Хронограф
18152229
29162330
310172431
4111825
5121926
6132027
7142128

<декабрь>

Путеводители

Российская звезда Пиренейского полуострова

Испанские лесные пожары лучше тушить с помощью башкирских вертолётов

На Пиренейском полуострове российские КА-32 зарекомендовали себя как лучшие веролёты для тушения лесных пожаров. Фото автора

Над всей Испанией безоблачное небо

Считается, что эта фраза послужила сигналом к началу мятежа в Испании в 1936 году. Сегодня она вызывает уже иные ассоциации. Не только Испания, вся Западная Европа задыхается от жары, от отсутствия дождей. К этому добавляются и пожары. Лесов в Европе не так уж и много, но они горят с регулярностью, которой не хочется завидовать. Среди причин — ничего нового: брошенные окурки, непотушенные после пикника костры, разбитые бутылки, осколки которых фокусируют горячие солнечные лучи на иссушенную траву. И та вспыхивает, как бумага; языки огня доходят до деревьев, взбираясь по стволам, перекидываются на соседние. И вот уже бушует лесной пожар — зрелище одновременно страшное и завораживающее.

На Пиренейском полуострове леса сохранились в основном в горах. А горы, хоть и в Западной Европе, считаются местами труднодоступными. Поэтому лесные пожары здесь тушат с воздуха. И вот уже несколько лет в Испании и Португалии для этого используют российские вертолёты КА-32. Холдинг «Вертолёты России» решил продемонстрировать работу «воздушных пожарных» в почти боевых условиях, для чего привез в начале июля группу российских и иностранных журналистов в Испанию, в город Аликанте.

Недалеко от Аликанте находится головной офис и база компании-оператора INAER. Эта компания приобретает по всему миру лучшие и наиболее эффективные, по её мнению, вертолёты и самолёты самого разного назначения: для поисково-спасательных, монтажных работ, борьбы с пожарами. А потом разные заказчики, которыми могут быть как частные компании, так и государственные органы, арендуют у неё необходимые им воздушные суда вместе с экипажами, инженерами и полным техническим обеспечением. В такой схеме есть свои преимущества: заказчику не надо иметь дорогостоящую инфраструктуру по обслуживанию и ремонту воздушной техники, подготовке лётного состава: всем этим занимается компания-оператор.

Со стороны длинный корпус офиса INAER — обычное офисное здание с парковкой перед фасадом, но, зайдя внутрь, оказываешься в авиационном ангаре, из которого попадаешь на лётное поле. Под крышей стоят небольшие самолёты и вертолёты, большей частью разобранные, и в их внутренностях копаются механики — эти машины находятся на профилактике. А снаружи то и дело раздаётся гул моторов, заставляющий журналистов выбегать наружу с камерами и фотоаппаратами наперевес, забыв про презентацию, которую им начали показывать: садящийся или взлетающий вертолёт интереснее картинки на экране.

Складная корзина для воды. Обычно вертолёты КА-32 оснащаются корзинами объёмом 5 000 л. Фото автора

Среди воздушных судов, которые есть у INAER, десять российских — вертолёты КА-32А11ВС. Их используют в Испании для тушения лесных пожаров. «Мы выбрали КА-32, потому что знаем эту машину много лет и знаем её как лучшие вертолёты в своём классе, как для борьбы с пожарами, так и для перевозки грузов, — поясняет нам коммерческий директор INAER Антонио Мартинес Гарсия (Antonio Martinez Garcia). — В Испании тушение пожаров — очень важный рынок, и я могу вам сказать, что КА-32 — „звезда“ среди всех противопожарных вертолётов, которые у нас есть».

Оценили эти машины не только в Испании. В соседней Португалии семь аналогичных вертолётов, тоже занятых на тушении пожаров. Потом нам по секрету сказали, что у конкурентов INAER тоже есть три такие машины. Итого двадцать российских вертолётов на сравнительно небольшом Пиренейском полуострове.

«У нашего МЧС таких вертолётов меньше, чем в Испании. За рубежом их намного больше, чем в России», — говорит нам первый заместитель управляющего директора Кумертауского авиационно-производственного предприятия (на этом заводе в Башкирии производят КА-32) Вячеслав Ковалёв. «Кроме Европы, много КА-32 работают в Южной Корее, в Малайзии, в Канаде, Алжире, Иране. В прошлом году наш вертолёт завершил длительный процесс сертификации и первым среди российских вертолётов получил европейский сертификат EASA (European Aviation Safety Agency)».

А как же, спрашиваем мы, он эксплуатировался раньше без сертификации, ведь в Испании эти вертолёты работают с 2004 года? «В Европе есть такое правило, — поясняет нам Вячеслав, — для выполнения государственных заказов можно приобретать и несертифицированные вертолёты. Но тогда его можно использовать только для выполнения узкого круга задач, связанных с государственными нуждами, такими как тушение пожаров, к примеру. А вот как санитарный вертолёт его применять было нельзя, поскольку перевозку пассажиров (к ней относится и транспортировка больного) допускается выполнять только вертолётам с сертификатом. Теперь, когда получен европейский сертификат, у наших машин сразу расширяется и сфера применения, и рынок, ведь теперь их могут покупать и частные компании, и просто физические лица».

