Хронограф
18152229
29162330
310172431
4111825
5121926
6132027
7142128

<декабрь>

Путеводители

Язык с оптическим прицелом

Создатель эсперанто варшавский окулист Людвик Заменгоф надеялся дать людям разных наций орудие для примирения друг с другом

Международный конгресс эсперантистов в Гётеборге в 2003 году. На зеленом флаге эсперантистов помещается и их главный символ — зеленая звезда. По рассказам очевидцев, мысль использовать красную звезду как символ большевиков появилась, когда большевик Троцкий увидел на груди эсперантиста Крыленко зеленую звезду. Флаг был придуман членами клуба эсперантистов в Болонь-сюр-Мер, и лишь со временем был взят на вооружение всем их международным сообществом. Фото (Creative Commons license): brionv

«Встречаясь с людьми, мы не спрашиваем, какие у них политические убеждения, на какой части земного шара они родились, где жили их предки несколько тысяч лет тому назад: но эти люди заговорят, и каждый звук их речи напоминает нам, что они нам чужие» — эти строчки принадлежат Людвику Лазарю Заменгофу (Eliezer Samenhof, Ludwik Lejzer Zamenhof, 1859–1917), делом жизни которого стала работа над созданием универсального искусственного языка, который был бы прост для изучения и способствовал разрушению языковых барьеров. Создателю эсперанто, самого успешного планового языка, исполняется в этом году 150 лет.

Лингвистическая мечта окулиста

Заменгоф родился в польском городке Белостоке. Его население было этнически разнородным — тут жили русские, поляки, немцы, евреи, и конфликты на этнической почве были далеко не редкостью. Полагая, что причина ссор кроется в непонимании, вызванном языковым барьером, Заменгоф, ещё будучи учащимся классической гимназии, начал трудиться над созданием международного языка. Людвик стал профессиональным врачом-окулистом, но продолжал упражняться в лингвистике даже в зрелом возрасте.

Опубликованная им в Варшаве в 1887 году сорокастраничная брошюра «Международный язык. Предисловие и полный учебник» была подписана «D-ro Esperanto», что значит на созданном им языке «Доктор Надеющийся». В книге были купоны со следующим текстом:

Я, нижеподписавшийся, обещаю выучить предлагаемый доктором Эсперанто международный язык, если окажется, что десять миллионов человек публично дали такое же самое обещание.

Автор предлагал читателям вырезать купон, написать свои имя и адрес и прислать эти купоны ему с целью последующей публикации имён и адресов сторонников нового языка.

Надежды Заменгофа сбылись — придуманный им язык действительно разрушил языковые барьеры. Сегодня литературные и музыкальные произведения на эсперанто расходятся многотысячными тиражами. В Интернете эсперанто опережает многие национальные языки по количеству информации, опубликованной на нём. Классика мировой литературы; более сотни периодических изданий, авторы которых находятся на расстоянии тысяч километров друг от друга и в повседневной жизни разговаривают на разных языках; коллекции научных работ; радиостанции, вещающие на эсперанто, — всё это в конце XIX века казалось недостижимой мечтой, почти утопией, а сегодня — реальность. Но сбылась надежда Заменгофа лишь отчасти — всё-таки эсперанто, хоть и довольно популярен, но не стал общепризнанным международным языком, на котором общается большинство жителей земного шара.

Людвиг Заменгоф (в центре) и Альфред Мишо (последний сидящий слева) на первом конгрессе эсперантистов в 1905 году в Булонь-сюр-Мер. Фото (Creative Commons license) из архива Всемирной Ассоциации Эсперанто 

Воляпюкское недоразумение

Идея вспомогательного искусственного языка давно будоражит умы человечества, и в истории есть немало примеров существования такового. Так, клинообразные надписи вавилонян были понятны для всех племён, населявших Месопотамию, в то время как диалекты, на которых эти племена говорили, различались.

Свой язык-посредник был и у индейцев.  Мобильский (упрощённая смесь языков чокто и чикасо) имел особое значение в местностях, где говорили на десятках диалектов и языков. Все уточнения, оттенки речи отбрасывались. Никаких окончаний, времён глаголов, главное — понять друг друга. Этот язык выручал во время торговых сделок, дружеских визитов, на переговорах. На нём общались супруги в межплеменных браках, а позже — в браках между европейцами и индейцами. Так что вызванные практическим удобством искусственные жаргоны, служившие различным племенам для общения, существовали во многих регионах Земли.

Одним из первых мыслителей, осознавших необходимость и возможность искусственного международного языка, был Рене Декарт (René Descartes, 1596–1650). В письме к Марену Мерсену (Marin Mersenne, 1588–1648) он писал о международном языке, «в котором было бы только одно спряжение, одно склонение и один способ словообразования, в котором не было бы неправильностей и исключений, представляющихся ничем иным как порчей от употребления, и в котором склонение, спряжение и словообразование производилось бы посредством аффиксов, прилагаемых к началу или концу первообразных слов».

