Пиратский Вавилон

01 февраля 1996 года, 00:00

Был июньский день 1692 года. Солнце над Ямайкой приближалось к зениту, и город Порт-Ройал, расположенный на песчаной косе, тонул в потоках вязкого зноя. Небо было безоблачным, а Карибское море — гладким, как зеркало. Но эта духота! Она тревожила горожан: именно в такую жаркую и безветренную погоду почти каждый год отмечались подземные толчки. Впрочем, жители привыкли к ним, и, казалось, ничто не могло нарушить обычный ритм их жизни.

...В гавани лениво покачивались корабли с убранными парусами, некоторые стояли в доках под разгрузкой. Место для кренгования судов занимал фрегат «Сван»; экипаж неохотно скоблил его заросшие ракушками и водорослями борта.

...Вдоль грязной улицы Темзы, держась тени, прохаживались матросы; за кирпичными, покрытыми штукатуркой стенами домов вяло двигались слуги, готовившие полуденную трапезу. На кухне Джеймса Литтлетона, жившего за Форт-Джеймсом, варились в медном котле аппетитные куски говядины и черепашьего мяса.

...Вдоль причала Хамфрея Фримена прогуливался состоятельный горожанин. Он достал свои искусно отделанные и покрытые кожей латунные часы, стрелки показывали почти без четверти двенадцать. Горожанин уже хотел повернуть домой, как вдруг, на какой-то миг, ему показалось, что все вокруг замерло. Затем деревья согнулись от ураганного ветра, хлынул проливной дождь, и море, вспенившись, обрушилось на берег. Земля вздрогнула, деревянный причал закачался. С гор донесся глухой рокочущий шум, похожий на отдаленный гром. За первым подземным толчком сразу последовали второй и третий. В течение нескольких секунд вся береговая черта оказалась под водой. Прочные Форт-Джеймс и Форт-Карлисл пропали, будто их никогда и не было, а волны все еще продолжали накатывать на уцелевшую часть города.

Глубокие трещины, расколовшие землю, жадно поглощали здания и охваченных паникой людей. Вот как описывал эту трагедию один из уцелевших жителей Порт-Ройала: «Несколько судов и шлюпок в гавани перевернулось и утонуло. Среди оставшихся фрегат «Сван»... был заброшен на крыши домов... Он не перевернулся и тем самым помог нескольким сотням людей спасти свои жизни». Через несколько минут все было кончено. Море поглотило две трети города и унесло с собой около двух тысяч человек. К заходу солнца более 1800 домов скрылись в водах Карибского моря, а то, что осталось над водой, представляло собой всего лишь кусок суши в десять акров площадью, похожий на песчаную банку.

Прошло почти три века, и вот в 1953 году судно «Си Дайвер» направилось к городу Порт-Ройал. Построенное специально для проведения подводных археологических исследований, оно было сконструировано руководителем экспедиции Эдвином А.Линком, известным изобретателем авиационных и электронных приборов, и полностью отвечало требованиям, предъявляемым к подобным кораблям.

Судно для подводных археологических работ «Си Дайвер» принимает на борт находки, поднятые с морского дна на месте затонувшего Порт-Ройала. удачные дни «улов» экспедиции исчислялся десятками предметов, бесценных для археологов.

Специальная камера, в которой находилось все водолазное оборудование, размещалась в корме судна. На палубе стояли тяжелые стрелы и электрические лебедки для подъема пушек и других больших предметов со дна моря, а на кормовой палубе — катер «Риф Дайвер» с водореактивным двигателем.

Одновременно с постройкой «Си Дайвер», потребовавшей около двух лет напряженного труда, составлялась карта старого Порт-Ройала, что также оказалось огромной проблемой. Единственная карта, которую удалось найти в архиве, была составлена в 1827 году правительственным топографом Филиппом Моррисом. На ней были изображены границы старого города, а также участок суши, оставшийся после землетрясения. Беда заключалась в том, что объекты на карте не совпадали с сохранившимися наземными ориентирами. Позднее в Британском музее была обнаружена еще одна карта, составленная тоже после землетрясения, но более соответствующая сегодняшней топографии. С помощью этих карт и результатов обследований района, полученных от правительства Ямайки, Линк сумел установить расположение улиц и зданий города, находящихся под водой.

