Новые и старые бизоны

01 августа 1997 года, 00:00

Новые и старые бизоны

Чудные здесь названия! Вот мелькнуло озеро с финским именем Хейккилла. Территория, по которой мы ехали, зовется Бойс-Форт, что на самом деле французское Буа-Форт. А направлялись мы к племени чиппева.

Такова северная Миннесота. Первыми на земли коренных обитателей этих мест пришли французы, оставившие здесь следы в виде географических названий. В конце прошлого века появились финские горняки и фермеры. Ну а индейцы оказались в резервациях, которые обычно представляют собой небольшие изолированные друг от друга территории. Мы же ехали в часть резервации чиппева Бойс-Форт, названной по озеру Нетт-Лейк.

Дикий рис

На встречу с журналистами в здание администрации, точнее правительства, племени пришли многие здешние активисты, старейшины и молодежь!..
Я разглядывал юношей и девушек, севших тесной группой у одного из концов стола. Смотрелись они вполне обычно и даже обыденно: шорты, футболки... Мало что выдавало в них краснокожих. Только у некоторых были заметны признаки вырождения: алкоголизм, бич большинства резерваций, оставляет свои следы.

Вошла пожилая индеанка. «У нее девять детей и тридцать пять внуков», — прошептал мне на ухо Тэдд Джонсон, главный юрист племени, который вел встречу.

Я, памятуя об индейской почтительности к старшим, знакомой всем по кинофильмам, ждал, что молодежь вскочит, начнет предлагать старушке место. Никто из них, к моему удивлению, даже не пошевелился. Вот как ломаются стереотипы! — подумал было я, и в этот самый момент директор по экономическому планированию резервации Девид Дэнз внес стул и усадил многодетную мать.

Киношные стереотипы в отношении индейцев все-таки живучи, и многие из них вполне соответствуют действительности. Помню, мой знакомый из Миннеаполиса, имеющий дом в многорасовом квартале, где живет и немало индейцев, рассказывал: как-то в преддверии Рождества собрались местные «общественники» и решили устроить для бедняков на праздник бесплатную кухню с обедами. Белые, вспоминает знакомый, стали тут же создавать какой-то оргкомитет, черные — шуметь, кричать. Индейцы, не проронив ни слова, ушли. И пропали до самого сочельника. Появились молча с палатками для раздачи обедов, молча поставили их и снова разошлись. «Где вы были, куда исчезли?» — «А что? Мы ведь обо всем уже договорились».

Поселок на берегах Нетт-Лейк мало чем отличался по виду от остальных американских поселений. Единственное, что бросалось в глаза, — мусорные свалки, тут и там старые брошенные машины и обилие без дела слоняющихся людей. Но как же иначе? — 60 процентов жителей резервации безработные.
Сегодня племя насчитывает 2600 человек, на родном языке оджибве говорят 38 процентов человек, понимают — еще 12.

На майке у одной из девочек-индеанок читаю надпись: «Моя сестра — в ВМФ». Критическое отношение большинства индейцев к правительству хорошо известно, но при этом они самые лояльные граждане США. Именно они дали больше всего добровольцев во всех войнах, что вела Америка, и среди них самые большие людские потери по сравнению с другими группами населения.

...Под столом вижу коробку с наклейкой: «Оджибве инкорпорейтед, Мурхэд, Миннесота». Вот так: индейцы то ли производят, то ли упаковывают расходные материалы для компьютеров. За окном синеет гладь озера Нетт-Лейк. А посреди него словно плавает островок Спирит-Айленд, остров Духов...

На столе — вездесущая кока-кола, а к ней вместо поп-корна — такая же воздушная закуска из дикого риса.
Дикий рис, по-чиппевски «маномин», традиционно был главным источником жизни индейцев в Бойс-Форте. Водное растение zizania aquatiса, близкое дикому овсу, в естественных условиях растет только в Миннесоте, Висконсине и Онтарио. На озере Нетт-Лейк его собирают с каноэ с августа по ранний октябрь. Сегодня дикий рис считается деликатесом, он полезен для здоровья и готовится быстрее риса обычного. Его можно встретить в меню многих ресторанов Америки, но только здесь, в Нетт-Лейк, крупнейшей его популяции в мире, произрастает лучший по качеству «маномин». Отсюда, из северной Миннесоты, он разошелся и по другим мелководным озерам Северной Америки. Не без помощи индейцев.

