Хронограф
18152229
29162330
310172431
4111825
5121926
6132027
7142128

<декабрь>

Путеводители

Россия. Омуль

Россия. Омуль

Во времена, которые теперь принято называть советскими, почти все в нашей стране было засекречено. Военная тайна, понимаете ли. Не было исключением и озеро Байкал. Почему эту природную жемчужину скрывали от народных масс - теперь уже не разобраться. Но…иностранцев не пускали вообще, а обыкновенных советских людей только строго организованными группами. Тем не менее Байкал имел всемирную славу. Даже тот, кто на уроках географии считал ворон и пропустил мимо ушей, что это озеро - крупнейший на планете пресный водоем с самым большим запасом чистейшей питьевой воды, какое-то представление о Байкале имел. Хотя бы по одноименной газировке - нашему ответу "Кока-коле", которую дети употребляли с наслаждением. Старшее поколение в праздники, выпив, любило затянуть "Бродяга Байкал переехал…" или "Славное море - священный Байкал…". Писатели тоже не обходили озеро вниманием, причем не всегда почтительным. Помните, в романе Михаила Булгакова "Мастер и Маргарита": "Поплакав, барышня вдруг вздрогнула, истерически крикнула: - Вот опять! - и неожиданно запела дрожащим сопрано: "Славное море - священный Байкал…" Курьер, показавшийся на лестнице, погрозил кому-то кулаком и запел вместе с барышней незвучным тусклым баритоном: "Славен корабль, омулевая бочка!.." Почему поют про Байкал, понятно. А вот что за бочка? Да еще какая-то омулевая? Тут надо разбираться…

Омуль - это рыба такая. Из семейства сиговых. Только самого сига размером поменьше - максимум сантиметров 30-35. Водится омуль не только на Байкале, но почему-то в других местах он не такой нежный. А здешний - хоть морозь его, хоть консервируй, до Москвы не довезешь - есть можно, а вкус не тот. Снова обратимся к Михаилу Булгакову: "Свежесть, свежесть и ещё раз свежесть, - вот, что должно быть девизом каждого буфетчика…" - поучал Воланд. Так что за свежим омулем придется ехать…

Обычно путешественник начинает свое знакомство с Байкалом на железнодорожной станции Слюдянка. Ну и с омулем тоже здесь. Когда на Слюдянке тишина и покой - это значит, что до ближайшего поезда еще час. Но стоит только ожить громкоговорителю… Торгуют все! Сейчас в моде слово "мафия", так вот в Слюдянке их две: детская и женская. Они вполне друг с другом уживаются. Товар у всех один и тот же - омуль. Омуль горячего копчения, холодного, омуль вяленый, сильносоленый, малосольный… Вся Слюдянка пропитана запахом рыбы. Омулевый дух в качестве приятного исключения господствует даже в помещении вокзального туалета. Естественно, все поезда, после остановки в Слюдянке, начинают благоухать, словно отдел копченостей магазина "Дары моря". А поездов через станцию проходит немало.

Слюдянка живет не по иркутскому времени, не по московскому и не по гринвичскому, а по расписанию поездов. На вопрос: который час? - любой местный житель, не задумываясь, ответит: сорок минут до Хабаровского-скорого. Дети школу посещают не тогда, когда положено, а в свободное от вокзального промысла время. Вере и Ане - двадцать четыре года на двоих. Торгуют рыбой с восьми лет. Девочки закупают свежего омуля у рыбаков по восемнадцать рублей за килограмм. Килограмм - это три копченые рыбины - то есть тридцатка. Затраты - двадцать минут работы у коптильни, устроенной в бочке из-под солярки. В удачный день - стольник на брата, вернее, на сестру. Но если товар за день не продан, его приходится выкидывать. Омуль горячего копчения "живет" без холодильника максимум сутки.

