул металл оружия, в ту же секунду изрыгнувшего струю огня.

Мысленный контакт с матерью на мгновение померк. Своими собственными ушами он услышал сдавленный рык; его собственные ноздри уловили запах паленого мяса. То не было ошибкой, картиной ее восприятия, ее реакции на удар пламени, вырвавшегося из просунутого между прутьями клетки ружья. Огненный бич вновь стегнул мать, но чернота уже исчезла из ее разума. Молодой эзвел видел, что двуногий подался вместе с ружьем назад, оказавшись вне пределов досягаемости страшных когтей.

«Черт побери! — рассердился человек.— Ну ладно, я задам тебе и отсюда!»

Должно быть, то была безумная боль, но ни малейший намек на страдания не проник в его мозг. Мысли матери заполонила бешеная ненависть. Она ни на мгновение не прерывала серию резких движений, бросаясь из стороны в сторону; в борьбе за жизнь она кружилась по тесной клетке, стрелой взвивалась вверх, каталась и скользила по полу.

Словно белка, она в мгновение ока взбиралась на двадцать футов по прутьям клетки, а затем с ловкостью и проворством обезьяны раскачивалась под потолком, цепляясь за горизонтальные прутья. Но постоянно, несмотря на отчаянные метания, какая-то часть ее разума продолжала мыслить невозмутимо и неспешно. Разящий огонь сначала не настигал жертву, но потом стал временами задевать ее. В конце концов, он стал поражать столь часто, что мать не смогла удержаться от мысли, что развязка уже близка. И одновременно с этой ее мыслью к нему пришла его собственная мысль: он понял смысл маневров, которыми она заставляла ружье оставаться вне клетки, прутья мешали следовать за быстрыми, стремительными пируэтами ее неистового кружения. Повторяя каждый бросок ее тела, струя огня натыкалась на решетку, и мощь его слабела, бесполезно расплавляя стальные прутья!

«Боже! — ворвались мысли стрелка.— Что же она не подыхает? И где этот проклятый щенок? Ладно, еще минуту — и пойду...»

Мысли прервались, когда шесть с половиной тысяч фунтов мощного тела в последней атаке устремились на ослабленные прутья клетки. Детеныш напряг все силы, противостоя возросшему давлению окружающих его мускулов,— и выжил, потому что даже в момент титанического усилия его мать контролировала эту особую группу мускулов. Молодой эзвел понял, что теперь находится под ней — под огромной обмякшей мертвой тушей, надежно укрывшей его. Он быстро осознал, что мать мертва, поскольку мысли и образ человека погасли в его мозгу. Теперь уже сам он уловил его мысли.

То были искаженные, нечеткие образы. Стрелок твердил про себя:
«Еще одна минута, лишь минута... и я пойду... выберусь из корабля...»

При приближении человека эзвел глубже вжался в тело матери. От страха звенело в ушах. Сейчас искали именно его; если безжалостный слепящий огонь настигнет его, гибели не миновать. В панике он забился еще глубже в окружающую податливую массу.

... И в это мгновение отверзлись врата ада. Раздался пронзительный скрежет корпуса о воздух. Казалось, рушится мир. Все шесть рук отказывались подчиняться. Навалилась невыносимая тяжесть. Мозг окутала темнота...

Мрак постепенно рассеивался. Где-то чувствовалось движение, доносились какие-то звуки; в сознание откуда-то вторгалась неразбериха человеческих мыслей... опасность! Тревога подстегнула нервы. Судорожными движениями детеныш забился в глубину спасительных складок неподвижной туши.

— Никогда не видел столь страшного месива! — ужаснулся кто-то.
— Что нас больше всего беспокоит? — откликнулся другой.— То, что его агрессивность сильнее даже чувства самосохранения. Конечно, он, по крайней мере, серьезно покалечен... что вы сказали, мистер Мак-Леннан?

— Я разговариваю с Келли,— последовал короткий, резкий ответ.— Так вот, Келли...
— Минуточку, босс. Я получил важное сообщение из чрезвычайного научного штаба. Угадаете? Калеб Карсон, замещающий сейчас профессора Джеймесона, прибывает специальным срочным рейсом, чтобы принять участие в поисках. Это внук старика Блейка Карсона, открывшего ту самую планету Карсона. Он будет здесь к полудню, приблизительно через два часа.