Дикий рис — лишь одна из культур, которыми обогатили мир коренные американцы. А их не счесть. Профессор из Макалестер-колледжа в Сент-Поле, крупнейший специалист по индейцам Джек Уэзерфорд написал пару книг только о вкладе краснокожих в мировую цивилизацию.

Как знания и навыки индейцев укладываются в копилку современных достижений я сам смог познакомиться несколькими днями ранее. На окраине Сент-Пола мне показывали мощнейшую ретрансляционную станцию, принимающую телевизионный сигнал со спутников и обслуживающую всю Миннесоту. Я восхищался высокотехнологичным точнейшим электронным оборудованием станции, а когда мы вышли на улицу, вдруг увидел на коньке здания не то деревянную, не то пластиковую фигурку совы. «А это для чего?» — спросил я. «У нас была проблема — как защитить мачты и «тарелки» от птиц — они бы создавали помехи, — объяснил мне технолог. — Так вот, за помощью обратились к индейцам. Посоветовали посадить такую «сову». И — никаких проблем!»

С 1975 года федеральное правительство предоставило индейским резервациям самоопределение, что, наряду со свободой политической, принесло и свободу от финансирования. Увы, такой экологически чистый, экзотический и уникальный продукт, как дикий рис, оказался весьма слабым экономическим подспорьем. И все же, если в 1988 году бюджет племенного правительства Бойс-Форт равнялся 10 тысячам долларов, то уже в 1995-м составил 7 миллионов. Каким образом?
Чиппева, как и другие племена, обзавелись своим игорным бизнесом.

«Мистик Лейк» — крупнейший игорный комплекс на просторах Америки между Лас-Вегасом и Атлантик-Сити.

Реванш над бледнолицыми?

Сегодня монополия Лас-Вегаса и Атлантик-Сити на опустошение кошельков поклонников Игры вот уже несколько лет как подорвана. И, похоже, окончательно. Теперь американцам, живущим где-нибудь в штате Вашингтон или Миссури, вовсе не обязательно совершать путешествие длиной в тысячу миль, чтобы попытать удачи у игрального автомата или за столом «блэк-джэк», а можно просто отправиться в ближайшую индейскую резервацию.

Первые индейские казино стали появляться в США в 80-х годах, а сегодня редкая из резерваций не имеет своего игорного центра на племенных землях. В одной лишь Миннесоте, где индейцев всего 49 тысяч из 5-миллионного населения, действует 13 таких казино, которые вкупе стали седьмым крупнейшим работодателем штата.

«Мистик Лейк» («Таинственное Озеро»), расположенное в пригороде Миннеаполиса, по словам его менеджера по маркетингу Кейта Лоумастера, крупнейшее казино на огромных просторах Америки между Атлантик-Сити и Лас-Вегасом. В 1995 году «Таинственное Озеро» принесло 120 миллионов долларов чистой прибыли и превратило владеющих им членов крошечного дакотского племени мдевакантон, живущего в резервации в Шакопи и Прайор-Лейк, в миллионеров.

И вот уже, кто в шутку, а кто всерьез, считает племенные казино в США своеобразным реваншем, который коренные американцы берут над бледнолицыми за все свои тяготы и унижения в течение трех последних веков и даже местью им, ибо изрядно опустошают их кошельки.

Кейт Лоумастер не согласен с этим утверждением. В известном смысле финансовый успех «Мистик Лейк» скорее исключение из правила. Им «Мистик Лейк» во многом обязан случайности. Дело в том, что мдевакантон по воле федерального правительства в конце прошлого века оказалось единственным индейским племенем в Миннесоте, получившим землю в пределах городской зоны Сент-Пол/Миннеаполис, где сегодня живут два миллиона человек.