Слюдянку можно назвать столицей байкальского омуля. Расположена, удачнее не придумаешь, - сразу и железнодорожная, и автомобильная трасса. А рыбалки здесь нет. Конечно, омуля ловят по всему Байкалу, но в Слюдянке не рыбалка, а так, домашнее рукоделие. Здесь улов считают штуками, или, как говорят рыбаки, хвостами. Чтобы увидеть настоящую рыбалку, где добычу меряют если не в тоннах, то в ящиках, надо ехать в райцентр Еланцы. А оттуда на остров Ольхон или в прибрежную деревню Сахюрта. Еланцы это уже Усть-Ордынский Бурятский Автономный Округ. А он хотя и Россия, но здешний народ местные традиции уважает гораздо больше, чем федеральные законы. Бурхан - энергетический центр Усть-Ордынского Бурятского Автономного Округа. По преданию, здесь обязательно нужно остановиться и принести жертву местным богам Эжинам, чтобы была удача. Почему древний бурятский поселок Сахюрта все в округе называют село МэРээС, местные жители толком объяснить не смогли. Возможно, виноват Маломорский рыбный Склад, который стоит здесь же на берегу (весь Байкал делится на Большое море и Малое - отсюда и маломорский). Но, согласитесь, Сахюрта звучит как-то благозвучнее. Здесь все и ловят, и торгуют, да еще и туристов на постой пускают. Стены домов украшает доморощенные вывески самого парадоксального содержания: "Горячие позы", "Поротая рыба". Реальность, как всегда оказалась менее волшебной, чем реклама. Позы - это такие крупные бурятские пельмени, а поротая - это потрошеная рыба.

Рыболовного отщепенца по прозвищу Заброда мы нашли на берегу, около причала. Он с нескрываемой тоской, как будто извиняясь, смотрел на мужиков, которые собирались на рыбалку. Рыбалка начинается в восемь часов вечера, когда наш бот отошел от причала поселка Сахюрта в сторону мыса Кобылья Голова, где, по преданию, Чингисхан утопил свою лошадь. Там мы и поставили сети… Омуля ловят круглый год. С апреля по ноябрь, сети ставят с маленьких потрепанных мотоботов. Зимой - со льда. Для этого в нем выпиливают прямоугольные проруби. Бригада - это капитан, который в рыбалке не участвует, бригадир, чья главная задача найти рыбу, и еще три, максимум четыре человека. График работы такой - вечером ушли, утром пришли, сдали рыбу, поспали и…Вечный бой, покой нам только снится. Осенью бригада вообще по месяцу, по два дома не бывает - от сетей не отойдешь, штормом унесет. При этом спальных мест на судне четыре, спят по очереди, из удобств - печка буржуйка, плюс непрерывный ветер, качка, температура от минус трех до плюс двух… И каждый день рыба…рыба…рыба… Так и озвереть можно!

Если вы думаете, что байкальская рыбалка начинается с установки сетей, то вы воинствующий атеист. Добрый человек сперва должен умилостивить бурятских богов, а уж потом приниматься за серьезное дело. Александр Калаев - бригадир рыболовецкой артели: "Вот старики у нас обычно делают как? - берут барана весной, режут, потом брызгают - дань Богу отдают на рыбалку. Если удачно побрызгал, значит, будет рыбалка". Владимир Николаев - рыбак: "Брызгаем водкой. Бывает не побрызгаешь и ветер задует - можешь утонуть. Не знаю, может, из-за этого, а может, так - случайность".

Теперь можно заняться сетями. Они сезонные. В смысле используются только один сезон. Настоящее китайское качество. Больше шести месяцев такая сеть не живет. Когда ее ставят - один человек бросает поплавки, в качестве которых используют пустые пластиковые бутылки, второй - кидает круглые свинцовые грузила. Самое главное в этом деле - синхронность. Если кто-то, не дай Эжин, замешкается - беда, сеть придется распутывать несколько часов. А так процесс установки при относительно спокойной погоде занимает часа полтора. Чтобы не чувствовать себя праздными наблюдателями, мы включились в работу и даже выговорили себе долю будущего улова.