— Вот даже как! — вспылил Мак-Леннан.— Что ж, не думаю, чтобы он подоспел до того, как мы с ним разделаемся.
— Разделаемся? С кем?
— Не задавай идиотских вопросов! — прорычал командир.— Нам необходимо обнаружить пятисотфунтовую тушу эзвела. Представь на минуту, что после катастрофы одна из зверюг осталась живой.
— Боже!
— Скорее всего так и есть! — продолжал Мак-Леннан. — Знаешь, что будет, если эзвел успеет уйти, а вокруг на миллион квадратных миль простирается заповедная лесная зона? Он убьет каждого повстречавшегося человека!
— Похоже, мы уподобляемся мстителям.

— Еще бы! Именно для этого ты здесь и находишься. Свяжись с офисом управляющего заповедником и передай ему, чтобы он собрал огромнейших, свирепейших псов, каких только сможет найти. Желательно таких, с которыми травят медведей гризли. Дай ему понять, что на этом забытом Богом клочке земли произошло небывалое по опасности событие. Объясни ему, что на планете Карсона, откуда привезены эти убийцы, колонисты гибнут целыми поселками и что людей не спасают даже укрепленные города. Расскажи ему... Мне все равно, что ты ему скажешь, но пусть действует немедленно!

— Паркер!— скомандовал командир, по-видимому, пилоту.— Опусти аппарат пониже — следует присмотреться к местности на тот случай, если придется вести преследование... Так, теперь займемся этой старой гадиной: думаю, у нашей машины хватит мощности, чтобы подцепить ее и перевернуть. Одна из уловок этой породы состоит в том, что детеныш может спрятаться в складках кожи своей матери и...

Эзвел осторожно выбрался из своей пещеры. Его лапы — нечто среднее между руками и ногами — почувствовали что-то холодное и мокрое. Минуту он стоял, подрагивая от холода. Потянув носом воздух, он уловил запах паленого мяса, распространявшийся от тела матери. По нервам полоснуло воспоминание об ударах огненных струй и предсмертной агонии. Он отогнал страшное видение и попробовал оценить свои шансы. В мыслях двуногих промелькнул образ дикой лесной местности — картины деревьев и зарослей кустарников. Значит, рядом — отличное убежище. Зима? Это понять труднее: лишь ощущение яркой белизны, чем-то связанное с той холодной влагой, в которой оказались его лапы,— вязкая, налипающая масса. Она, несомненно, снизит быстроту броска, который ему предстоит сделать.

Над ним раздалось натужное рычание двигателя. Казалось, тело матери стало легче. Затем всем весом оно вновь осело на землю.

— Не вышло! — хлестнула мысль пилота.

 — Попробуй еще! — скомандовал Мак-Леннан.— Почти получилось. Прибавь горизонтального смещения, когда будешь тянуть, и она перевернется. Пошевеливайся!

Тело напряглось, как натянутая струна,— эзвел высунул свою почти квадратную голову. Три его блестящих глаза увидели картины, уже запечатленные в мозгу мыслями людей. Космолет развалился на три крупных обломка. Повсюду валялись искореженные металлические балки, оплавленные куски конструкций, разнесенные вдребезги контейнеры с грузом. На полмили вокруг из снега торчали обломки чудовищно исковерканных, смятых страшным ударом предметов. Невозможно было понять, что они прежде собой представляли. И за каждым обломком могло затаиться ружье, с которыми двуногие охотятся на эзвелов.

— Смотрите! — чья-то мысль и голос отвлекли его от раздумий.

Наступил решающий момент: человеческий вопль убедил детеныша, что ему необходимо изгнать всякий страх. Он осознал это совершенно отчетливо — не в те минуты, когда удары огня прервали жизнь его матери, а именно теперь. Нерешительность внезапно исчезла. Он сжался в комок. Непроизвольно его тянуло нырнуть обратно в складки спасительного тела матери. Но, завидев остолбеневших людей, уловив в их мыслях парализующий ужас, он вспомнил наставления матери о борьбе с собственным страхом.