Мдевакантон, одно из семи дакотских племен (приблизительный перевод его названия — «те, кто живут на озере Духов» — и дал имя казино), сегодня занимает территорию всего в 400 гектаров, на которой в 1969 году была создана эта самая молодая и самая маленькая из всех индейских резерваций США. Хотя мдевакантон издавна жили в этих местах, многие из них были высланы отсюда после последней и самой жестокой индейской войны в Миннесоте в прошлом веке, а многие переселились в другие резервации. Сегодня здесь проживает около 250 человек, из которых индейцы составляют лишь 77 процентов.

Большинство же резерваций имеет значительно большее население и находится в гораздо более отдаленных районах, как, например, Бойс-Форт в дебрях северо-восточной Миннесоты, где на берегу озера Вермелион расположен игорный центр «Форчун Бей», принадлежащий племени чиппева.

Он встречает посетителей вигвамом, сооруженным у парковочной площадки среди леса. На этом все «индейское», не считая трети его служащих, в которых сегодня порой уже не так-то просто распознать коренных американцев, в казино и заканчивается. Это относится, в принципе, ко всем подобным игорным заведениям. Сегодня игорный комплекс «Мистик Лейк» — это два казино с залами игральных автоматов, столов для блэк-джэка, дюжина магазинов (включая магазин индейских сувениров и ювелирный), галерея индейского искусства, банкетный зал, четыре ресторана и зал для игры в бинго. Одних игральных автоматов в нем две с половиной тысячи!

Менеджер "Форчун бей" по маркетингу Джордж Стронг.

Блэк-джек — друг индейцев

Игорный комплекс «Мистик Лейк» имеет круглую форму: она воплощает круг жизни и гармонии из мифологии индейцев. Главный зал представляет собой как бы деревню, в которой постройки окружают центральный очаг. Колонны вокруг зала символизируют месяцы года. Внутри можно увидеть изображения животных, которым поклонялись дакота, — орла, черепахи и, конечно, бизона, а посетителей у входа приветствует бронзовый фонтан и статуя индеанки — «Женщины Водяного Духа» — персонажа местной легенды.

Увы, всего этого запечатлеть не удалось: фотографировать в казино строго запрещено, а на «пробивание» разрешения на съемку в службе безопасности, по словам Кейта Лоумастера, потребовалось бы дня два. При этом он подчеркнул, что к «Мистик Лейк» самая современная система безопасности среди всех казино мира.

Что еще выделяет «Мистик Лейк» среди прочих казино, так это отсутствие алкоголя. «Дела идут хорошо и без него, — заметил Лоумастер, — Запрет же — это так, подстраховка на всякий случай. Хотя в самой резервации спиртное и продается». Зато сигареты в казино можно купить без налога, как и во всех индейских резервациях: хитросплетение американского законодательства — договоры у индейцев с центральным правительством были подписаны еще до создания штата Миннесота, а значит, и некоторые его законы на индейцев не распространяются.

В казино бывает до 16 тысяч посетителей в день. Семь бесплатных автобусов-челноков курсируют между Прайор-Лейк и центром Миннеаполиса. Но для более отдаленных казино, типа «Форчун Бей», проблема привлечения посетителей стоит значительно острее. Поэтому там есть еще площадки для гольфа, причал на озере, выступают там артисты и музыканты. Но главная приманка — игра «Взломай сейф», когда среди участников, обладающих карточкой клуба (членство в котором, надо сказать, бесплатное), разыгрывается цифровая комбинация, необходимая для открытия сейфа, в котором лежат 10 тысяч долларов! Наличные имеют особую притягательную силу и в Америке.

Около 70 процентов прибыли «Мистик Лейк» идет правительству племени мдевакантон, которое только в 1995 году выплатило каждому из членов племени по... 500 тысяч долларов! Ведь мдевакантон в резервации всего 150 человек, а они-то только и являются владельцами казино!

