Хронограф
18152229
29162330
310172431
4111825
5121926
6132027
7142128

<декабрь>

Путеводители

Армения. Молокане

Армения. Молокане

Молокан, точнее молоканок, мы встретили на ереванском рынке. Они продают здесь квашеную капусту. Слава о ней идет по всей республике, поэтому от покупателей нет отбоя. В молоканское село Фиолетово мы ехали с тревожным чувством. Наслышаны были о необщительности местных жителей, о том, что они не позволяют себя снимать. Для них фото- и видеокамеры, телевизор, газеты - все от лукавого. Отчасти так оно и оказалось, и все же те, кто нам о них рассказывал, явно сгущали краски. Первые русские поселения в Закавказье возникли в начале XIX века. В основном сюда перебирались сектанты самых разных толков. На сегодня основными их представителями являются духовные христиане, более известные как молокане. Православные прозвали их так из-за того, что они в постные дни употребляют молоко.

В 1842 г. молокане основали село Никитино. Раньше в Армении было около двух десятков русских поселений. Сегодня осталось два, одно из них - Фиолетово, бывшее Никитино. Вот, что о местных жителях писал английский путешественник, побывавший в Армении в XIX веке: "Конечности их как-то плохо связаны в суставах. Русские представляют собой разительный контраст с армянами, благодаря высокому росту и развинченной походке. Черты лица неправильны, глаза малы и выражение лиц недостаточно оживленное. Костюм придает мужчинам вид отставных солдат. Женщины носят платки и чистые платья". Молокане действительно очень чистоплотны. Это видно по состоянию домов и улиц. Их в селе две - Центральная и Погребальная.

Первые избы молокане строили сообща. Скот, земля - все было общественным. Трудолюбие, трезвый образ жизни, добросовестность помогали молоканам, куда бы они ни попадали, быстро становиться на ноги - и в Америке, и в Мексике, и в Армении. Эти качества они сохранили по сей день. В дореволюционное время общину возглавляли 12 так называемых апостолов. Заметный след в истории Фиолетово оставил один из таких апостолов, Максим Гаврилович Рудометкин. Молокане почитают Рудометкина за святого. Внутри общины он основал течение прыгунов. Во время молитвы они особым образом подпрыгивали, приводя себя в состояние экстаза. Среди своих приверженцев Рудометкин стал вводить некий, им изобретенный, сионский язык - язык общения будущих христиан. Например, здравствуйте, по-сионски будет: "паргинал-ассуринал-юзгорис". Закончил свои дни Максим Гаврилович в суздальском монастыре, куда он был пожизненно заточен властями. В наше время общиной руководит пресвитер. Он избирается общим собранием. У пресвитера нет никаких привилегий. В общине все равны. Члены ее называют друг друга братьями и сестрами. Смирение, любовь, единение - вот основа праведной жизни. Главные заветы молокан: не завидуй, не воруй, не обижай ближнего, помогай слабому, уважай старших. Курение и пьянство осуждаются. Те молокане, что не бреют бороду, живут по законам предков. Не ходят в кино, на танцы, не ругаются, не притрагиваются к табаку и спиртному, свободное время делят между Богом и семьей. Те, кто без бороды - ездят в Россию на заработки и ведут свободный образ жизни.

В селе есть собственный пророк, Иван Васильевич Задоркин. Ему 72 года. У пророка 9 детей и 25 внуков. Несмотря на тяжелую жизнь, никто не уехал, все живут в Армении. Иван Васильевич, как здесь говорят, "ходит в духе". Время от времени его посещают видения, нисходит "Святой Дух". Дух этот через Задоркина сообщил молоканам, что две горы, между которыми лежит село, укроют его от Апокалипсиса. Мистические способности отца передались дочери Галине Ивановне, по мужу Юртаевой. Она живет в Ереване. Есть у Василия Ивановича сын Тимофей, который в отличие от отца старого порядка не придерживается. Не носит бороды, выпивает, покуривает. Полгода он провел в тюрьме, попался на краже медных проводов. В Фиолетово никто Тимофея не осуждает. Ограничивать, принуждать человека нельзя. Тимофей - бульдозерист, часто уезжает на заработки в Тюмень. Для многих молокан работа в России - главный источник дохода. Земли мало на семью, а семьи у молокан большие, приходится около трех гектар - разве прокормишься.

