Театр теней

Театр теней. «Большой» рынок.

Вечерело. Наступало время посещения злачных мест столицы. Когда мы вышли из отеля, к нам подъехало такси, дежурившее у входа — старый Ситроен — универсал. Водитель Клод предложил нам взять машину на ночь, тем более, что деньги за час и за ночь будут одинаковы — 100.000MF=16$, и мы отправились. За 5 часов мы посетили все бары, клубы и бильярдные столицы. Побывали даже на концерте какой-то популярной группы. К ночи, уже совсем плавные, мы заехали на дискотеку «Le Kaleidoscope», не рекомендованную путеводителем к посещению из-за опасности этого места. По-моему, самыми опасными там были мы! Из-за дверей доносилась громкая ритмичная африканская музыка, множество молодых темнокожих девушек  толпилось у входа. Они буквально рвали нас на части, говоря что-то на незнакомом мне языке. Единственное, что я разобрал, было часто повторяющееся слово «милели». Заплатив за вход по 25.000MF=4$, мы зашли внутрь  помещения. Увиденное, повергло меня в такой шок, вывести из которого смог только жадный глоток рома. Перед нами в центре большого зала танцевали более ста девушек. Редкие европейцы (около 10 человек) сидели за столиками вдоль стен, окруженные женским вниманием.
    
Надо сказать, что все молодые малагасийки имеют потрясающие стройные фигуры, развитую грудь и (как бы это сказать помягче) «мускулис глитеус максимус». Особенно это бросается в глаза, когда они одеты в облегающие платья «стрейч» или лосины с топиком. И при этом — никакого нижнего белья. В танце малагасийки сочетают грациозность пантер и ритмичность африканских обрядов. Но фантастической  дискотеку делал неоновый ультрафиолетовый свет.

Как известно, в темном помещение он делает светлое — ярко-белым, а темное — черным, почти не видимым. Поскольку все африканки из-за темного цвета кожи предпочитают одеваться в светлую или  яркую одежду, на дискотеке в ультрафиолетовом свете это зрелище принимает нереальные формы. Перед тобой извивается светящаяся одежда — платья, топы, шорты, купальники, ламбы. Ни лиц, ни рук, ни ног, ни животов – ничего не видно! Все открытые части тела сливаются с темнотой. Только одежда. Изредка можно разглядеть светящиеся белки глаз и белоснежные зубы. Театр теней.

Мы сели за свободный столик и были сразу же окружены десятками разгоряченных девушек. Дальше мы пили, танцевали, ходили, возвращались, в общем, тусовались. Потом мы сели в машину и еще куда-то поехали. Помню, что Борисович, спящий на заднем сидении, вдруг полез ко мне целоваться со словами «милели, милели». Оказалось, что это и не Борисович вовсе, а какая-то длинноволосая девица. По-видимому, его забыли на дискотеке. Рванули обратно. Борисович, в своей прикольной майке с надписью «MEXICO» и распущенными волосами стоял у входа. На нем висел добрый десяток малагасиек. Увидев нас, он бросился в машину, увлекая за собой всю кавалькаду. Девчонки лезли к нам в окна, двери, даже через багажник. Мы их тактично выпихивали на ходу, но несколько, наверное, остались. Потом мы поили водителя Клода и еще кого-то русской водкой, катались по ночным улицам Антананариву, пели песни…  Уже поздно ночью Клод помог нам дойти до номера. В общем, он отработал свои деньги. Составить полную картину первого вечера на Мадагаскаре, нам не удалось. Память к нам так и не вернулась, а спросить — не у кого.

На следующее утро с трудом приходя в себя мы отправились в национальный парк лемуров, живущих в прекрасных эвкалиптовых лесах. Нам представили нашего русскоговорящего гида Жоэльсона, учителя физики русского лицея в Антананариву. Там учатся дети сотрудников московского посольства и те, кто желает развивать бизнес с Россией. Жоэльсон теперь будет колесить с нами по всей стране. По пути в парк я спросил у него о значении красивого слова «милели», так часто слышанного накануне. Оказывается, оно означает: «заниматься сексом», причем, не в литературной форме. Я даже смутился за свой вопрос, понятно, при каких обстоятельствах я мог это слово услышать. Жаль, что вчера я не знал его перевода.
 