Но «камовского» вертолёта на лётном поле перед ангаром-офисом мы не увидели. Заказчик перебросил вертолёт в автономную область Андалусию, на базу в Севилье. В Испании тушением лесных пожаров занимается не федеральное правительство, а регионы — власти автономий и провинций. И вертолёты арендуют правительства автономий, в данной случае — Андалусии. Это большая по территории провинция, только леса занимают площадь более двух миллионов гектаров, а значит и подверженность пожарам здесь большая. Поэтому в Андалусии сейчас работают 4 из 10 КА-32.

Бригада наземных пожарных. На заднем плане Bell-412, такие вертолёты используются для доставки пожарных бригад к месту пожара. Фото автора

Учебный пожар

Чтобы увидеть в действии вертолёт, нам пришлось провести целый день в автобусе: по пути из Аликанте в столицу Андалусии город Севилью. Вертолёт проделал бы этот путь за пару часов. Зато по пути мы смогли оценить хорошие дороги и немножечко посмотреть Испанию из окна автобуса, кондиционер которого спасал нас от жары. По пути гадали — будут или нет обещанные пожары, чтобы можно было снять вертолёты за настоящей работой, и что удастся увидеть, если леса гореть не будут. Правда, шутки на тему «небольших учебных пожаров» отвергались как неуместные.

Наутро мы поехали на базу Центра лесоохраны, на которой базируются вертолёты. Она недалеко от Севильи, на берегу красивого озера, созданного на месте вырытых карьеров. Дорога поднимается серпантином, огибая остающееся внизу озеро. Наконец, видим распахнутые ворота с табличкой, строго предупреждающей о том, что въезд сюда только для своих. Сегодня своими оказываются журналисты. На зелёной лужайке стоит пара небольших вертолётов Bell, а на асфальтированной площадке мы видим, наконец, бело-голубой вертолёт КА-32 с зелёной надписью Junta de Andalucia (Муниципальный совет Андалусии). Рядом лежит оранжевая ёмкость Bambi bucket — складная корзина для воды, её вертолёт несёт на внешней подвеске. Они бывают разной ёмкости, КА-32 обычно оснащают корзиной на 5000 л. Короткий инструктаж, на котором нам объясняют порядок полётов и правила безопасности в вертолёте. Поскольку, несмотря на жару, настоящих пожаров нет, то нам решили продемонстрировать работу вертолётов в учебных условиях, но максимально приближенных к настоящим.

В ближайший лесок направляется бригада наземных пожарных в полной экипировке. Идут пешком, хотя обычно пожарный десант высаживается в районе пожара с небольших вертолётов. С собой у лесных пожарных минимальный набор необходимых инструментов: мотыги, бензопилы. Все одеты в яркие жёлтые куртки, на голове обязательная каска с прозрачным пластиковым забралом. Пожарные должны на пути огня создать так называемые минерализованные полосы: очищенные от растительности участки, где лишь камни да голая земля. Бензопилами спиливаются деревья, их оттаскивают в сторону, лишая наступающий огонь питательной среды. Если позволяет местность, в ход идут тяжелые бульдозеры, срывающие на пути огня и кусты и вспахивающие землю ножом. Так можно оконтурить низовой пожар и не дать ему распространиться далее. С верховым пожаром всё сложнее, сильными порывами ветра пламя легко перекидывается даже через автомобильные дороги и неширокие речки. И вот здесь без тушения с воздуха не обойтись.

Зависнув над водой, всего за 10-15 секунд вертолёт набирает полную корзину воды. Фото автора

«Камов» начинает раскручивать винты. Их два, и вращаются они в противоположные стороны, что стабилизирует его положение и потому отпадает необходимость в хвостовом винте. Вместо него — раздвоенное хвостовое оперение. Такая схема расположения винтов называется соосной, и это основное отличие «камовских» машин от всех остальных. Ка-32 заметно короче аналогичных по грузоподъёмности вертолётов классической схемы. Главные преимущества соосной схемы — выигрыш в мощности (хвостовой винт отбирает до 12% мощности двигателя), хорошая устойчивость и большая маневренность.

Винты раскрутились, и вертолёт, зависнув на несколько секунд над площадкой, поднимает пустую корзину и направляется к озеру. В воздухе уже висит небольшой Bell 407 с первыми журналистами. Один — в кабине, рядом с пилотом, ещё один-два в пассажирском салоне, снимают через открытую сдвижную дверь. Тем временем «Камов» направляется в сторону озера, зависает над водой и опускает в воду корзину. Корзина погружается, через 10–15 секунд вертолёт вытягивает её уже полной и легко несёт над деревьями. За корзиной тянется шлейф водяных капель. Проходя на предельно малой высоте, почти над деревьями, второй пилот нажимает кнопку сброса воды, и на условно горящий лес обрушивается шлейф дождя, но не из воды, а из пенного раствора.

