Солнечные цапли Пеньяс-Бланкас

01 июля 1994 года, 00:00

Солнечные цапли Пеньяс-Бланкас

Не так давно американские орнитологи Майкл и Патриция Фогден, прекрасные фотографы, провели наблюдения за жизнью малоизвестной и очень красивой птицы, встречающейся в тропических лесах Коста-Рики, — солнечной цапли. К вымирающим видам она пока, к счастью, не относится, но знают о ней до обидного мало.

— Какая-то птица размером с небольшую цаплю взмыла над быстрой рекой Пеньяс-Бланкас, и под яркими лучами солнца на ее распростертых крыльях сверкнули пятна черного, каштанового и золотого цвета. Она пролетела в нескольких футах от валуна, на котором мы сидели, затем приземлилась и пошла, изящно ступая, вдоль кромки воды. Не двигая головой, птица вытянула длинную шею и сделала еще два небольших шажка. Когда она остановилась, тело ее покачивалось из стороны в сторону, но голова была неподвижна. Скоро птица — это была солнечная цапля — привыкла к нам настолько, что стала искать пишу почти у наших ног, — рассказывает Майкл Фогден.

Орнитологи стали очевидцами сцены, которую могли наблюдать на таком близком расстоянии лишь немногие люди. Хотя солнечные цапли часто содержатся в зоопарках и даже размножаются в неволе, об их жизни в природе сведений нет. Цапли — самец и самка — паслись рядом с людьми несколько недель и в конце концов просто перестали обращать на них внимание. Коллега Фогденов — Брюс Лайон незадолго до их поездки первым обнаружил здесь, в горах Тиларан, в Коста-Рике, недостроенное гнездо этих цапель, и теперь они втроем ежедневно навещали птиц и, вероятно, были первыми из ученых, которым довелось наблюдать на природе выведение и выкармливание птенцов солнечных цапель.

Солнечная цапля настолько необыкновенна, что ее выделили в самостоятельное семейство Eurupugidae. Ее ближайшими родственниками оказались пастушки и журавли. Хотя областью распространения вида можно считать всю территорию влажных тропических лесов Центральной и Южной Америки, гнезда солнечной цапли и места кормежки расположены только по берегам быстрых рек, у покрытых лесом подножий гор. Считавшаяся и раньше довольно редкой птицей, сейчас она встречается все реже и реже — места ее обитания страдают от деятельности человека. Та пара, о которой идет речь, жила в очень отдаленном участке леса с буйной растительностью вдоль реки Пеньяс-Бланкас.

Солнечные цапли — и самцы, и самки — имеют великолепно окрашенные крылья с рисунком, напоминающим диск Солнца с лучами, чем и объясняется ее название. Когда их крылья распростерты, отлично видно два пятна, похожих на огромные, широко открытые глаза. В отличие от других ярко окрашенных птиц, самцы которых красотой своего оперения главным образом и привлекают самок в брачный период, солнечные цапли пользуются своими «глазами» на крыльях исключительно для устрашения врагов.

...Когда лучи солнца пробились сквозь облака, что бывает крайне редко во влажном Тиларане, орнитологам, наконец посчастливилось увидеть эти крылья во всей красе. Обе птицы раскрыли их навстречу солнечному теплу на несколько счастливых минут, а потом хвостом стали слегка похлопывать поочередно по каждому из перьев крыла, как бы прихорашиваясь — этого ни чета Фогденов, ни Брюс никогда не наблюдали у других птиц.

Свое гнездо цапли построили у реки, на высоте примерно 3 метров, на дереве, росшем почти горизонтально из расщелины крутой скалы. Гнездо напоминало большую чашу, слепленную из сухих листьев и грязи, и прикрепленную к ветке, толщиной всего в четыре сантиметра. Мхи, папоротники и орхидеи в изобилии росли вокруг на скалах.

