Хронограф
18152229
29162330
310172431
4111825
5121926
6132027
7142128

<декабрь>

Путеводители

Дети детей — сироты от рождения

Подростковая беременность всегда свидетельствует о социальном неблагополучии, хотя в разных странах оно проявляется по-разному

Главная героиня фильма «Джуно», шестнадцатилетняя школьница из Миннесоты, едва узнав, что беремена, сразу решает отдать ребёнка на усыновление. Фото: 20th Century Fox

Проблема ранних беременностей актуальна для развитых стран в той же мере, что и для стран развивающихся. Хотя предпосылки, по которым беременеют европейские и американские подростки, совсем не совпадают с теми, по которым это происходит с подростками азиатскими или африканскими. Тем не менее подростковая беременность приводит к целому ряду проблем — как медицинских, так и социальных. Она представляет собой не только серьёзную угрозу для здоровья, но и приводит к тому, что подросток слишком рано оказывается вовлечён во взрослую жизнь со всеми её сложностями. К тому же сама по себе ранняя беременность — не только источник проблем, а следствие существующих. В ряде стран их внимательно исследуют и принимают меры по решению, в других же дело пущено на самотёк.

В конце января 2010 года Институт Гутмахера (Guttmacher Institute) — американский исследовательский центр, изучающий проблемы репродуктивного здоровья, — опубликовал исследование, посвящённое подростковым беременностям в США. Согласно этому исследованию, в 2006 году число беременностей у девушек в возрасте от 15 до 19 лет возросло — впервые за десять с лишним лет. Рост этот составил 3% (если в 2005 году на тысячу девушек приходилось 69,5 беременностей, то в 2006-м — 71,5) и затронул все этнические группы, хотя процент беременностей у юных афро- и латиноамериканок всё же почти в три раза выше, чем у белых. Обнаружилось также, что одновременно на 4% увеличилась подростковая рождаемость и на 1% — количество абортов.

Сообщение о трёхпроцентном росте числа беременностей у девушек-подростков четыре года назад может показаться совершенно незначительным. Но его немедленно напечатали все крупные американские газеты, сопроводив эту новость комментариями экспертов.

«Пока мы сами не знаем, о чём идёт речь: о незначительной случайной флуктуации или о новой долгосрочной тенденции», — признаётся Лэрри Файнер (Lawrence Finer), начальник отдела внутринациональных исследований в Институте Гутмахера.

Сара Браун (Sarah Brown), глава Национальной кампании по предотвращению подростковых и незапланированных беременностей (National Campaign to Prevent Teen and Unplanned Pregnancy), не скрывает тревоги: «Успехи, которых нам удалось добиться за последние двадцать лет, находятся под угрозой. Вся нация должна немедленно задуматься о том, как сделать усилия по борьбе с ранними беременностями более эффективными».

Но другие, не менее авторитетные эксперты, не склонны спешить с выводами. По их мнению, замеченный рост свидетельствует лишь о том, что был достигнут нижний предел — социальные условия просто не позволяют полностью исключить негативные факторы в половой жизни подростков, и надо говорить не о росте, а о естественных колебаниях достигнутого низкого уровня.

Почему американские дети рожают?

Тревога, вызванная даже незначительным увеличением показателей, которое при иных обстоятельствах с лёгкостью списали бы на статистическую погрешность, вполне объяснима.

По данным UNICEF, уровень подростковых беременностей в США является самым высоким среди развитых стран и вдвое превышает среднеевропейские показатели. Более двух третей этих беременностей — незапланированные. Дети, которые в результате всё же появляются на свет, ежегодно обходятся федеральному правительству в десятки миллиардов долларов, поскольку более 80% процентов юных матерей — представительницы беднейших слоёв населения, нуждающиеся в значительной государственной помощи. Впрочем, у социологов нет согласия и по этому поводу: результаты некоторых исследований показывают, что такие матери впоследствии работают больше среднего и выплачивают налоги, которые с лихвой покрывают истраченные на них средства.

Даже в развитых странах подростки, заподозрив беременность, не торопятся обращаться к врачу. Фото: Damon Hart-Davis Multimedia Gallery 

Кроме того, юным матерям очень редко удаётся закончить школу, а высшее образование до достижения тридцатилетнего возраста получают лишь полтора процента из них.

С начала 70-х годов уровень подростковых беременностей в США неуклонно рос, достигнув пика в 1990 году. Тогда было зафиксировано 117 беременностей на тысячу девушек в среднем, причём у афроамериканок этот показатель превысил 200. Но к середине первого десятилетия XXI века он благополучно снизился, причём среди девушек, не относящихся к белому большинству, уменьшение составило более сорока процентов. Казалось бы, прекрасный результат! Однако и относительно причин такого успеха согласия нет.