И это воспоминание подхлестнуло его: мозг заработал быстро и отчетливо, мускулы вздулись в напряженной готовности. Он подался вперед и выбрался из-под тяжести огромного тела. Прямо перед ним на некотором расстоянии расстилался спасительный рай буйной растительности. Но, мгновенно и хладнокровно оценив ситуацию, он счел этот путь самым опасным. Слева столпилась группка невооруженных рабочих, в панике сгрудившихся при появлении зверя размером со взрослого льва. Справа растянулась редкая цепь людей с ружьями.
Именно на безоружных он и бросился. Заряженные ружья нацелились на него, но замерли в нерешительности, когда охотники поняли, что своим огнем могут смести группу рабочих.

«Болваны! — донеслась откуда-то сзади мысль Мак-Леннана.— Рассыпьтесь, если хотите уцелеть!»

Слишком поздно! Триумфально рыча, наслаждаясь предоставившимся случаем свести счеты с этой породой убийц, эзвел ворвался в центр кучки столпившихся людей. Кровь брызнула фонтанами, он в мгновение ока разделался со всеми, размахивая лапами в невероятном вихре ударов, рассекая когтями тела людей до костей. Сокрушив их, он преодолел жгучее желание разорвать тела врагов клыками — не было времени. Нагромождение обломков, пронзительные вопли остались уже позади. Со всех ног эзвел бросился к зарослям.

Вспышка огня, вылетевшего из ружья Мак-Леннана, зашипела позади. Эзвел вильнул на бегу, умело скрываясь от охотников за бесформенной грудой металла. Лучи ударили в металл, пробили его и раскаленными струями пронеслись над беглецом, когда он уже достиг запорошенных снегом мелких кустов. Темно-голубой стрелой он мчался через заросли кустарника, преодолевая пространство в четыреста ярдов, почти скрытый от преследователей нагромождениями обломков, камней и снега. На мгновение эзвел затормозил на валуне у края уходившей вниз долины. Там росли деревья и густой подлесок, земля была усеяна крупными валунами и торчащими там и тут скалами — необъятная страна, покрытая искрящимся снегом, дальний край которой исчезал в сияющей дымке.

 

Невероятно — он спасен, не пойман и даже не опален огнем! В мозг ворвался шквал мыслей людей, скрытых от него громадой задней секции разбившегося корабля.

«Паркер, берите быстрейший самолет и переправьте этих людей в ближайший госпиталь! Быстрее! Их еще можно спасти. Келли, что там с собаками?»

«Суперинтендант сказал, что может достать десяток. Их отправят самолетом — это займет около часа».
«Хорошо! Мы все отправляемся в штаб-квартиру заповедника и начнем, как только прилетит Калеб Карсон. В любом случае охота с собаками продлится не более двух часов».

Когда самолеты взмылив небо, эзвел припал к земле и затаился под кустами. Образы собак были не очень понятны, но вызывали смутную тревогу. Впрочем, стало очевидным, что они могли идти по следу и искать по запаху так же, как он. Это означает, что надо найти штаб заповедника и заблаговременно уничтожить собак.

Шло время. Он уже начал сомневаться в правильности направления. Но, так или иначе, самолеты полетели именно в эту сторону. Самолет! Одним невероятным прыжком эзвел достиг ниши в скале, и через мгновение над его головой стремительно пронесся самолет. Короткий всплеск человеческой мысли — Калеб Карсон! Тот самый ассистент таинственного профессора Джеймесона. А затем длинная сверкающая машина приземлилась где-то за деревьями слева от него. Там должен быть поселок.

Через несколько минут он увидел постройки — на значительном расстоянии от самолета. Темный предмет — автомобиль, подъехавший со стороны поселка к самолету, одиноко чернел на белом поле... и он понял... да, именно сейчас он мог напасть на собак — прежде чем этот человек по имени Карсон достигнет поселка и люди начнут свою охоту.

Сверкнув угольно-черными глазами, эзвел устремился к собакам из своей засады на вершине невысокого холма.

Десять... десять... десять... слишком много. Они были связаны цепью в единую группу и спали сейчас прямо на снегу, но, очнувшись, могли разом наброситься на него. Он уже почуял противный инородный запах собак, но радовался, что они находятся с его стороны и что его атака скрыта глухой стеной какой-то нежилой постройки от людей, находившихся в других домах: пройдут минуты, прежде чем люди прибегут сюда со своими всесокрушительными ружьями.