Как совершенно точно отметил Александр Зайцев в лекции «Необходимость международного языка и история этой идеи до появления эсперанто», которая была прочитана в ноябре 1910 года на Высших женских курсах Лесгафта, ни один национальный язык не может претендовать на решительное превосходство перед всеми остальными; ни один не обладает идеальной простотой, правильностью, совершенством и лёгкостью изучения. «И если всякое международное соглашение по этому пункту до очевидности невозможно, то, следовательно, нужно, чтобы народы приняли один нейтральный язык для своих взаимных сношений, язык, который не потребует ни от кого никаких жертв».

Ни один из живых языков и ни один из мёртвых не может быть необходимым для человечества международным языком, удовлетворяющим требования нейтральности, общедоступности и лёгкости. Проблема эта может быть решена только посредством вновь созданного планового языка. Отличие планового языка от языков этнических (языков родов, племён, народов, наций) состоит в том, что он развивается не стихийно, а сознательно создаётся человеком по определенной модели. Плановые языки ещё называют искусственными, но из-за негативного оттенка лингвисты предпочитают избегать этого определения.

Самый известный проект планового международного языка, составленного априори (то есть придуманного с нуля, без опоры на национальные языки) — воляпюк. Его автор — немецкий священник Иоганн Мартин Шлейер (Johann Martin Schleyer, 1831–1912). Первая статья о воляпюке была опубликована Шлейером в мае 1879 года в редактируемом им католическом журнале «Сионская арфа» («Sionsharfe»), а в 1880 году он уже издал подробный учебник на немецком.

Наибольшего распространения воляпюк достиг к 1889 году, когда в Париже собрался третий конгресс воляпюкистов, на котором были представители тринадцати государств. К этому времени насчитывалось 283 обществ и клубов воляпюкистов, издавалось 25 периодических изданий на этом языке. Были изданы учебники на 25 языках. За 9 лет существования воляпюк сделал очень большие успехи, но и довольно быстро доказал свою несостоятельность — интерес к этому проекту был потерян стремительно.

Мемориальная доска на доме создателя воляпюка Мартина Шлейера в Констанце. Фото (Creative Commons license): Thorbjoern

Дело в том, что воляпюк был невообразимо трудным языком. Его алфавит содержал звуки, совершенно непривычные для многих народов — типа ö, ä, û. Грамматические требования языка создавали трудные для произношения комбинации звуков — например, ninkikik, fikulik. Спряжение глаголов, имевшее шесть времён, производилось по числам и лицам.

Ряд форм вообще не имел аналога в основных европейских языках: так, существительные могли изменяться по степеням (fam — слава, famum — бóльшая слава), инфинитивы — по лицам, числам и падежам, причастия — по лицам. Специальными показателями различались части речи, а также отдельные понятийные классы (например, названия животных, болезней, стран).

И самое главное — все слова были выдуманы, даже названия частей света, которые совпадают во многих языках: Америка — Melop, Австралия — Talop, Азия — Zilop. В общем, получается, что воляпюк был гораздо сложнее многих национальных языков. Любопытно, что сегодня слово «воляпюк» употребляется преимущественно иронически и означает невразумительную, бедную, неграмотную речь с грубыми искажениями норм и правил языка, тарабарщину. Вероятно, тот факт, что в первые годы своего существования он был принят с воодушевлением и его выучили тысячи энтузиастов, свидетельствует о том, что общество действительно нуждалось в универсальном языке международного общения. В начале и середине XIX века начали появляться первые международные организации: Центральная комиссия по судоходству на Рейне (1815), Всемирный телеграфный союз (1865), Всеобщий почтовый союз (1874). Число таких организаций, или, как их тогда называли, международных административных союзов, возросло к началу ХХ века. К ним относились комиссия по здравоохранению, комиссия по борьбе с наводнениями, транспортный союз и другие. Возросла и потребность в международном языке, который мог бы существенно облегчить общение между сотрудниками этих организаций из разных стран.

Чем проще, тем лучше?

Конечно, проектов плановых международных языков было немало — более тысячи. Однако «естественный отбор» пощадил лишь эсперанто, при этом сфера его использования необыкновенно расширилась, и он стал сопоставим с этническими языками межнационального общения. Многие исследователи объясняют этот успех среди прочего тем, что Людвик Заменгоф отказался от всех прав на своё детище и передал функции надзора за ним специально созданному Lingva Komitato (Языковой комитет), преобразованному затем в Akademio de Esperanto (Академия эсперанто). Этому органу никогда не разрешалось навязывать априорные языковые нормы, он создавался исключительно для анализа уже употребляемых и конвенционального разрешения спорных вопросов. В его рамках следует заниматься лексикографией, то есть уточнять значения, расширять так называемый официальный словарь языка.

Успех эсперанто связан также с простотой его грамматики: по заверениям Заменгофа, все ее правила можно отлично изучить в течение часа.