Мы побывали в гостях у Алексея Николаевича Новикова. Жена Надежда Васильевна хлопотала у стола. Алексей Николаевич жалуется на жизнь. Собранный урожай - капусту, картофель, свеклу - трудно сбыть: иной раз приходится кормить овощами скотину. Чтобы окупить затраты на полив, нужно продать тонну картофеля, еще четыре тонны - чтобы расплатиться за удобрения. Одна надежда на детей, которые живут в Ставрополе. Старики их часто навещают, но переезжать в Россию не собираются. На столе простая крестьянская еда. Перед принятием пищи - обязательная молитва "Отче Наш". Звучит молоканская молитва почти так же, как православная.

Духовные христиане отмечают едва ли не все православные праздники. Посты у молокан длятся неделю - любая еда исключается. Голодают все: взрослые, дети, даже скотину не кормят. Телевизор молоканам иметь не положено. Считается как идолопоклонство. Однако во многих семьях телеприемники имеются. Пока их прячут. Пресвитер никогда не войдет в дом и не станет молиться за того, кто держит у себя сатану, то есть телевизор. Остается загадкой, почему молокане пускали в свои дома нас. Наверное, брало верх желание пообщаться с новыми людьми. Дом Алексея Николаевича Новикова стоит на Погребальной улице. Она ведет на кладбище. Это последний путь всякого фиолетовца, умершего на родине. Пьяниц и матерщинников хоронят по ослиному обычаю, то есть без отпевания. Местные жители отпевают покойников сами и на могилы не ставят крестов. Молокане считают крест орудием врагов Иисуса. Вместо креста на могилах - железные таблички с именами усопших.

Жизнь молоканской деревни тяжела. И это несмотря на то, что молокане очень трудолюбивы. Картофель и капуста - основные продукты питания, и те родятся плохо. Старики здесь отказываются от пенсий, ибо незаработанное сегодняшним трудом брать нельзя. Надо сказать, что жизнь городских молокан не намного легче. Многие, особенно молодежь, стремятся уехать из села. Часть молокан перебралась в Россию. Галина Ивановна, дочь пророка Ивана Васильевича, после замужества оказалась в Ереване. У Галины пятеро детей, кот с кошкой Эдди и Лэди. Многодетность - благо для семьи, не важно в достатке она живет или нет. Разводов у молокан практически не бывает. Старшие дочери Аня и Вера в школу не ходят. Их дело - домашнее хозяйство. Мы пришли в дом Галины Ивановны к завтраку. Руки на стол никто не кладет. Стол для молоканина - предмет особый. Во время молитвы он превращается в алтарь, на котором раскладывают священные книги: Евангелие, молитвенники и так называемые обрядники. Эти книги предаются из поколения в поколение. Галина Ивановна не представляет, что дочери могут выйдут замуж за кого-нибудь, кроме молокан. Браки с армянами редки. Мальчики Иван и Миша ходят в русскую школу, занимаются спортом: Миша - штангой и баскетболом, Ваня выбрал карате. Хотя армянские и русские ребятишки живут мирно. Все дети Галины Ивановны свободно говорят по-армянски. После завтрака младшие отправляются в школу. Аня и Вера остаются дома. Делать им здесь особо нечего - приготовить обед да убрать единственную комнату много времени не займет. Вряд ли городские власти Еревана найдут возможность улучшить жилищные условия многодетной семьи. Самой же Гале-молоканке на квартиру не заработать. Она - няня в армянской семье. Родители ребенка хотят, чтобы он свободно говорил по-русски. Такой вот рыночный интернационализм. Многие молокане стремятся покинуть Армению еще и потому, что в республике с каждым годом все труднее получить образование на русском языке. Вырванные из своей среды, они быстро теряют самобытность, забывают обычаи отцов. Будет очень печально, если молокане растворятся в массе армянского или российского населения. Как бы то ни было, в 2005 г. духовные христиане собираются отметить 200-летие со дня подписания того самого царского манифеста, по которому они получили право свободно исповедовать свою веру.

Новости партнёров