На бегу он увидел, что всего в четверти мили от него от самолета рванулся автомобиль напрямик в его сторону. По-видимому, Калеб Карсон заметил его атаку... Конечно, снег замедлял движение машины, но и это не могло задержать ее более, чем на две минуты.

Две минуты! К прочим неблагоприятным для него обстоятельствам добавилось и ограничение во времени. Но если он сможет убить этих собак, других пришлют не сразу. Тогда будет достаточно времени, чтобы затеряться среди лесистых гор.

Первый пес заметил его. Эзвел уловил испуг в его мыслях, когда тот вскочил на ноги. Раздался предупреждающий лай, и в мозгу собаки воцарилась молчаливая темнота после первого же сокрушительного удара. Эзвел резко развернулся и сомкнул челюсти на теле другой собаки, в стремительном броске нацелившейся на его шею. Зубы, способные оставлять след на металле, щелкнули в свирепом разящем укусе. Кровь хлынула ему в рот, противная и резкая на вкус. Едва он сплюнул ее с булькающим рычанием, как остальные восемь собак с дружным лаем набросились на него. Первую встретил страшный удар когтистой лапы справа снизу, подбросивший врага. Волчьи челюсти успели полоснуть темно-голубую руку, разорвав кусок мяса в лохмотья. Эзвел же успел в молниеносном выпаде достать собаку еще в полете и сомкнуть зубы на ее шее. Пальцы словно стальные зажимы глубоко врезались в плечи врага. В следующее мгновение собака отлетела словно выпущенное из пушки ядро на всю длину цепи, оборвавшейся от сильного броска. Собака проскользила по снегу еще немного и осталась лежать с разорванным горлом.

Эзвел встал на дыбы, изготовившись для сокрушительного броска на противников — и остановился. Собаки понеслись от него прочь — их воля была парализована страхом. Эзвел понял, что они впервые учуяли его запах во время этой внезапной атаки и теперь признали свое поражение.

Он замер в нерешительности, обдумывая дальнейшие действия. Шум двигателя автомобиля-снегохода был слышен уже отчетливо: ритмичные звуки мощной машины. Появились мысли людей. Но он все еще оставался на прежнем месте, изучая мысли собак. Здесь сомнений не оставалось: отныне с ним будет связано чувство панического страха.

Он быстро повернулся и с удивлением увидел, что машина остановилась футах в пятидесяти от него. Внутри сидел лишь один человек. Другой, по-видимому, остался присмотреть за самолетом.

То был Калеб Карсон — он сидел совершенно спокойно, распахнув дверцу машины. В руках у него было длинное, грозно поблескивающее ружье. Человек смотрел на него, ничуть не дрогнув. А затем — невероятный факт — из его невозмутимо уравновешенного мозга донеслась мысль, адресованная именно ему:
«Выслушай, — говорил он,— и постарайся понять. Я могу убить тебя прежде, чем ты сможешь уйти на безопасное расстояние. Это — скорострельная дальнобойная винтовка. Она выжжет огромную воронку в том месте, где ты стоишь. Я могу убить тебя, но не стану этого делать. Подумай над этим. И запомни, что, несмотря на то, что сейчас ты остался жив, твоя будущая жизнь или смерть будет зависеть от моей воли. Без моей помощи ты не сможешь выбраться отсюда, но моя цена высока. А теперь беги, пока не подоспели остальные!»

Эзвел устремился на холм — испуганный, пораженный, растерявшийся монстр. Лишь через несколько минут он сообразил, что собаки не осмелятся преследовать, и резко и неуклюже затормозил на снегу. Его мысли пришли в порядок. Бушующие эмоции улеглись. Случившееся сложилось в последовательную цепочку. Вновь в памяти ожило сказанное матерью в космическом путешествии: «Человек может признать свое поражение только от слепой животной силы. Раз уж мы хотим, чтобы они оставили нашу планету, нам следует притворяться бездушными свирепыми зверями. Если они догадаются о нашем интеллекте, то объявят войну и мощью оружия и ценой миллионов жизней уничтожат нас. И теперь кто-то из них догадался об истине. Если это станет общеизвестным, наша раса обречена!»