На борту стоит двухсотлитровая ёмкость с концентратом поверхностно-активного вещества, и на каждый сброс в ёмкость с водой по шлангу поступает примерно 20 л ПВА. Использование пены намного повышает эффективность тушения. Сбросив воду, вертолёт резко взмывает вверх и уходит за очередной порцией воды. Всё повторяется вновь, и эта карусель со сменой журналистов на маленьком Bell, забором и сбросом воды крутится несколько часов. Уже потом, отлетав сам и поснимав с воздуха и забор, и сброс воды, я понял, что в условиях реального пожара у нас не было бы таких условий для съёмки: прежде всего, такое количество журналистов нереально доставить на место настоящего пожара; кроме того, в условиях задымления была бы сильно ограничена видимость. Отличие было и в высоте, с которой сбрасывался раствор. Здесь пилот распылял воду, пролетая низко над деревьями, а потом резко взмывая вверх.

Два винта вращаются в противоположные стороны. Хвостового винта нет, что позволяет уменьшить габаритные размеры вертолёта. Фото автора

При реальном пожаре приходится балансировать: чем ближе точка сброса к пламени, тем эффективнее тушение, тем меньше испарится воды, не успев долететь до огненного смерча внизу. Но надо учитывать и высоту пламени, и потоки восходящего горячего воздуха. И вот здесь сказываются все лучшие свойства, которые есть у КА-32.

«Камов», отличный от других

История авиации ещё очень коротка, ей чуть более века. Столь же коротка, но не менее насыщенна, и история вертолётостроения. В начале ХХ века многое делалось методом проб и ошибок. Поэтому, наткнувшись в развитии красивой идеи в некую техническую сложность, конструкторы нередко бросали идею и шли иным путём. А реализовывалась старая идея много позже, когда появлялись технологии уже нового уровня. Так получилось и с соосной схемой вертолёта.

Впервые вертолёт по такой схеме сделал Игорь Сикорский (1889–1972) ещё в 1908 году. Лопасти были жёсткие, ещё не изобрели автомат перекоса, и Сикорский так и не смог поднять свой вертолёт в воздух. Вскоре Сикорский отошёл от вертолётов и занялся самолётами, а когда уже в Америке снова стал конструировать вертолёты, то не вернулся к соосной схеме. Заслуга Камова состоит в том, что он довёл технически сложную соосную схему «до ума» и сумел наладить серийный выпуск вертолётов, сконструированных по этому принципу.

Камовские вертолёты быстро нашли свою нишу: вертолёты палубной авиации. Поначалу они использовались только как средства обнаружения подводных лодок (КА-25 и КА-27ПЛ), впоследствии появился поисково-спасательный вариант — КА-27ПС, снабжённый лебёдкой для поднятия терпящих бедствие из воды, с палубы тонущего корабля или с корпуса подводной лодки. А потом появилась и гражданская модификация этого вертолёта — КА-32, а полезные свойства его военно-морских предков наиболее ярко выразились именно в противопожарном варианте — КА-32А11ВС.

Какие же конструктивные особенности делают КА-32 идеальным пожарным вертолётом? Диаметр лопастей у него на треть меньше, чем у вертолётов классической схемы, а значит, он выигрывает при работе в условиях городской застройки, в местностях, где много вышек и линий электропередач. Для многих вертолётов главным метеорологическим ограничением становится боковой ветер. Но «Камову» он не так страшен: «КА-32 может работать при сильном боковом ветре, он взлетает даже при скорости ветра 20 м/сек и продолжает работать, когда другие вертолёты вынуждены возвращаться на базу», — говорит капитан-инструктор INAER.

Боковые стойки вертолёта вынесены за фюзеляж и благодаря четырём точкам опоры (все прочие вертолёты садятся либо на три колеса, либо на «лыжи») этот вертолёт очень устойчив — ведь он проектировался для посадки на палубу даже в условиях шторма. Между разнесёнными стойками можно разместить и систему пожаротушения Simplex — это альтернативное Bambi bucket водосливное устройство, представляющее собой большой пластиковый бак, закрепленный под днищем вертолёта и заполняемый при помощи опускаемого в воду шланга. Такой бак вмещает всего три тонны воды, зато воду можно взять даже из мелкой речки или ручья, мощные насосы заполняют его за считанные секунды.

С помощью специального оборудования КА-32 легко перевоплощается из пожарного вертолёта в санитарный или поиско-спасательный. Фото автора

«Самое дорогое в эксплуатации вертолёта — его простой», — говорит Вячеслав Ковалёв, — «поэтому на заводе мы производим КА-32 не как специализированный вертолёт, а как некую усреднённую многоцелевую машину. Ведь пожары в основном случаются летом, а в остальное время года заказчик может эксплуатировать его в самых разных областях, навешивая на него специализированное оборудование: как санитарный или поисково-спасательный вертолёт, или как кран, доставляющий и устанавливающий оборудование в труднодоступной местности». Так что теперь, с получением сертификата, у российского вертолёта, судя по всему, прибавится работы на пиренейской земле.

Вадим Кантор, 22.07.2010

 

Новости партнёров