Дорога извивалась серпантином по склонам гор, поросшими  эвкалиптовыми деревьями. Изредка на них можно было разглядеть крупных приматов, похожих на собак, точнее — на афганскую борзую. Это были лемуры. Вблизи зрелище выглядело еще удивительней — прыгающие с ветки на ветку человекообразные… собаки. В кустарнике возились средней величины лемуры, похожие на кенгуру. Были и лемуры похожие на хомяков.

Мадагаскар славится богатой фауной. Самым загадочным и почитаемым животным острова остается лемур. Еще не так давно, любая попытка проникнуть в скрывающие их леса наталкивалась на непонимание властей.  Сейчас здесь обитают 22 вида этих удивительных приматов. Само слово «лемур» обозначает «дух усопшего». В них, как гласит легенда,  переселяются умершие предки.
  
Строгие запреты не разрешают малагасийцам убивать лемуров. Однако некоторые народы питаются ими, пополняя свой рацион белковой пищей, правда, предварительно они отрубают животным маленькие лапки, которые очень похожи на руки человека. Тем самым тяжесть нарушения запрета на убийство лемура снимается
.

Наша машина остановилась у большого сувенирного рынка на краю парка. Увидевшие нас, дети побежали вдоль рядов с криками «вазахи, вазахи!».

Малагасийское слово «вазах» (ударение на последнюю гласную) — дословно «белый чужестранец». Однако это не просто светлокожий житель заграницы. Вазах — это, прежде всего богатый белый господин с чувством собственного достоинства — хозяин. Именно поэтому поведение выходцев из восточной Европы, часто вызывает усмешку у французов и  удивление у малагасийцев.

Оживление передалось и на скучающих торговцев, они засуетились вокруг своих лотков с товарами. Чего тут только не было. Многочисленные деревянные поделки. Традиционные африканские длинные фигурки человечков, вырезанные из черного дерева. Разнообразная скульптура из красного дерева. Круглые шлифованные цветные каменные шары разного размера из различных горных пород. Народные игры. Многообразные музыкальные инструменты, в том числе и «валиха» — инструмент, наподобие цитры (он имеет цилиндрическую форму, сделан из ствола бамбука, вокруг которого натянуты струны, по звучанию и принципу игры, напоминает арфу, скрученную в трубочку). И, наконец, красочные, бело — синие скатерти и ламбы, с вышитыми вручную сценками из сельской жизни.

Ламба — национальная одежда жителей Мадагаскара.  Это кусок ткани с ярким рисунком или узором, размером  80 см. на 1,5 м. Его обматывают вокруг тела, заправляя один конец. Молодые девушки и городские женщины повязывают ламбу выше груди, деревенские женщины, как правило, ходят с открытой грудью, нося ее на бедрах. Нижнее белье под такую одежду не одевают. Не редко можно встретить и мужчину в ламбе, повязанной на поясе. Не смотря на то, что это национальная одежда, постоянно ее носят лишь бедняки и деревенские жители. Горожане и обеспеченные люди предпочитают носить «цивильную» одежду, хотя бы китайского производства.

От такого разнообразия экзотических сувениров у меня просто разбежались глаза. Я стал скупать все подряд, хотя у нас вся поездка была впереди, и если бы ни коллеги, потратил бы, наверное, все свои деньги.
    
Весь оставшийся день мы осматривали достопримечательности столицы: резиденцию королей и усыпальницы; президентский дворец и министерства; окруженное джакарандами озеро и памятник участникам Первой мировой войны; «большой» и цветочный рынки; площадь независимости и квартал, построенный на каналах; мастерские, где делают коляски для рикш. Антананариву — настоящая столица страны третьего мира — каменные джунгли. Но мы больше интересовались джунглями тропическими. Утром, двухмоторный самолетик унес нас на не большой экзотический островок, затерянный где-то в Индийском океане.

 

 

<<предыдущая глава      содержание     следующая глава>>