Хронограф
18152229
29162330
310172431
4111825
5121926
6132027
7142128

<декабрь>

Путеводители

Мадагаскар. Сапфиры

Мадагаскар. Сапфиры

В основном сапфиры добывают в Австралии, Индии, Шри-Ланке и на острове Мадагаскар. Деревня Манумбу на юге Мадагаскара. Вряд ли какой-нибудь путешественник захочет остановиться в этом на первый взгляд богом забытом месте. Скорее наоборот: многие прибавят скорость, лишь бы побыстрей проехать мимо. Тем не менее в Манумбу остановиться стоит, ведь это - сапфировая деревня. Большинство ее жителей заняты на прииске, который находится в ста метрах отсюда. Еще совсем недавно в окрестностях городка Илакаки была безбрежная саванна, паслись стада коров. Теперь пастбищ здесь нет и в помине - семь лет назад один из местных пастухов случайно подобрал с земли красивый камушек голубого цвета. Оказалось, что это драгоценный камень сапфир. Так в ювелирном деле называются все цветные разновидности минерала корунд, кроме красного.

С тех пор как в этом районе на юге Мадагаскара обнаружили сапфиры, все местные жители переквалифицировались в старателей. Со временем сюда стали съезжаться и охотники за удачей со всего острова. В окрестностях Илакаки стали появляться новые поселения, одно из них назвали Манумбу, и началось!.. Не случайно в переводе на русский "Манумбу" означает "Место начала". По результатам предварительной оценки, многие специалисты склонны считать мадагаскарское месторождение богатейшим в мире. А один местный политик как-то заметил: "Добыв всего двадцать килограммов сапфиров, можно погасить весь внешний долг Мадагаскара". Но столько способна дать только организованная промышленная добыча, которая здесь пока не налажена. Да и прииски приносят доход главным образом частным скупщикам, которые нелегально экспортируют камни за рубеж.

Пока правительство занято обустройством отрасли, сапфиры на острове добывают самым примитивным способом. Поле, на котором копошатся десятки людей, и есть прииск. Оно сплошь изрыто глубокими ямами - сапфировыми шахтами. Ее глубина варьируется от 3-5 м до 50-60. Это даже не столько яма, сколько самая настоящая кротовая нора. Здесь ходы расходятся во все стороны. Под землю старатели берут с собой небольшую лопату, лом, алюминиевое ведро и совок. Чтобы хоть что-то разглядеть в узких подземных ходах, они используют парафиновые свечи. Вгрызаясь в грунт, искатель сапфиров ссыпает добытую породу в ведро, а его напарник на веревке вытаскивает это ведро из шахты. Слуф и Джон родом из разных провинций Мадагаскара. Джон раньше был крестьянином, а Слуф - мелким торговцем. Они познакомились уже на прииске, подружились и решили работать вместе. В одиночку много не накопаешь, да и если тебя засыплет в шахте, кто-то должен быть рядом, чтобы прийти на помощь. На прииске работает и младший брат Джона. Недавно ему исполнилось двенадцать.

Строгого разграничения обязанностей на прииске нет, но детям проще передвигаться по узким коридорам шахт. И хотя международные организации протестуют против использования на мадагаскарских приисках детского труда, старателям до этих протестов нет дела. В стране, где больше половины населения живет в крайней нищете, любая работа хороша. И несмотря на то что обвалы в шахтах случаются довольно часто, Джона опасности не пугают: "Хочется найти большой камень. Если повезет, я заработаю здесь столько, сколько в моей деревне не заработаешь за всю жизнь. А обвалы бывают, но с нами ничего подобного не случалось".

Примерно раз в месяц по приискам проходит слух о том, что кто-то нашел большой камень. Но Слуф и Джон, проработав на прииске уже около трех лет, сапфиров крупнее вишни не находили. Но надежда старателей не оставляет. Ведь здесь, в окрестностях Илакаки, пять лет назад нашли самый крупный в мире сапфир, прозванный Сапфиром тысячелетия. Весит он 61 500 карат, или чуть больше 12 кг. Стоимость его колеблется, по разным оценкам, от ста миллионов до полумиллиарда долларов. Сейчас этот камень принадлежит частной гонконгской компании. Слуф с Джоном свято верят, что следующий Сапфир тысячелетия найдут именно они. Слуф: "Если найду большой камень, перееду в столицу и открою там магазин, перевезу родню в город".