За ночь сети течением утащило на добрый десяток километров от того места, где мы их поставили. Пришлось заняться поисками. Рыбаки все волновались, не протряс ли кто их сети - здесь это дело обычное. Но, слава Богу, обошлось. По тому, сколько чаек кружили над сетями, было понятно, что улов богатый. Но что настолько! Это не первая наша рыбалка, и поговорка "плавали - знаем", это, как раз про нас. Тем не менее такой улов приходится видеть впервые. Очевидно, эжинам понравились наши подношения. Уже все ящики забиты и палуба на метр завалена, как это принято говорить, "живым серебром", а сеть еще далеко не выбрана. И абсолютная тишина - её не разрушали даже визгливые крики чаек и мерное почвакивание омуля в руках рыбаков… Ну, ладно, взрослые мужики рыбачат, потому что привыкли. Как-никак вся жизнь отдана рыбе, и тут конверсией заниматься поздно. Поражает, что профессию или даже призвание рыбака охотно выбирает молодежь. В нашей бригаде из шести человек трое - двадцатилетние пацаны. Что их-то влечет к этому тяжелому, опасному (в год Байкал забирает жизни десятка рыбаков), а главное малооплачиваемому труду? Александр Калаев - бригадир рыболовецкой артели: "Ну нам чем больше заниматься? Кроме рыбалки больше нечем! Хочешь - не хочешь, все равно идем в море".

На самом деле заняться на Байкале и помимо рыбалки есть чем. Например, туризм. Уже сейчас диким способом на озеро приезжает до миллиона человек в год. Возите их на ту же рыбалку, кормите, селите у себя… А то, почитай весь этот миллион в палатках ютится. И не потому, что людям это нравится. Просто мест в гостиницах и пансионатах не хватает. Гостиницы строят и в сфере услуг работают практически одни приезжие, а население прибрежных поселков жалуется на отсутствие работы и остервенело ловит омуля. Как бы всего не выловили такими темпами. Вон его с каждым годом все меньше и меньше. Вячеслав Ведяников - специалист по биоресурсам Байкала: "Выловить все - нет! Нереально просто! Мне кажется, больше от экологической обстановки. В большей мере, это от состояния воздушного бассейна. Отсюда риск изменения кислотности водоема. И при изменении кислотности водной среды, естественно, он меньше нереститься. Отсюда его меньше на Байкале. А выловить его такими, как сейчас, способами, в существующих масштабах мне кажется нереально…" Экологию Байкала портит не столько известный всем Целлюлозно-бумажный комбинат, сколько Красноярский и Братский алюминиевые заводы. ЦБК, конечно, воздух тоже не озонирует, но хотя бы масштабов производства не наращивает. А вот алюминиевые гиганты…

Грустные размышления были самым решительным и самым приятным образом прерваны известием, что поспела уха. Будь вы самым тонким гурманом, диабетиком или диетиком, но если вы скажете, что уха из только что пойманного омуля, сваренная, как положено, в закопченном ведре с добавлением одних только лука, перца и соли - это плохо, то вы мой злейший враг, как говаривал профессор Преображенский. Нет на свете ничего вкуснее! Это аксиома. Вот и кончилась наша рыбалка. Рыбу повезли в Еланцы на перерабатывающий завод. Там её взвесят, вымоют, рассортируют, заморозят или засолят и разложат по баночкам. Вся романтика закончится надписью на этикетке: "Пресервы. Омуль маломорский, слабого посола". Омуль бывает трех видов - посольский (самый крупный), нижнеангарский (среднего размера) и маломорский - самый мелкий, но самый вкусный.

Море действительно славное, Байкал действительно священный, остается добавить - рыбаки действительно народ мужественный. Но все-таки мужество - это не только тяжелая работа, но и когда человек не боится менять, брать на себя ответственность. А местные чаще всего живут по принципу: есть омуль - хорошо, нет - будем лапу сосать. Впрочем, не нам их судить, люди-то они безусловно честные. Правда, благодаря ихтиологам, или сама по себе, вывелась в последнее время новая порода байкальского человека. Василий Цедрик, крупный бизнесмен, купил землю на берегу, выстроил гостиницу, завел всякие водные аттракционы. Свою жизнь и свой бизнес он накрепко связал с озером. Дети его будут уже коренными байкальцами.

Новости партнёров