Дело в том, что в США давно уже идёт борьба двух официальных подходов к половому воспитанию школьников. Первый из них заключается в пропаганде полного воздержания от секса («abstinence only»). Воздержание преподносится как «единственное средство защиты от нежелательной беременности, обладающее стопроцентной надёжностью».

Подросткам, у которых уже были сексуальные отношения, предлагается концепция «вторичной девственности» («secondary virginity») до тех пор, «пока не придёт время брака». Такая учебная доктрина, разумеется, не предполагает никакого изучения контрацептивных средств в школьных курсах. По данным исследования, которое было проведено американским Семейным фондом Кайзера (Kaiser Family Foundation — некоммерческая организация, занимающаяся вопросами здравоохранения) и опубликовано в 2002 году под названием «Политика сексуального воспитания в США»(«Sex Education in the US: Policy and Politics»), этот подход к половому воспитанию применяла у себя треть всех американских школ.

С 1996 по 2008 год государство вложило в продвижение «полного воздержания» среди подростков около полутора миллиардов долларов, однако с приходом к власти демократов в 2009 году федеральное финансирование этих программ стало сворачиваться. Стоит отметить, что концепция «полного воздержания» заставила много говорить о себе во время американской президентской гонки. Губернатор Аляски Сара Пэйлин (Sarah Palin) буквально через несколько дней после того, как Джон Маккейн объявил её своим будущим вице-президентом, публично сообщила о беременности своей 17-летней дочери Бристол (Bristol Palin). Вскоре после рождения ребенка Бристол Пэйлин стала лицом различных организаций по предотвращению подростковых беременностей: она ездит по стране и даёт интервью, в которых пропагандирует идею воздержания от секса.

Дочь губернатора Аляски, бывшего кандидата на пост вице-президента от республиканцев Сары Пэйлин, Бристол, забеременев в семнадцать лет, спровоцировала скандал в разгар предвыборной гонки и использовала свой пример для устрашения ровесниц. Фото (Creative Commons license): Emily aka er3465

Другой же подход к половому воспитанию ратует за «всестороннее сексуальное образование» («comprehensive sex education»), которое должно обеспечить школьников как можно более полной информацией о безопасном сексе и контрацептивных средствах. Программы, основанные на этой модели, до недавнего времени не могли получить никаких государственных субсидий. Законопроект «Об ответственной подготовке учащихся к реальной жизни» (Responsible Education About Life Act, REAL Act), предусматривающий ежегодные государственные гранты для программ всестороннего сексуального образования и обязательное обеспечение их независимой экспертной оценки, был внесен в Сенат еще в 2007 году, но его пока даже не поставили на голосование. Лишь в бюджете на 2010 год, наконец, нашлось место для ознакомления школьников с современными методами контрацепции.

Несмотря на всё это, некоторые штаты в последние годы предпочитали вовсе отказываться от ассигнований на половое воспитание, чем преподавать его в духе проповеди воздержания. Согласно все тому же докладу фонда Кайзера, почти 60% американских школ учат детей по «всесторонним» программам. Согласно данным опроса, проведенного Национальным государственным радио (NPR), этот же подход одобряет и большинство родителей. Благосклонно относится к нему и Министерство здравоохранения США.

Противоречие, однако, заключается в том, что пока нет данных, которые бы совершенно однозначно свидетельствовали о решающем преимуществе одного подхода перед другим. Большинство исследований говорят о «значительной эффективности» одного метода и «относительной эффективности» другого. В годы, когда количество подростковых беременностей снижалось, сторонники каждой из двух идей приписывали этот факт эффективности именно своей доктрины. Теперь же, едва наметилось небольшое ухудшение, это стало поводом для взаимных обвинений.

«Стало совершенно ясно, что необходимо стремиться к более позднему возрасту вступления в половые отношения и уменьшению количества сексуальных партнёров у молодых людей: это будет намного полезней, чем раздавать им презервативы, — пояснила свою позицию Валери Хубер (Valerie Huber), исполнительный директор Национальной ассоциации по преподаванию воздержания (National Abstinence Education Association). — Современная культура перенасыщена сексом, а близкие отношения между подростками стали считаться чем-то само собой разумеющимся».

Джеймс Вагонер (James Wagoner), президент организации Advocates For Youth, защищающей права молодежи, придерживается противоположного мнения: «Результаты последних исследований ясно свидетельствуют о том, что более чем десятилетнее отсутствие полноценного сексуального воспитания привело нас к регрессу».

Следует, однако, отметить один немаловажный факт: во всех этих дискуссиях вовсе игнорируются данные Бюро информации по проблемам народонаселения (Population Reference Bureau), свидетельствующие о том, что почти 80% юных девушек беременеют от мужчин, более или менее давно вышедших из школьного возраста.