Но это далеко не все. На деньги от прибыли казино в резервации создана великолепная система социального обеспечения и медицинского обслуживания, действует спортивный комплекс, частично финансируется полиция и пожарная служба округа. Зарабатывая 500 миллионов долларов в год, казино может позволить себе создание фонда на образование членов племени, поддерживать исследования в области культуры и истории индейцев в одном из колледжей, строить жилье, тратить более миллиона долларов в год на благотворительность, которой пользуются как индейцы, так и не индейцы. Все члены племени из этой резервации могут бесплатно учиться в любом университете — за все заплатит «Мистик Лейк». Развлекательный комплекс дает работу примерно 4 тысячам человек, из которых индейцы составляют лишь пятую часть. Дабы избежать проникновения в игорный бизнес преступников, по закону 1988 года, подтверждающему права индейцев на эту сферу деятельности, напрямую участвовать в доходах от нее и быть ее владельцами могут только племенные правительства. Поэтому все семь членов совета директоров казино — индейцы, которых выбирает Совет племени, стоящий во главе резервации. В прогулке по «Мистик Лейк» меня сопровождала Шерил Лайтфут, работающая одновременно и в правительстве племени, и в корпорации, управляющей казино. Это молодая симпатичная девушка, судя по ее европейской внешности, вряд ли имеет в своих жилах хоть каплю индейской крови, хотя ее фамилия, переводимая как «Легкая Ступня», вполне бы могла бы принадлежать настоящему краснокожему. А я, глядя на обсыпанное бриллиантами колечко на ее руке, думал, что не только мдевакантон, но и все служащие «Таинственного озера», действительно, живут неплохо... Не случайно Джек Уэзерфорд образно окрестил индейские казино «новыми бизонами», поскольку раньше бизоны давали индейцам все и были их главным источником существования. В конце концов те 80 миллионов долларов, что индейцы пожертвовали на музей коренных американцев в Вашингтоне, скорее всего и были получены ими от игорного бизнеса.

Согласно опросам, проведенным в 1992 году в нескольких штатах, публика настроена в пользу казино на индейских землях, но выступает против развития неиндейского игорного бизнеса. Профессор Уэзерфорд тоже поддерживает право индейцев на казино. Хотя и говорил мне, что, следуя своим религиозным убеждениям, в казино не ходит.

Что же касается самих индейцев, то, по словам менеджера «Форчун Бей» по маркетингу Джорджа Строи га, 1500 обитателей резервации Бойс-Форт — постоянные посетители его казино. В этой резервации, где большинство индейцев либо католики, либо методисты, шестидесятидвухлетняя Вера Белт, та самая, у которой девять детей и 35 внуков, призналась, что любит азартные игры, но к существованию казино относится безразлично. Она лично мало что получает от игорного центра на землях ее предков, хотя и добавила, что деньги, зарабатываемые казино, дают возможность улучшить систему образования. А вот подростки — совсем молодые чиппева из Нетт-Лейк, говоря о своих планах, назвали работу в сфере игорного бизнеса на втором месте после службы в племенном правительстве.

Но, по мнению профессора Уэзер-форда, «новые бизоны» вряд ли долго будут оставаться золотым тельцом для индейцев. Число индейских казино растет, и они утрачивают свою уникальность, а значит, со временем могут упасть и их доходы.

Первым признаком этого стала конкуренция. Летом 1995 года после трех лет переговоров федеральные власти отклонили предложение о создании казино в Хадсоне, штат Висконсин. Такое решение было вынесено под давлением «местных жителей, выборных властей и других индейских племен». Главным оппонентом созданию казино в Хадсоне была Ассоциация индейского игорного бизнеса Миннесоты, члены которой прямо заявили, что новое казино сократит их прибыли, составив конкуренцию уже существующим.
— Да, мы были против открытия казино в Хадсоне, — призналась Шерил Лайтфут. — В некоторых случаях мы — друзья, но в некоторых — соперники.

На эту же тему на прощание я заговорил с Кеном Томасом, членом совета директоров «Мистик Лейк» и членом Совета племени. Встреть я этого человека в очках, с холеными усами и благородной сединой в другом месте, никогда бы и не подумал, что он индеец. Только прическа роnу-tаil, которая сегодня в общем-то тоже перестала быть приметой исключительно краснокожих, выдавала его принадлежность к мдевакантон. «Я думаю, что ситуация изменится, — сказал он. — Маятник качнется в противоположную сторону».

Но пока что, в какую бы сторону маятник ни качнулся, племенные казино продолжают оставаться «новыми бизонами» для коренных американцев и изрядно опустошают кошельки, и не только у бледнолицых...

Фото автора

Рубрика: Земля людей
Ключевые слова: индейцы С. Америки
Просмотров: 5868