Хронограф
18152229
29162330
310172431
4111825
5121926
6132027
7142128

<декабрь>

Путеводители

Счастливая праздность науки

С 8 по 10 октября в Москве проходил фестиваль науки. Это относительно новый, но уже вошедший в моду вид развлечений

МГУ, один из новых учебных корпусов, недавно открытых к югу от Ломоносовского проспекта. Московский университет был одним из главных инициаторов научных фестивалей в столице, и в этот раз многие интересные события проходили именно в его помещениях. Фото: Сергей Воронов

8 октября в Москве открылся Фестиваль науки. Это событие уже стало своего рода традицией — он проводился в пятый раз. Его уже ждали, к нему готовились. Никто не говорил, как бывало раньше, «в пятый раз в Москве проводится Первый научный фестиваль». Все уже помнили, что этот фестиваль — пятый. Хотя, конечно, попыток создать традицию было значительно больше.

Слово «фестиваль» свое происхождение ведет от латинского festus, точнее даже — festa dies, что означало день почитания какого-то божества. Конечно, в современную эпоху фестивальное движение уже не ассоциируется с поклонением потусторонней силе. Основную роль на всяком фестивале играет продуманная организация, позволяющая провести полноценный «смотр» неких достижений в той или иной области. Причем обычно такие демонстрации подразумевают развлекательный характер. На популярных фестивалях нам показывают то, от чего не должны скучать даже дети — музыкальные номера, театрализованные представления, фильмы, соревнования, конкурсы, разного рода фокусы, шутки и прочие чудесности.

Увы, настоящая наука плохо сочетается с праздностью и легкомысленностью, но традиция проведения «фестивалей науки» тем не менее имеет весьма солидную историю — ее предпосылки нетрудно увидеть уже в самой Научной революции XVII века, когда «опытным естествознанием» стали интересоваться практически все образованные люди. В Британии для «джентльменов», интересующихся законами природы, было создано Лондонское Королевское общество, «философские транскации» которого читали даже многие из тех, кто не проводил никаких опытов сам. В начале XIX века такой «дилетантский» (от латинского delecto, -atum, -are — развлекаться, получать удовольствие) достиг России. Сначала простыми опытами увлекались члены столичного Общества любомудров, закрытого после восстания декабристов в 1825 году, а потом общества естествоиспытателей стали возникать по всей стране. А публичные лекции, дискуссии и демонстрации опытов стали преобладающей публичной формой проведения досуга.

И все же старейший фестиваль науки в современном смысле этого слова был впервые проведен лишь в 1988 году (Эдинбургский международный фестиваль науки), однако «зародышем» фестивалей считаются конференции Британской ассоциации содействия развитию науки (British Association for the Advancement of Science), первая из которых состоялась еще в 1831 году. Уже тогда возникло понимание необходимости преобразования форума ученых в общественную общедоступную «витрину науки». Массовый интерес к науке отплатил британцем сторицей, подарив их государству столетия мирового господства.

20-й фестиваль в Эдинбурге отмечали в 2008-м как юбилейный. В самом деле, сюда приезжают гости со всего мира, а с лекциями выступают ученые с самыми громкими именами. И тут до сих пор помнят Валентину Терешкову, которая выступала на самом первом фестивале в 1988-м. Фото: Тофик Шахвердиев

Конечно, намерения организаторов современных фестивалей науки в различных странах и городах более чем мирные и не подразумевают достижения мирового господства, однако идея знакомства с достижениями науки самых широких слоев населения продвигается ими весьма последовательно. Без понимания обществом смысла работы ученых, без доверия науке никогда не будет полноценного субсидирования научных исследований, притока «свежей крови» в виде талантливых и амбициозных студентов. В конечном счете это приведет к стагнации, прекращению развития всех прочих государственных институтов и распространению невежества. Таким образом, популяризация научных знаний — даже путем ярких и крикливых перфомансов и «легкомысленных» представлений — в какой-то момент становится залогом выживания всей цивилизации в ее современном виде.