Наконец все было готово к экспедиции. Каждый ее участник полностью осознавал важность предстоящих исследований. Затонувший Порт-Ройал давно привлекал внимание археологов. В отличие от городов, расположенных на суше и постоянно меняющих свой облик, он остался точно таким же, каким был более двух с половиной веков назад, в момент землетрясения. И все, найденное среди руин, могло правдиво рассказать о жизни того времени. А рассказать было о чем.

Вероятно, уже около 1300 года клочок суши, позднее получивший название Порт-Ройал-кей («кей» — коралловый риф или песчаная отмель), использовали рыбаки-араваки, коренные жители Ямайки. После захвата острова англичанами в 1655 году здесь вырос город. Сопротивление испанцев, также претендовавших на эти земли, прекратилось, когда в 1658 году предводитель обитавших в зарослях беглых рабов-маронов Хуан де Болас уступил власть полковнику Д`Ойли, первому гражданскому губернатору Ямайки. В том же году коммодор Мингс, стоявший во главе обосновавшихся в Порт-Ройале пиратов, взял штурмом Кампече в Мексике, а также ряд городов в Венесуэле. Свезя награбленное добро в свое ямайское убежище, он создал прецедент, который вдохновил на подобные «подвиги» многих.

Один из приезжих с острова Барбадос писал, что население процветавшего Порт-Ройала в те годы достигало восьми тысяч человек, одну половину которых составляли выходцы из Африки, а вторую — переселенцы из Азии и Европы (преимущественно англичане). В городе насчитывалось около двух тысяч кирпичных, каменных и деревянных зданий, причем некоторые из них имели по четыре этажа и ценой не уступали домам на Мэйфер в Лондоне. Приезжий обратил также внимание на обилие укреплений и церквей, глубоководную гавань со множеством причалов, четыре рынка, синагогу, католическую часовню, молитвенный дом квакеров, королевские пакгаузы, обширные складские помещения, десятки таверн, зверинец, военные плацы и мосты.

Порт-Ройал достиг зенита своей славы, став базой для операций Генри Моргана, известного пирата XVII века. Он разграбил многие испанские города на побережье Карибского моря. Порт-Ройал, имея прекрасную гавань и хорошо укрепленный берег, представлял собой идеальное прибежище для пиратской братии. В условиях конкуренции между Англией и Испанией британские власти сознательно поддерживали этих мародеров, главными целями которых являлись испанские корабли и города. Флибустьерский темперамент определял и образ жизни города. Даже после смерти Генри Моргана, когда пиратам в Порт-Ройале уже не оказывали былого гостеприимства, его жители славились как «самые неверующие и развращенные люди». В городе бурно процветали азартные игры, вдоль улиц тянулись таверны, предлагавшие хмельной ром, обильную пищу и женщин легкого поведения.

Большая часть богатств, добытых пиратами, быстро оседала в руках бессовестных городских торговцев. Сейфы и склады были переполнены добычей — золотыми и серебряными слитками, иконами, ювелирными изделиями с драгоценными камнями, роскошными шелками и парчой, дожидавшимися отправки в Англию и на континент в обмен на деньги и разные товары.

После катастрофы 7 июня 1692 года на дне гавани оказалось 13 акров застройки, еще 13 акров смыло цунами. Было потеряно по меньшей мере 50 судов и множество ценностей, включая груз флотилии, затонувшей в 1691 году у банки Педро в 110 милях к югу от Ямайки и разграбленной мародерами из Порт-Ройала.

Большинство выживших остались в Порт-Ройале, иные перебрались на противоположную сторону гавани и обосновались в Кингстоне, который в то время был всего лишь не приметной деревушкой. Тех, кто предпочел остаться, ждала еще одна катастрофа, случившаяся в 1703 году, — город уничтожил пожар. Несколько ураганов, пронесшихся здесь в последующие годы, скрыли остатки города под слоем песка и ила. Впрочем, не навсегда. В XIX веке ныряльщики королевских военно-морских сил, несколько раз совершавшие погружения в районе затонувшего города, убедились в его существовании. И вот Фортуна дала возможность попытать счастья Эдвину Линку...

Первой задачей экспедиции было проведение тщательного обследования участка дна с помощью гидроакустических станций. За это взялся капитан П.Вимс, всемирно известный навигатор. Устанавливая акустическую аппаратуру под соответствующими углами, он фиксировал любое резкое изменение глубины, и результаты промеров тотчас наносились на карту. Так удалось оконтурить ряд фундаментов сооружений. Из них — для начала — выбрали Королевские товарные склады. Они представляли собой комплекс ангаров, где, согласно описям, «под охраной короны» находились ценные товары. Размеры ангаров гарантировали удачу, даже если карта Вимса оказалась бы недостаточно точной. Мощный грунтосос начал медленно вгрызаться в морское дно... Водолазы работали у открытого конца трубы-насадки грунтососа, спасая все появлявшиеся из грунта предметы.