Кто-то догадался! Тот самый Карсон — самый опасный для цивилизации эзвелов человек — сейчас здесь. Детеныш невольно вздрогнул. Первоначально в его намерения не входило задерживаться возле опасного лагеря после нейтрализации собак. Но теперь стало очевидным, что он должен действовать, не считаясь с риском: Калеба Карсона надо убить.

— Не понимаю, почему собаки не идут по следу? — смутно донеслась из дома недовольная мысль Мак-Леннана. — На планете Карсона всегда используют собак.
— Но лишь собак, родившихся там же! — последовал не возмутимый ответ. И душевное спокойствие второго — а это был Карсон! — всколыхнуло такую ненависть у эзвела, что он вздрогнул всем своим существом и вжался в снег под небольшим ягодным кустом за домом суперинтенданта лесного заповедника. Карсон продолжил:
— Я многое почерпнул из некоторых документов профессора Джеймесона. Остальное стало результатом сопоставления с моими собственными выводами, опирающимися на тщательное изучение материалов дела. Когда Блейк Карсон впервые приземлился на этой планете, эзвелы не пытались причинить ему вреда. Этого не было, пока не стали приезжать колонисты  — лишь тогда эти существа стали такими убийцами. Видите ли, я и сам не понимал всего до вчерашнего потрясения — мне сообщили, что профессор Джеймесон на три... теперь уже на четыре дня опаздывает на Эристан...

— О, Джеймесон пропал без вести?
— Опасения весьма серьезные. В том районе находится несколько боевых космолетов раллов, и, конечно, никакой корабль не может вместить стационарный передатчик Ликсона для межзвездной связи. Поэтому он не мог послать предупреждения.
После короткой паузы Карсон продолжил:
— Так или иначе, его записи свидетельствуют, что он был близок к разгадке. Именно при изучении этих материалов у меня впервые промелькнуло правильное предположение. Вначале все казалось весьма неопределенным, но при рассмотрении его записей с этой точки зрения все становится объяснимым.

Эзвел видел, что в мыслях Карсона содержалась полная разгадка. Считал человек все это лишь предположением или был уверен в своей правоте, не имело значения. Именно такого поворота событий боялась его мать. Человек знал практически все. И если правда, что профессор Джеймесон сгинул, то сейчас в этом доме находился последний, кто обладал опасным знанием.

Карсон поделился своей догадкой. Значит, следует убить обоих.
В размышления эзвела вторглась обладающая холодом, удивительно недружелюбная мысль Мак-Леннана:
— Надеюсь, что ошибаюсь в своих сомнениях... Позвольте заметить, что я полдюжины раз бывал на планете Карсона. Ситуация там настолько плоха, что никакой домосед, изучающий обстановку по бумажкам, не может представить себе истинную картину. Сотни тысяч людей погибли в этой резне.

— Не будем углубляться в эту тему, но само количество жертв говорит о существовании у них интеллекта,— а это требует скорейшего решения проблемы.
— Так вы,— медленно произнес Мак-Леннан,— никогда не были на планете Карсона?

— Нет!
— Вы, внук Б лейка Карсона... Да-а, старая история: последующие поколения извлекают выгоду из дел великих предков,— едко вставил Мак-Леннан.

— Нет смысла называть имена,— более молодой собеседник оставался спокоен.
— И вы действительно будете настаивать, что этому эзвелу надо сохранить жизнь?
— Конечно. Это мой долг, да и ваш тоже — сохранить малыша до приезда профессора Джеймесона... Если он вернется...
— Думаю, вы понимаете, что может пройти немало времени, прежде чем мы его поймаем. За это время он может стать убийцей.

— Из-за опасности вторжения раллов,— ответил Карсон, противопоставляя подчеркнутое хладнокровие неистовому напору Мак-Леннана,— из-за огромного значения проблемы эзвелов правительство требует идти на любой риск.
— Черт побери! — прорычал Мак-Леннан.— Что до правительства, то считаю, назначать комиссию по расследованию фактов слишком поздно — словами уже не поможешь.
Следует немедленно объявить войну на систематическое истребление — вот решение! — и мы начнем с этого подлого детеныша.