В середине апреля в гнезде уже лежали два желтых яйца, испещренные темно-коричневыми пятнами. Вначале оба родителя пугливо прятались, когда орнитологи приближались к своему укрытию, устроенному за валуном. На восьмой день при их появлении они уже остались на месте. Но если люди подходили слишком близко, птицы высовывались из гнезда и выражали свое недовольство резкими скрипучими криками. А еще через несколько дней цапли перестали замечать людей вообще, и те поселились почти совсем рядом с гнездом, неся свою унылую вахту.

Это было действительно скучно, так как каждый из родителей сидел на яйцах ужасно долго, обычно два полных дня без перерыва. Почему цапли поступают именно так — это их великая тайна. Некоторые из морских птиц тоже высиживают яйца длительное время; очевидно, причина этого в том, что им приходится преодолевать огромные расстояния между колониями их гнездовий и местами кормежки. Территория же, на которой кормились солнечные цапли, начиналась прямо у гнезда...

Наконец через 26 дней на одном яйце появилась маленькая трещина. Еще через два дня вылупился первый птенец, а на следующий день — второй. Едва обсохнув, птенцы выглядели удивительно красивыми, покрытыми изящными узорами. Они были очень похожи на выводковых птенцов ржанок и песочников, и в какой-то момент орнитологи даже решили, что они вот-вот покинут гнездо. Но нет, птенцы оставались в нем несколько недель в полной зависимости от кормящих их родителей.
 
«В первые дни после рождения птенцов родители по очереди согревали их и, охотясь за пищей, никогда не оставляли гнезда без присмотра одного из родителей, — продолжает свой рассказ Майкл Фогден. — Но через две недели птенцы уже оставались без охраны по нескольку часов ежедневно, хотя все еще казались беспомощными. Однажды их заметил большой черный сокол, сидевший на выступе скалы на другом берегу речки, но он увидел и нас за валуном и поэтому не решился напасть. В другой раз их чуть было не обнаружила похожая на куницу тайра, а однажды им грозила опасность от черной змеи.

С самого начала взрослые птицы приносили птенцам ту же самую пищу, которую ели и сами: лягушек, головастиков, пресноводных крабов, но главным образом — крупных, неприятных на вид, живущих в воде личинок насекомых коридалов. Одна из принесенных ящериц была настолько большой, что птенец не смог заглотить ее сразу и четыре часа хвост ящерицы свисал из его клюва, пока он не переварил ее переднюю часть».

Через две недели птенцы стали похожи на уменьшенные копии взрослых птиц. К этому времени они научились принимать угрожающие позы, трепетать крылышками и делать пируэты по всему гнезду. Они высовывались из него, пытаясь поймать пролетавшие мимо листья, а иногда и бабочку. К сожалению, один из птенцов был очень маленьким, и через 20 дней он исчез. Скорее всего выпал из гнезда в реку и утонул.

На 30-й день после рождения выживший птенец выпорхнул из гнезда, пролетел над рекой примерно с десяток метров и совершил посадку у кромки воды. Внимательно наблюдавшая за ним мать поспешила к нему, возбужденно крича, и перебралась вместе с ним ближе к скалам на берегу реки. Вместе они пошли по берегу, перелетая через труднопроходимые места, и исчезли из виду за изгибом реки.

«Через полтора часа мы обнаружили их в нескольких сотнях метров вниз по течению. Птенец сидел на дереве на высоте пяти метров, а один из родителей кормил его крабами. Теперь, когда он уже «встал на крыло», наша идиллия завершилась.
Но у этой истории есть «постскриптум». Через три недели, после долгих и сильных проливных дождей, по реке Пеньяс-Бланкас с ревом

пронеслась многометровая водяная стена. Вскоре после этого мы посетили место нашего наблюдения и нашли берега совершенно опустошенными. Дерево с гнездом было смыто водой. Но хочется думать, что наши цапли, где бы они ни были в тот момент, вовремя достигли безопасного места».

По материалам журнала «International wildlife» подготовил Е.Солдаткин

Просмотров: 5631