В течение нескольких дней на дне моря на небольшом расстоянии друг от друга были пробиты несколько отверстий. Ни в одном из них не оказалось ни одного предмета, относящего ко времени землетрясения. Не была найдена и стена здания. Подъемник доставлял только грязь, ил и гравий со случайными осколками фарфора и стекла. Что могло случиться с королевскими товарными складами? Ответ оказался прост — археологи начали поиски как раз в пространстве между домами.

После долгих обсуждений и тщательного изучения карты судно «Си Дайвер» было передвинуто на место вблизи восточной стены Форт-Джеймса. И находки посыпались как из рога изобилия. Первым был поднят медный черпак с длинной ручкой. За ним последовали несколько сломанных оловянных ложек, основательно изъеденное коррозией оловянное блюдо и множество зеленовато-черных бутылок XVII века из-под рома, известных благодаря своей форме как «луковичные». Показались и остатки стены. Не было сомнений, что исследователи наткнулись наконец на следы землетрясения. Работа закипела — несмотря на нулевую видимость и множество опасностей, подстерегавших водолазов в мутной воде. На грязном дне таились морские ежи, ядовитые скаты, мурены и скорпены. Часто у поверхности моря мелькали акулы и барракуды. Невидимые в поднятой грунтососом жиже, они были особенно опасны для ныряльщиков.

В конце лета, когда завершились работы, выяснилось, что, как ни удивительно, ни один водолаз не получил никаких серьезных повреждений, лишь порезы, да еще проблемы с ушными перепонками из-за слишком быстрого всплытия с глубины. Находки же исчислялись сотнями. Среди них: кухонное оборудование — котлы с остатками пищи, деревянные подносы для хлеба, оловянные тарелки и ложки, сковородки, медные подсвечники, курительные трубки и бутылки — сотни бутылок. Потрясенный их количеством, Бернард Льюис, директор Института Ямайки, заявил журналистам: «Я уверен, что здесь бутылок XVII века больше, чем в любом другом месте мира. Создается впечатление, что старый Порт-Ройал больше всего времени тратил на пьянство и курение». Дотошный капитан Вимс определил и владельца таверны. На древней карте в этом месте значилось хозяйство, принадлежавшее Джеймсу Литтлетону. Найденные кусочки штукатурки, черепицы и обломки стен позволили определить конструкцию и внешний облик здания.

Однако самой уникальной находкой оказались прекрасно сохранившиеся латунные часы со следами покрытия из кожи. Клеймо мастера-часовщика помогло установить дату их изготовления. Они были сработаны в 1686 году Полем Блонделем, гугенотом-эмигрантом из Чалонса. Время — 17 минут до полудня, установленное благодаря рентгеновским снимкам следов от стрелок, указывало точное время катастрофы.

Приближался сезон ураганов, и «Си Дайвер» должен был перемещаться на более безопасную стоянку у берегов Флориды. Участники экспедиции с сожалением прощались с тайнами пиратского Вавилона. За десять недель работы над затонувшим городом было сделано очень многое. Самое главное, была составлена наиболее точная из существующих карт Порт-Ройала — карта города до землетрясения. «Тем не менее, мы сознавали, — подвел итог Эдвин Линк, — что обследовали только то, что лежало неглубоко. Понадобится много лет напряженного труда, чтобы провести тщательное обследование. Нам посчастливилось найти и определить отдельные точки, в которых мы и сосредоточили поиски. Но это только начало. Когда-нибудь люди вернутся сюда и будут вознаграждены таким множеством находок, что наши успехи покажутся незначительными».

Линк не ошибся. Спустя шесть лет на «улицы» затонувшего города спустились подводные археологи экспедиции Роберта Маркса, организованной Институтом Ямайки и Комиссией национального фонда. Первым этапом работы экспедиции было уточнение карты Порт-Ройяла. Так же как и для Линка, это оказалось огромной проблемой. Темная вода над затонувшим городом не позволяла использовать аэрофотосъемку и другие средства визуальной разведки. Для поиска металла был применен специальный детектор, а для обнаружения стен зданий — старый, но верный металлический щуп длиной два с половиной метра. Другой проблемой были колоссальные масштабы работ. Так, чтобы составить карту всего лишь одного городского района площадью примерно семьдесят на сто метров, где находились тюрьмы, рыбный и мясной рынки, лавки ремесленников и частные дома, потребовалось несколько месяцев. Но никакие трудности не могли остановить ученых.