Добытую породу сваливают в кучу рядом с шахтой. Потом брат Джона ее сортирует - крупные булыжники выкидывает, а остальное ведрами таскает к луже с дождевой водой. В этой луже он тщательно промывает породу. Работа муторная, и окупается далеко не всегда. Но сегодня Джону и Слуфу сопутствовала удача - пусть и скромная. Через четыре часа работы вожделенный сапфир был найден. Последние два дня вообще выдались удачными - старатели добыли уже третий камень.

Погода в этих местах переменчива: еще недавно палило солнце, а через минуту хлынул тропический ливень. Работать в таких условиях невозможно, так что компаньонам остается только вернуться в деревню. Через пару часов туда приедет скупщик, а пока придется переждать непогоду дома. Первым делом по возвращении надо перекусить. Главное блюдо здешних жителей - рисовая похлебка… Кое-кто из обитателей Манумбу держит кур, но таких в деревне единицы. Угли, на которых готовится пища, Слуф с Джоном разжигают с помощью самодельного приспособления.

Жены, сестры и матери искателей сапфиров в шахтах не работают - их дело домашнее хозяйство. У некоторых из них на лицах засохшая грязь - это, оказывается, такое местное косметическое средство. Действует, говорят, не хуже дорогих французских кремов. Пока обед готовится, Слуф с Джоном коротают время за игрой в домино. Дом искателя сапфиров считается домом только в понимании местных жителей. Для большинства же - это обыкновенная глинобитная хижина полтора метра высотой на бамбуковом каркасе с дырявой крышей из рисовой соломы. Жить здесь могут только два типа людей: либо совсем пропащие, либо те, кто уверены, что они здесь ненадолго, потому что совсем скоро вернутся к себе домой с неслыханным богатством. Последних здесь - большинство.

Пару раз в неделю в Манумбу приезжают молодые энергичные ребята, скупающие у старателей сапфиры. Камни они покупают за бесценок, но другого способа реализовать свои находки у старателей нет. Если кто-то из них попытается продать камень, минуя местного перекупщика, у него могут и товар отобрать, и ребра переломать. Оценивают здесь сапфиры на глаз. Один карат стоит примерно пять долларов За три камня, которые тянут вместе каратов на двенадцать, перекупщик дает Джону и Слуфу 360 000 малагасийских франков, или шестьдесят долларов. Это где-то одна сотая рыночной цены этих сапфиров. Но все равно старатели довольны - по местным меркам, они заработали очень большие деньги.

Сапфиры, купленные в Манумбу и других старательских поселках, перекупщики везут в городок Илакаки и с двукратной выгодой сдают в пункт приема драгоценных камней - уже следующим дилерам. Прежде чем приобрести камень, хозяин пункта скупки проверяет его на наличие трещин и прочих дефектов. При этом он умудряется обходиться единственным инструментом - обыкновенным фонариком. После этой покупки сапфиры пройдут еще через множество рук, пока в конце концов не окажутся за границей. От вывесок пунктов приема сапфиров в Илакаке рябит в глазах. Многие из них принадлежат тайцам и шриланкийцам. Они контролируют львиную долю сапфирового рынка Мадагаскара и перепродают камни в Азию. На европейский же рынок камни попадают через малагасийцев, продающих сапфиры французам. По закону, все найденные на острове сапфиры принадлежат государству. На деле же камни уходят за рубеж, минуя государственную казну.

В Европе и Юго-Восточной Азии двенадцать каратов, которые нашли Джон и Слуф, стоят около 7 000 долларов в неограненном виде и тысяч 12-15 - после огранки. Но мадагаскарские старатели об этом, скорее всего, не подозревают. Те шестьдесят долларов, которые Слуф с Джоном выручили за сапфиры, надолго у них не задержатся. И исполнение мечты об открытии магазина в столице ничуть не приблизят. Обычно, продав камни, старатели отправляются отмечать удачу в увеселительные заведения Илакаки, где в тот же вечер и спускают все заработанное.

Новости партнёров