— Мне подходит это предложение! — ворвалась мысль третьего человека.
— Карлинг! — воскликнул Мак-Леннан.— Возвращайся в постель, парень.
Молодой офицер разбившегося боевого корабля не унимался:
— Я лежал на кровати в соседней комнате и случайно услышал... Вот что я скажу вам, сэр! — вспыльчиво обратился он к Калебу Карсону.— Командир Мак-Леннан прав. Пока вы тут разговаривали, я припомнил многих людей, которых повстречал во время рейсов на планету Карсона и которые просто исчезли. Мы, молодые офицеры, еще посчитаемся за них.

— Это не пустая бравада,— коротко сказал Мак-Леннан.— К этому следует добавить аксиому службы, хорошо известную всякому солдату. Пока ты не утратил способности действовать или не получил другого приказа от непосредственного командира, ты обязан выполнять полученный приказ, несмотря даже на прибытие офицера более высокого звания.
— Я получу приказ для вас через час,— сказал Карсон.
— Через час,— ответил Мак-Леннан,— вы не сможете
найти меня. Эзвел будет убит до того...

Эзвелу эти слова напомнили о намерении перебить их, воспользовавшись предоставившимся удобным случаем. Именно сейчас под этой крышей находились трое мужчин, представляющих наибольшую опасность для него и его племени. Дверь находилась почти сразу за углом. Если он сможет разобраться в механизме замка, то быстро уничтожит их — решив тем самым все проблемы. Эзвел плавно выскользнул из засады.

В прихожей он испытал неясное чувство нависшей опасности и припал к полу у подножия лестницы, понимая, что подняться наверх — значит потерять шанс уйти незамеченным. Возможно, убив их, он сам окажется в западне. Грохот тарелок на кухне отвлек его внимание. Эзвел подавил желание ворваться туда и растерзать находившуюся там женщину. Он стал медленно подниматься по ступенькам, внимательно прислушиваясь к мыслям людей.


— Ха! Читают мысли! — насмехался Мак-Леннан. Он намеревался продолжить беседу, ибо ждал прибытия какого-то оборудования, и каждое произнесенное слово задерживало выход Карсона на радиосвязь для получения нужного ему приказа.— Должно быть, профессор Джеймесон спятил.

— Думаю,— съязвил Карлинг, вторя своему командиру, — что ученые собрали веские доказательства.
— Иногда,— подхватил Мак-Леннан,— они упорно придерживаются своих гипотез и стараются доказать их, даже несмотря на угрозу гибели половины человечества.
Карсон ответил раздраженно:
— Я не говорил, что профессор Джеймесон придержи вался такого мнения. Я лишь сделал такое предположение на основе его многочисленных записей, и особенно мне запомнилась одна фраза, сформулированная в виде вопроса: «Может ли цивилизация существовать без городов, ферм, науки и какая форма связи обеспечивает необходимый минимум общения?»

— Кроме того,— Карсон стремился переубедить собеседников, а не принудить,— наличие интеллекта у эзвелов было бы просто замечательно, а отсутствие отнюдь не дает оснований пренебрегать планами профессора Джеймесона сохранить жизнь молодого эзвела. В любом случае вам нет необходимости преследовать его. Он не протянет и трех недель на земной пище. Фактически для него это — яд.

При этих словах эзвел вспомнил противный вкус собачьей крови. Подойдя к двери, он пригнулся, тело напряглось. Во всяком случае, он может убить людей, уготовивших ему такую судьбу, и, кроме того, он знает по крайней мере одно место, где есть обильная пища для него.

Тем временем Мак-Леннан продолжал:
— Однако люди ели мясо эзвелов.
— Да, но приходилось подвергать мясо химической обработке, чтобы оно стало удобоваримым.
— Тошнит от этого,— проворчал Мак-Леннан.— В конечном итоге, я не усматриваю во всем этом достаточных доказательств. Поэтому поступать буду по-своему. Пара дюжин мелких вертолетов прибудет минут через пятнадцать. Нынче же днем мы прочешем окрестности. И вряд ли вы станете утверждать, что пятисотфунтовая темно-голубая туша останется незамеченной... Какого черта вы наставили на дверь ружье?