С 2002 года европейские фестивали науки проводятся согласованно под эгидой Европейской ассоциации научных праздников (European Science Event Association). В США европейская традиция проведения научных фестивалей пришла с некоторым опозданием и до сих пор не получила должного размаха, однако в 1999 году в Атланте был с немалым успехом проведен фестиваль одной науки — физики — «Погружение в тайны Вселенной» (Mastering the Mysteries of the Universe), приуроченный к столетию Американского физического общества. С 2004 года проводится фестиваль науки и техники в Питтсбурге под названием SciTech festival; с 2005 года его называют также SciTech Spectacular. С 2007 года фестивали науки организуются также в знаменитом пригороде Бостона Кембридже (Cambridge Science Festival), там, где по соседству располагаются две самые знаменитые школы Америки — Массачусетский технологический институт (MIT) и Гарвардский университет. В Нью-Йорке фестиваль с громким названием «Всемирный фестиваль науки» (World Science Festival) проводился с 28 мая по 1 июня 2008 года, он был детищем известного физика Брайана Грина (Brian Geene), автора научно-популярных бестселлеров «Элегантная Вселенная» и «Ткань космоса», состоял в основном из панельных дискуссий и мультимедийных презентаций. В организации фестиваля ему помогала жена Трейси Дей (Tracy Day) и Колумбийский университет (Columbia university). А в марте 2009 года в Сан-Диего состоялся первый на западном побережье фестиваль науки San Diego Science Festival. С 1997 года фестивали шагнули и в Африку (SciFest Africa в Южной Африке). Не остались в стороне Канада, Австралия и Новая Зеландия.

С помощью вогнутого зеркала можно хорошо почувствовать, в чем разница между истинным изображением и мнимым. Всякий фестиваль изобилует разного рода научными забавами, и московский тут не исключение. Фото: Олег Сендюрев / «Вокруг света»

В Россию европейская традиция проведения фестивалей науки пришла в 2006 году. Опыт оказался вполне успешным — из года в год количество посетителей росло и достигает теперь уже сотен тысяч. География расширилась — вслед за Москвой свои фестивали науки стали проводить и другие крупные российские города (Ростов-на-Дону, Томск, Владивосток и др.), фестивали шагнули также и в другие страны СНГ (мероприятия проводились в Севастополе и казахстанской Астане, где у МГУ есть филиалы). Со следующего года фестиваль планируют сделать официально всероссийским. Однако центральной площадкой по-прежнему остается Фундаментальная библиотека МГУ и вся территория МГУ на Воробьевых горах.

V Фестиваль науки проводился 8–10 октября 2010 года, в прекрасные солнечные дни уходящего «бабьего лета». Толпы посетителей самого разного возраста предпочли именно такое времяпровождение традиционным шашлыкам и огородам.

К сожалению, представленные в Фундаментальной библиотеке и «1-м учебном корпусе МГУ на новой территории» стенды впечатляли не так сильно, как этого бы хотелось (для свежих посетителей они может быть и представляли какой-то интерес, но по сравнению с прошлыми годами стали, пожалуй, и победней, разве что сохранив в своей основе традиционное развлекающее малышей шоу «Зазеркалье»). Кого-то могли заинтересовать конкурс научных проектов учащихся 9–11 классов «Ученые будущего», конкурс детского рисунка, экскурсии по музеям и научным лабораториям. Для более вдумчивых студентов, журналистов и прочих желающих был организован целый ряд замечательных лекций, из которых не так-то просто было что-то исключить (а приходилось, поскольку они одновременно шли в безумном количестве разных мест и, кажется, никто из лекторов не мог пожаловаться на недостаток благодарных слушателей).

Особенно радует то, что организаторам Фестиваля удалось пригласить прочесть лекции людей не только заслуженных, но и способных захватить всё внимание аудитории. Наибольший интерес у посетителей вызвала, судя по всему, лекция академика Валерия Рубакова «Большой адронный коллайдер и космология» (9 октября). Вслед за ней был организован телемост с учеными, работающими в Швейцарии на Большом адронном коллайдере. Молодежь не только заполнила всю аудиторию, но и сидела на ступеньках в проходах и толпилась в дверях.

О науке проще всего судить по техническим достижениям. На V Московском фестивале науки последние демонстрировались в основном в Экспоцентре — и по большей части в виде моделей. Фото: Сергей Воронов

Интерес к предстоящим открытиям в области Новой Физики (выходящей за пределы Стандартной модели элементарных частиц) и поиски долгожданного бозона Хиггса — несомненная реальность. Хороших лекторов теперь отличает редкая честность и откровенность, стремление безжалостно разрушать сложившиеся вредные стереотипы. Рубаков признал: объяснить, что же такое бозон Хиггса и зачем его так упорно ищут, не удается ни одному популяризатору. Все они склонны в чем-то обманывать публику, упрощая суть дела. Сам он слушателей тоже, конечно, обманет, но постарается при этом врать как можно меньше.