Первой большой находкой экспедиции стала обвалившаяся стена, вокруг которой были разбросаны кухонная утварь и оловянная посуда, бутылки из-под рома и свыше пятисот курительных трубок. Это становилось традицией — в начале работ находить таверну. На этот раз она принадлежала некоему Ричарду Коллинзу. Догадку подтвердили инициалы «Р.К.», нанесенные на двух оловянных тарелках и ложках. Очень важным событием было открытие двух не обвалившихся домов. Потребовался целый день для того, чтобы откопать верхние полтора метра здания длиной 10 метров и шириной 5, при толщине стен 60 сантиметров. Эти раскопки чуть не обернулись трагедией. Когда Роберт Маркс зарисовывал сооружение, одна из стен рухнула, придавив его. К счастью, она прижала его лицо к клапану продувки легочного автомата, и водолаз продолжал получать воздух и тогда, когда был без сознания. Сбросить накрывшие его остатки стены Роберту не удалось. Выход был только один — прокопать руками путь вперед. Роберту показалось, что прошли годы, прежде чем кончики его пальцев нащупали край стены. Извиваясь, он продвигался по прорытому тоннелю, пока не освободил руки и голову. Неожиданно легочный автомат застрял между двумя кирпичами. Запас воздуха в акваланге иссякал. С каждой секундой дышать становилось все труднее. Оставался последний шанс — со всей силой Роберт рванулся вперед, легочный автомат оторвался, и обессиленный водолаз вырвался из объятий подводного города... Награда последовала спустя несколько дней. Это были прекрасно сохранившиеся серебряные карманные часы лондонской фирмы «Гиббс» и сундук со старинными испанскими серебряными монетами. Архивные документы рассказали, как сокровища, принадлежавшие испанской короне, оказались в Порт-Ройале. Они были подняты и доставлены в Порт-Ройал, рыбаками с трех испанских галеонов, потерпевших крушение недалеко от острова.

Известие о найденных ценностях, стоимость которых досужие языки преувеличили в несколько сот раз, облетело Ямайку. Потребовалось несколько недель, чтобы полиция успокоила взбудораженных обывателей и охотников за сокровищами. В последующие дни было обнаружено еще несколько тысяч испанских серебряных монет хорошей сохранности, золотые кольца и запонки, детали больших часов и прекрасная статуэтка из китайского фарфора, изображающая женщину с ребенком на коленях. На этот раз полиция понадобилась не только для того, чтобы удержать любопытных, мешающих работать, но и для защиты сотрудников экспедиции. Местная мафия угрожала им смертью, требуя поделиться находками. В дело включились и политики. Оппозиция обвинила партию, стоявшую у власти, в том, что она украла сокровища, а парламент вообще поставил вопрос о прекращении работ. К счастью для подводных археологов, все обошлось. Это и позволило Роберту Марксу сделать еще одно открытие. Он нашел останки корабля водоизмещением 250-300 тонн. Размеры орудия, найденного поблизости, свидетельствовали о том, что это был военный корабль. Части кирпичной стены, найденные под килем и на корабле, говорили о том, что он затонул во время землетрясения. Согласно сведениям, полученным из английского адмиралтейства, единственным военным кораблем, погибшим вместе с Порт-Ройалом, был фрегат «Сван». Он имел длину около 25 метров и водоизмещение 305 тонн. Эти данные полностью соответствовали параметрам обнаруженного экспедицией судна.

Раскопки под руководством Роберта Маркса продолжались до 1968 года, но и они приоткрыли лишь часть тайн затонувшего города. По мнению специалистов, сегодня Порт-Ройал является одним из самых значительных археологических объектов в мире и требует целенаправленных работ с использованием современных методов поиска и подводных раскопок. Это стало возможным с 1981 года благодаря совместной программе правительства Ямайки и Института подводной археологии при Техасском университете.

В 1992 году Порт-Ройал отметил трехсотую годовщину землетрясения, уничтожившего город. К этому времени был, в основном, восстановлен исторический центр Порт-Ройала, проведены новые исследования в его затонувшей части, давшие бесценные сведения о жизни одного из легендарных городов, получившего название «пиратский Вавилон».

Александр Окороков

Просмотров: 5457