До эзвела донесся ответ Калеба Карсона:
— Перед самым вашим приходом я заметил эзвела, скрывающегося в кустах. Внутренне приготовившись к каким-то его действиям, я все-таки не ожидал, что он осмелится войти в дом — несколько секунд назад я услышал скрежет его когтей. Я бы не советовал ему входить. Слышишь, ты?!

Эзвел замер. Затем, горя ненавистью, он счел за лучшее скатиться по ступенькам. Могучим прыжком он вышиб дверь и рванулся через кустарник, на ходу уворачиваясь от языков пламени, устремившихся вслед за ним из окна второго этажа — Мак-Леннан неистово палил из пистолета. Эзвел бежал и бежал, бросался из стороны в сторону, пока наконец огромным прыжком не достиг деревьев и не скрылся за ними — галопирующий по снегу синий монстр. Его единственным желанием после провалившейся попытки убить было стремление спасти свою собственную жизнь. И еще — ему необходимо поесть. А пища для него была только в одном месте.

Он вышел на место катастрофы — перед ним лежала опаленная взрывом пустыня, усыпанная скелетами исковерканных конструкций. Ни звука, ни единой живой мысли не доносилось сюда, и он лежал, прислушиваясь мозгом и ушами. Долгую минуту эзвел не двигался, а затем огромными прыжками направился к обломкам. Где-то здесь были запасы пищи, заготовленные для его матери. Сколько он продержится на них, если сможет спрятаться,— другой вопрос. И уж вовсе не осмеливался он думать о том, что же делать, если повезет выжить. Предстояло усвоить миллионы изобретений этой чуждой цивилизации, похитить самолет и, наконец, захватить космический корабль.

Он заметил на снегу справа от себя тень винтокрылой машины и вжался в снег инстинктивным судорожным движением. Его мысли потеряли всякую логику и под влиянием не подвластных разуму эмоций превратились в невообразимые мечты: уподобиться какому-нибудь искореженному контейнеру или куску металла, стать одним из этих обломков.

— Не пытайся спрятаться,— уловил эзвел обращенную к нему мысль Калеба Карсона.— Я знаю, что ты должен был прийти именно сюда. Взрослый эзвел мог бы надеяться добиться успеха самостоятельно. Но молодому — неопытному и наивному — нужен совет. Настал час принимать решение.

Тихо рыча, эзвел следил, как вертолет, делая круги, спускался все ниже и ниже, пока не завис не более чем в сотне футов над землей. В яростном отчаянии эзвел встал на задние лапы, словно хотел каким-то невероятным образом дотянуться до машины и изо всех сил швырнуть ее оземь. Тут же вторглись невозмутимые мысли Карсона:
— Отлично! Встань и будь человеком, насколько способен. Тебе предстоит стать человеком в душе или умереть. Объясню подробнее. Мак-Леннан убежден, что я ошибаюсь; он и Карлинг будут здесь через пять минут! Пять минут на то, чтобы полностью изменить свое отношение к жизни. Я не стану утверждать, что это совершенно свободный выбор... Люди не ангелы, но они должны узнать, что звезды обладают интеллектом. Мы боремся с воинственной расой Раллов, и планета Карсона нужна нам в качестве своего рода передовой базы в противоборстве с этими отвратительными белыми червями. Помни также, что и тебе нет смысла умирать смертью мученика. Опираясь на тезис разумности эзвелов, мы развернем соответствующую пропагандистскую кампанию. Повсюду на планете Карсона люди, измученные борьбой с — как они полагают — животными, окажутся перед необходимостью пересмотреть моральную сторону конфликта, поскольку выяснится, что им противостоят разумные существа. Если ты согласишься, я научу тебя всем человеческим достижениям. Ты станешь первым эзвелом-ученым. Если ты умеешь читать мысли, то понимаешь, что я искренен в каждом слове.

Звучало заманчиво. Знания расширят возможности. Важность решения, которое сейчас предстояло принять, подавляла его.
— Продемонстрировать выбор тебе будет нетрудно, — мысленно продолжал Карсон.— Через минуту я посажу вертолет. Этот аппарат весь сделан из металла и разделен на два отсека. Ты не сможешь ворваться в мое отделение и убить меня. Я открою дверь твоего отсека. Когда ты зайдешь туда, дверь плотно закроется. Боже! Сюда направляется Мак-Леннан!