Для неподготовленных слушателей суть концепции Питера Хиггса (Peter Ware Higgs) Валерий Анатольевич попытался передать через аналогию с нарушением пространственной симметрии внутри куска магнитного железняка. Хотя пространство изотропно, рано или поздно, при охлаждении ниже точки Кюри у него возникает спонтанная намагниченность, направление которой совершенно случайно. В каком-то смысле «так же» возникают и массы у элементарных частиц, то есть их способность участвовать в гравитационном взаимодействии. Однако чтобы добиться такого «фазового перехода», нужны небывалые, недостижимые в ускорителях энергии.

Существует немало оснований считать, что геометрическое пространство нашего мира не трехмерно (или не четырехмерно, если время тоже считать геометрической размерностью), что в нем присутствуют скрытые (компактифицированные) дополнительные измерения. Есть шанс, что Большой адронный коллайдер позволит их если не открыть, то «пощупать» (например, если теория суперструн верна, то должно быть еще как минимум шесть таких скрытых размерностей). Тогда уже на современных ускорителях можно будет изучать квантовую гравитацию и события, сопровождавшие рождение Вселенной. Вероятность этого не велика. Однако уже в 2012 году коллайдер должен выйти на проектную мощность с суммарной энергией 14 ТэВ на пучок в системе центра масс. И принимая во внимание скорость, с которой современная техника позволяет накапливать статистику, ясно, что после еще нескольких лет его работы БАК здание всей современной теоретической физики придется так или иначе перестраивать.

«Сумасшедшая наука» — стенд, где можно было познакомиться со странностями сухого льда. Фото: Наталья Косарева

До Валерия Рубакова в центральном актовом зале прочел свою лекцию академик Владимир Скулачёв, от исследований которого ждут победы над старением (лекция называлась «Сверхзадача биологии и медицины XXI века: отмена генетических программ, контрпродуктивных для человеческого организма»). После Рубакова в той же аудитории свою лекцию — «Происхождение Земли, Луны и возникновение жизни» — читал академик Эрик Галимов, директор Института геохимии и аналитической химии имени Вернадского.

Большой интерес вызвала лекция профессора из Мичиганского университета (США) Алексея Кондрашова «Доказательства эволюции». В популярной форме профессор Кондрашов постарался объяснить слушателям, почему теория Дарвина о происхождении видов, истинность которой (по понятным причинам) никто не может заверить своими наблюдениями на протяжении миллионов лет, а предсказания в принципе неопределенны, является тем не менее проверяемой, воспроизводимой и в самом строгом смысле научной. Тем самым он вступил в одностороннюю полемику с Карлом Поппером (Sir Karl Raimund Popper, 1902–1994), утверждавшем, как известно, что теория Дарвина является научной, хотя не проверяема: даже в принципе невозможно установить ни ее истинность (что неудивительно, поскольку с его точки зрения никакая теория, делающая универсальные высказывания на основании неполной индукции, не может быть проверена), ни даже ложность.

Мы говорим лишь о лекциях, которые были прочитаны на центральной площадке, однако в то же самое время непрерывным потоком лекции читались по всей территории МГУ, на многочисленных факультетах, в филиалах. Нелегко было даже изучить весь довольно объемистый альбом с программой фестиваля, выдаваемый посетителям. Помимо Фундаментальной библиотеки нам удалось побывать еще на лекциях в Государственном астрономическом институте имени Штернберга (вечером там же планировалось допустить посетителей «с улицы» к наблюдениям астрономических объектов и управлению отечественными и зарубежными роботизированными телескопами). Там можно было узнать об исследованиях Вселенной с помощью рентгеновских лучей; о том, как рождаются галактики, увидеть впечатляющие слайды…. Зал был заполнен, и припозднившимся любителям астрономии приходилось слушать лекцию стоя у дверей.

Кто сказал, что наши студенты не любят учиться? Если хороший докладчик и интересная тема, слушатели готовы слушать стоя или сидя на полу. Фото автора

Необходимо отметить, что и за пределами фестивального движения в Москве в последние годы читается большое количество публичных научно-популярных лекций, аудитории очень часто бывают переполнены, а порой возникает самый настоящий ажиотаж — динамики и экраны выносят на улицу, чтобы лектора смогли увидеть и услышать все желающие, которым не досталось места в зале. Всё это при том, что почти все лекции рано или поздно становятся доступны в Интернете в виде текстов и видеороликов. В общем, жаловаться на отсутствие интереса и благодарных слушателей популяризаторам уже не приходится, хотя до настоящего возрождения научной популяризации в нашей стране, конечно, еще далеко. Тем ценнее любые консолидированные усилия в этом направлении.

Максим Борисов, 15.10.2010

 

Новости партнёров