В эсперанто каждой букве соответствует один звук. Чтение буквы не зависит от положения в слове — так, звонкие согласные на конце слова не оглушаются, безударные гласные не редуцируются. Ударение в словах всегда падает на предпоследний слог. Значительная часть словаря состоит из романских и германских корней, а также из интернационализмов латинского и греческого происхождения. Грамматику эсперанто можно изложить в виде шестнадцати правил без исключений. Язык был составлен так, чтобы сделать обучение ему максимально лёгким, а его структуру — логичной и понятной носителю любого естественного языка.

Афиша, приглашающая на презентацию эсперанто в Судетской области Чехословакии, вскоре после её оккупации германскими войсками в 1939 году. Фото (Creative Commons license) из архива Всемирной Ассоциации Эсперанто  

Нельзя, однако, сказать, что эсперанто получил всеобщее одобрение. Ульрих Линc в книге «Опасный язык. Книга о преследованиях эсперанто» пишет о том, что эсперанто пришлось столкнуться с враждебностью почти с момента своего рождения. Хотя Заменгоф был настроен скрывать политические мотивы своей лингвистической активности, у многих сразу возникло подозрение, что речь идет о чем-то большем, чем просто удобное средство межэтнического общения. Российские власти опасались связи эсперантистов с революционерами. А националистическая пресса в Германии уже перед Первой мировой войной обвиняла молодое движение эсперантистов в том, что за ним прячутся антигерманские силы.

Жаркие дебаты об эсперанто в Лиге Наций и особенно преследования рабочих-эсперантистов в 1920-е годы ясно показали, сколь серьёзно противники эсперанто считались с его потенциалом. Это было противодействие контактам людей через границы, вышедшим из-под контроля интеллектуальной элиты и правительств. В Третьем Рейхе эсперанто и вовсе стал объектом целенаправленного разрушения.

Живой язык

Претензии к плановым международным языкам, в частности к эсперанто, высказывали и многие авторитетные лингвисты, которые полагали, что искусственный язык пригоден для выражения фактов и мыслей, которые не имеют чрезмерно тонких оттенков. Если бы он обрёл выразительный и идиоматический характер традиционного языка, он потерял бы основные качества, составляющие смысл его существования. Известный русский лингвист Александр Реформатский (1900–1978), к примеру, считал, что языки типа эсператно «существуют вне стилистики».

Когда говорят о невозможности культурно значимой функции плановых международных языков, прежде всего имеют в виду неспособность этого языка служить средством создания художественного произведения, то есть его эстетическую и эмоциональную функцию. Если резюмировать, то позиция противников эсперанто такова: плановый язык — не «живой», сухой, он не может быть формой выражения культуры и не может выполнять всех тех функций, которые выполняет язык национальный.

Однако подобная позиция не учитывает того, что язык — это не только теоретический проект, но и его фактическая реализация; даже плановый язык, будучи однажды создан, не прекращает своего развития.

Александр Сергеевич Мельников в своём труде «Лингвокультурологические аспекты плановых международных языков (на фоне этнических)», проанализировав внушительное число источников, приводит неоспоримые доказательства того, что плановые международные языки способны социализироваться и выполнять культурно значимую, в том числе эстетическую и эмотивную, функцию. Эсперанто — это не просто теоретический проект, он стал живым языком, на нём можно шутить, писать стихи, передавать эмоции, ставить пьесы. Вот лишь несколько примеров, которые Мельников приводит в своей книге.

Некто высказывается о мероприятии, на котором было больше очередей, чем хотелось бы: «Mi venis, vidis kaj vicis» («Я пришёл, увидел и встал в очередь»). В этой ситуации обыгрывается известное латинское изречение «Veni, vidi, vici» («Пришёл, увидел, победил»).

Или вот пример игры слов, основанной на многозначности. После сделанного укола врач спрашивает Ваню: «Ĉu vi scias, kontraŭ kio mi vakcinis vin?» — «Kontraŭ mia volo»! («Знаешь, против чего я сделал тебе укол?» — «Против моей воли»).

Одно из юмористических стихотворений о любви, написанных на эсперанто, называется «Gis fino de la mon’do». На письме это читается как «Так до конца же жизни», а в устной речи получается «Так до конца же денег».

По решению Совета Европы 26 сентября в Страсбуре ежегодно проводится Европейский день языков. Об эсперанто на нем также не забывают. Фото (Creative Commons license): el_aguacil

Сегодня эсперанто входит в 1% живых языков, регулярно используемых в межэтническом общении. Однако ответить на вопрос, сколько именно людей общаются на эсперанто, практически невозможно. От ста тысяч до пятисот миллионов — так сильно разнятся мнения экспертов. Большинство эсперантистов живёт в Европейском союзе, активное эсперанто-движение есть в Бразилии, Вьетнаме, Иране, КНР, США, Японии.

Можно сказать, что эсперанто пока не реализовал весь свой потенциал. И неизвестно, сможет ли он это сделать в будущем. Однако существование, развитие, применение его представляет собой интересное, принципиально новое, уникальное лингвистическое явление, которое следует изучать. И с этим не могут поспорить даже лингвисты, выступающие против эсперанто.

Элла Бикмурзина, 29.09.2009

 

Новости партнёров