Если верить опубликованным данным по Московской области, беременеет каждая третья девушка-подросток, ведущая сексуальную жизнь. А большинство тех, кто предохраняется, используя гормональные контрацептивы, полагаются на советы более опытных подружек и в результате причиняют непоправимый вред своему организму. Фото (Creative Commons license): outcast104

По заветам пророка

Тревога по поводу ранних беременностей не относится к специфическим проблемам американской жизни. Но в других странах мира на неё приходится смотреть совсем под другим углом.

В бедных странах с высокой смертностью, низкой продолжительностью жизни и традиционным сознанием считается, что чем раньше девушка начнёт беременеть, тем больше детей она успеет родить — и чем чаще она будет это делать, тем больше вероятность сохранить им жизнь и здоровье.

Одним из «лидеров» в этом отношении является Нигерия, где матерями становятся около 10% девушек-подростков, и при этом лишь 1–4% имели сексуальные отношения до брака. И если на юге страны замуж выходят 3–10% девушек, не достигших 20 лет, то на преимущественно мусульманском севере страны, где живут по законам шариата, — 60–70%. У нигерийской женщины в среднем шестеро детей, но опросы показывают, что большинство молодых нигериек хотели бы родить больше. По густонаселённости Нигерия занимает первое место в Африке и восьмое — в мире. Предполагается, что через 22 года население этой страны удвоится.

В соседнем Нигере, входящем в десятку беднейших стран мира, показатели подростковой рождаемости вдвое превышают нигерийские. По различным данным, в Нигере от половины до трети девушек выходят замуж ещё до достижения 15-летнего возраста, а через год-два после этого рожают первого ребенка. Многих выдают замуж в возрасте 9–10 лет.

В мусульманских странах браки с совсем юными невестами поощряются: ведь согласно преданиям о жизни пророка Мухаммеда, его жене Айше было 9 лет, когда он вступил с ней в брачные отношения. И если у 16-18-летних девушек опасность осложнений при родах в целом невелика, то более юные мамы серьёзно рискуют и своим здоровьем, и здоровьем ребёнка. И дело не только в неготовности организма к материнству: сбыть дочь с рук стремятся беднейшие родители, надеясь, что в чужой семье их чадо ожидает лучшая доля.

Именно это происходит в таких нищих странах, как Бангладеш, где размер приданого тем больше, чем старше становится невеста, или Афганистан, где, напротив, за невесту платится выкуп — тем выше, чем невеста младше. В этих двух странах больше половины браков фактически нелегально заключаются с девушками, не достигшими установленного законом брачного возраста.

Изысканный узор на руках юных индийских невест сулит долгую и счастливую семейную жизнь. Но, к сожалению, самим невестам он ничего хорошего почти никогда не приносит. Фото (SXC license): Asif Akbar

Впрочем, подобное не всегда происходит лишь в развивающихся странах: из богатой Саудовской Аравии регулярно приходят новости о вполне законных браках, заключаемых на основе шариата между пожилыми мужчинами и девочками. Здесь вера в то, что женитьба на очень юной девушке исцеляет от болезней и приносит долголетие, «удачно» сочетается с исламской традицией, одобряемой религиозными авторитетами.

Стремление вернуться к традиционным мусульманским ценностям наблюдается и в постсоветской Средней Азии — выражается это, в частности, и в снижении среднего брачного возраста. В Таджикистане и Узбекистане он составляет 17 лет, но множество браков совершается раньше: зачастую брак заключается духовными лицами, а в ЗАГС идут лишь после рождения первенца.  В Таджикистане практика ранних браков распространилась в годы гражданской войны: девушек рано выдавали замуж, чтобы защитить их репутацию и уберечь от изнасилований боевиками. Сейчас многие таджикские женщины к двадцати годам уже имеют двоих-троих детей.

Что же касается России, то здесь беременности девушек, находящихся на пороге между детством и взрослой жизнью, редко становятся новостным поводом — исключение составляют те случаи, когда речь идет об 11-летних девочках, рожающих от «понаехавших».

Между тем каждая третья девушка-подросток, ведущая сексуальную жизнь, беременеет. При этом соотношение родов и абортов у подростков — один к пяти (на каждые роды приходятся пять искусственных абортов). Опубликованные данные относятся только к Москве и Московской области. Что касается подобной статистики по России в целом, то она либо не ведётся вовсе, либо строго засекречена). Среди женщин, госпитализируемых с осложнениями после абортов, подростки составляют больше половины — и именно осложнения после абортов становятся причиной бесплодия у 55% российских пар.

Тем временем дискуссии о демографической проблеме продолжаются в прежнем степенном ключе. Что касается полового воспитания, то такого предмета в российских школах не существует, и проблема подростковой беременности как таковая вроде бы никем и не ставится. Может, это связано с тем, что за последние десять лет число самих подростков в России сократилось в два раза?

Анна Фартушная, 15.02.2010

 

Новости партнёров