Вертолет почти упал на землю — так поспешно Карсон бросил его вниз. Он приземлился в какой-то сотне футов от эзвела. Дверь откатилась. Донеслось настойчивое:
— Решайся!
Но эзвел по-прежнему стоял в нерешительности. Перед его мысленным взором пронеслись видения огромных городов, кораблей, космических лайнеров под управлением эзвелов. Затем он вспомнил слова матери, пробудившие безмерный страх перед таким шагом.
— Быстрее,— бились мысли Карсона.

Рядом взметнулось пламя; времени на раздумья не осталось. Времени могло хватить лишь на то, чтобы воспользоваться предложенным шансом. Пламя вновь опалило его, когда он был уже возле вертолета Карсона, ударив в хвостовое оперение машины. Эзвел скрылся от преследователей за корпусом летательного аппарата — именно такой маневр в мысленных расчетах Мак-Леннан считал наиболее нежелательным. Еще один прыжок — и эзвел оказался внутри вертолета. Рядом приземлился другой аппарат. Два человека с ружьями устремились к нему. В их мыслях эзвел прочитал смертный приговор и хотел было выскочить, чтобы вновь попытаться скрыться. Но в этот момент дверь с лязгом захлопнулась перед ним. Ловушка...

Ловушка? Открылась другая дверь. Эзвел издал ужасающий рев, оказавшись в одном отсеке с Карсоном. Мысли смешались: наконец-то подвернулся счастливый случай убить этого человека, как наказывала ему мать. Но хладнокровие мыслей ученого заставило совладать с импульсивным желанием нанести смертельный удар. Калеб Карсон хрипло произнес:
 
— Я пошел на чудовищный риск, поскольку все проделанное тобой за это время доказывает, что ты обладаешь интеллектом и понимаешь мои мысли. Мы не можем улететь — выстрел Мак-Леннана повредил хвостовое оперение. Значит, именно сейчас мы должны предъявить решающее доказательство. Видишь, я открываю дверь, отделяющую нас от них. Ты можешь убить меня и, если повезет, успеешь убежать. Другой путь — улечься у моих ног и мирно встретить их приход.

Дрожа от внутренней борьбы, эзвел приблизился к нему и распластался на брюхе, смутно улавливая изумление Мак-Леннана, обильно приправленное проклятиями.

Он вдруг почувствовал себя юнцом, неопытным и робким, но уже многого достигшим. Воображение рисовало ему картины его величия в мире эзвелов — в мире технических конструкций на заре динамичного развития новой цивилизации.


Рассказчик замолк, и воцарилась тишина. Наконец, кто-то заметил:
— Сдается мне, этот внук первооткрывателя планеты Карсона — чрезвычайно хладнокровный малый.
Другой вставил:
— Калеб Карсон не знал, что число погибших на планете Карсона составило почти тридцать миллионов, а в подобных случаях необратимость войны пропорциональна количеству жертв. Он не обладает чувством реальности. Его решение запоздало.

Зачинщик дискуссии заговорил торопливо, с видимым удовлетворением:
— Суть в том, что всегда найдется кто-нибудь, кто по тем или иным причинам увидит проблему в новом свете. Разгадку событий на планете Карсона внук ее первооткрывателя нашел где-то между строк в записях профессора Джеймесона.
Один из присутствовавших спросил:
— Но почему мы еще ничего не слышали об этом «втором решении»?

Рассказчик тотчас удовлетворил его любопытство:
— Неудивительно — все произошло совсем недавно. На следующий же день наблюдения профессора Джеймесона и выводы Карсона получили широкую огласку. И уже на прошлой неделе я прочел сообщение, что на планету Карсона назначен новый координатор. Его зовут Калеб Карсон.

В этот момент к рассказчику подошел мальчик-посыльный и сказал:
— Командир Мак-Леннан, с вашего корабля пришло донесение. Вы должны ознакомиться с ним в комнате отдыха.

Все изумились необычайной для такого гиганта стремительности, с которой он ринулся в комнату отдыха. Как нередко случается, смысл этого аргумента мы осознали лишь минуту спустя.

Перевел с английского П. Павленко 

Просмотров: 3490